Украина сражается с врагом, гораздо сильнее ее. ВВП РФ в 2021 году был в 9 раз больше украинского ($1,8 трлн против $200 млрд), а война 2022 года углубила эту пропасть, и сейчас разница составляет 14 (четырнадцать) раз. Население России втрое больше, чем в Украине (143 млн. против 44 млн.).
И тем не менее, мы не сами в нашем сражении. Мы благодарны Европейскому Союзу за неизменную поддержку.
В наши самые темные дни Украина получила $31 млрд. международной финансовой помощи. Большая часть этих средств поступила от институтов и государств-членов ЕС. Благодаря этой помощи украинские пенсионеры получили пенсии, учителя и врачи – зарплаты, а правительство смогло дальше продолжать свою работу. Но самое важное, что дала ваша помощь украинцам – это надежда.
Неоценима была гуманитарная помощь стран Запада, поддержка беженцев и тех, кого война поставила в сложные обстоятельства, особенно в первые, самые ужасные месяцы.
Западная военная помощь была условием выживания и успешной обороны. Она обошлась в миллиарды долларов. Германия, Польша, Нидерланды, Швеция, Дания, Литва и другие друзья. Танки, артиллерия, системы противовоздушной обороны. Нет слов, которые описали бы благодарность матери, ребенок которой остался жив.
Сфокусируюсь на финансовых потребностях Украины и роли европейского бюджета в этом контексте.
Бюджет Украины сейчас нуждается в значительных вливаниях и поддержке со стороны международного сообщества, включая Евросоюз. Все налоги, собираемые с украинских плательщиков, полностью устремляются на оборону от врага.
Оборонные усилия стоят стране примерно $3 млрд. в месяц или $34 млрд. запланированных на 2023 год.
До войны Украина тратила на оборону $200-300 миллионов в месяц.
Это составляет 40% всех бюджетных расходов, и это все, что Украина может получить из экономики, разрушенной ракетными обстрелами, с заблокированными морскими путями, уничтоженными металлургическими заводами и плодородной землей, загрязненной минами и артиллерийскими снарядами.
Украинский ВВП в прошлом году упал на 29% – так выглядит экономический коллапс, на фоне которого возникла потребность в финансировании.
До войны Украина придерживалась дисциплинированной фискальной политики с бюджетным дефицитом не выше 3% ВВП и долгом около 50% ВВП – существенно ниже «безопасного» порога в 60%. Сейчас прогноз собственных доходов бюджета на 2023 год – всего $38 млрд. Этого едва выставит на покрытие $34 млрд расходов на оборону, а нужно покрывать и другие расходы.
В итоге, Украина остается с наибольшим дефицитом бюджета и наибольшей потребностью в финансировании в своей истории.
По оценкам МВФ, после погашения долгов потребность в финансировании составит $42 млрд. на 2023 год или $124 млрд. на пять лет, с 2023 по 2027 год.
К счастью, потребность в бюджетном финансировании на 2023 год покрывают жесткие обязательства наших партнеров (не включая расходы на быстрое восстановление и реконструкцию). Но на следующие годы нам потребуется еще $82 млрд финансирования к 2027 году.
Украина благодарна за декларируемую готовность Евросоюза и стран «Группы семи» покрыть этот разрыв. Но не менее важно, чтобы эта предварительная готовность нашла отражение в бюджетных строках среднесрочного бюджета ЕС.
Это не только обеспечит Украине нужные средства, но даст людям ощущение стабильности и надежного якоря в мире, который проходит один из самых больших штормов.
При этом у Украины очень скоро возникнет проблема роста долговой нагрузки, связанная с кредитным финансированием бюджетного дефицита. Одна из возможных опций смягчить это использование замороженных российских активов, включая активы центрального банка. Как минимум нужно сделать доступными для Украины доходы от инвестирования таких активов.
Если исходить из суммы в 300 млрд. и ставки в 3,5% годовых по казначейским обязательствам США, это может стать существенным источником дохода и покрыть примерно четверть годовых бюджетных нужд. Это снизит давление как на украинские публичные финансы, так и бюджет ЕС и других стран-партнеров, которые помогают Украине.
Нам известно о юридических препятствиях для этого решения, но мы очень надеемся, что совместными усилиями решения удастся найти.
Второй критический аспект финансирования, в котором Украина нуждается в поддержке, – потребности финансирования быстрой реконструкции.
Начнем с принципов, по которым такая реконструкция должна финансироваться и проходить.
Каждый доллар или евро международной помощи должны приносить мультипликативный эффект не только быстро помогать в преодолении проблемы, но и способствовать тому, чтобы Украина в среднесрочном горизонте стала самодостаточной, стабильно растущей экономикой, которая сможет удовлетворить Стокгольмские критерии для членства в Евросоюзе.
Это будет доступно, если финансирование реконструкции будет базироваться на следующих принципах:
1. «Собственность» Украины. Именно Украина должна определять свои приоритеты и решать, какие усилия необходимы, с помощью своих западных партнеров, а не наоборот. Развитие способности, хорошего управления, обеспечение подотчетности столь же важны в долгосрочном периоде, как реконструкция госпиталя или жилого дома. Прозрачность, надзор и рекомендации от стран-партнеров в соответствии с принципами ЕС очень важны.
2. Ориентированность на людей. Децентрализация, развитие способности на локальном уровне, развитие самоуправления и демократических институтов в общинах, на первый взгляд, требуют слишком много времени и менее контролируемы, чем восстановление по централизованному принципу.
Но через некоторое время именно это приблизит Украину к принципам демократического управления, которые разделяет Евросоюз, даст толчок многим «низовым» инициативам. Определенной централизации, однако, избежать невозможно: особенно на первой фазе быстрой реконструкции. Централизованным через правительственное агентство может быть восстановление крупных инфраструктурных объектов или промышленных мощностей.
3. роль частного капитала. Ввиду огромных объемов потребностей восстановления важно, чтобы часть из них на рыночных условиях покрыть частные инвесторы. Чтобы частный капитал хотя бы стал рассматривать возможность зайти в Украину, нужно страхование от военных рисков.
Привлеченность украинского частного капитала не менее важна для послевоенного устойчивого экономического роста и, соответственно, способности Украины рассчитаться с донорами после войны.
Все инициативы помощи при реконструкции должны опираться на анализ влияния на частный сектор и привлекать частных игроков там, где это возможно, например, вместо поставки импортных протезов способствовать развитию украинских мощностей по их изготовлению вместо покупать и привозить бутилированную воду из-за рубежа – использовать местных поставщиков вместо контрактовать иностранные компании на разминирование сельскохозяйственных угодий – предоставить Украине технологию, технику и научить людей, чтобы создать собственные мощности в государстве.
Переходя от принципов к конкретным цифрам, отмечу, что Всемирный банк оценивает повреждение активов в $135 млрд, а стоимость их восстановления – в $411 млрд. Реконструкция займет годы.
Потребности в быстром восстановлении на 2023 год сейчас оцениваются в $14 млрд, из них $3,3 млрд нужно на энергетику, $0,4 млрд на разминирование, критическая инфраструктура, включая госпитали, школы и административные здания, нуждается в $5,8 млрд, частный сектор – еще $2,7 млрд.
И здесь, как и в случае с бюджетными потребностями, 2023 год – не конец истории.
Важно спланировать на будущее и уверенность в том, что Украина получит поддержку, которая ей нужна. Кроме того, мы знаем, что эта война – экономический вызов не только Украине, но и странам Европы.
Как мы уже видели на примере программы NextGenerationEU, Евросоюз умеет отвечать на вызовы амбициозными и эффективными программами.
Для того чтобы ответить на вызовы новой реальности,
можно предложить создать новую среднесрочную программу ЕС, призванную финансировать борьбу с последствиями войны в Европе.
Программа может предлагать военный и послевоенный инструмент восстановления, средства которого могут быть направлены не только в Украину, но и в европейские страны, которым они необходимы.
Мы предварительно видим несколько возможных направлений для подобной программы:
Финансирование трансграничной торговой инфраструктуры для ускорения товародвижения, техническая помощь, поддержка сельскохозяйственных производителей ЕС и другие возможные шаги политики, необходимые для того, чтобы интегрировать Украину как крупное государство с развитым сельским хозяйством в единый рынок ЕС без риска создания проблем для торговых цепочек.
Поддержка украинских беженцев в странах Европы, пока их дома не будут отстроены.
Erazmus+ или аналогичная образовательная программа для местных украинских чиновников для обмена опытом с европейскими городами и обучения работе с иностранными фондами, а также привлечению городов к практикам «зеленого курса» ЕС при реконструкции.
Развитие оборонной промышленности и логистики в странах ЕС. Общий интерес представляет то, чтобы Украина стала частью архитектуры безопасности ЕС, а не РФ. Это очень новое развитие событий, до последнего времени это было очень трудно предсказать. Соответственно, производство оружия и боеприпасов, логистика поставок и другие структурные элементы потребуют адаптации к новым условиям, и на эту адаптацию потребуются средства.
Часть ресурса может быть алокована на финансирование программы страхования от военных рисков. Это позволит частному капиталу инвестировать в реконструкцию и поможет поддерживать экономическую активность в Украине во время войны. Уже сейчас у Германии есть собственная программа гарантий для немецких инвесторов, Польша рассматривает такую возможность. Бизнесы других стран получат преимущество от общего фонда и равных правил игры, которые позволят им с первых месяцев начать участвовать в реконструкции Украины.
В заключение хочу сказать, что важно продолжать регулярную и надежную поддержку Украины и призвать ЕС обеспечить это через инструменты среднесрочного бюджета.
Также необходима поддержка в реконструкции, чтобы отстроить жилье, инфраструктуру и закрыть другие необходимые потребности до конца 2027 года.
Ее можно направить через создание нового европейского инструмента устойчивости на период войны и послевоенного восстановления с рамкой, включающей не только Украину, но Молдову и страны ЕС.
Публикации в рубрике «Экспертна думка» не являются редакционными статьями и отражают исключительно точку зрения авторов