На прошлой неделе главные представители партии власти в парламенте несколькими заявлениями запустили обсуждение перспектив экстрадиции в Украину уехавших за границу граждан, чтобы уклониться от мобилизации, – например, тех, кто получил вывод ВЛК о непригодности к военной службе по фальшивым справкам.
И хотя уже 5 сентября представитель президента Федор Вениславский уточнил, что массовой экстрадиции не будет, поскольку «уголовная ответственность носит персонализированный, индивидуальный характер», от заявленного намерения в партии власти не отказываются.
Впрочем, международно-правовая реальность разбивает мечты и намерения представителей партии «Слуга народа» (СН).
Более подробно – в статье руководительницы ОО «Европа без барьеров» Ирина Сушко и редактора ЕвроПравды Сергея Сидоренко «Уклоняющие» в безопасности. Почему идея массовой экстрадиции мужчин из-за границы обречена на провал |
Сначала следует разобраться, что представляет собой процедура, по которой государства могут принудительно отдавать друг другу лиц, которые, вероятно, нарушили закон в какой-то одной стране, а затем уехали из нее за границу.
Этот инструмент называется экстрадицией. На европейском пространстве – где находится абсолютное большинство украинских беженцев – его правила хорошо проработаны.
И эти правила совсем не способствуют воплощению инициативы СН.
Окончательное решение о выдаче или невыдаче человека другой стране принимает суд, а суды в ЕС не руководствуются политическими соображениями и очень часто становятся на сторону мигрантов, даже нелегальных мигрантов, если те доказывают, что экстрадиция несет для них неоправданную угрозу.
Более того, даже чтобы довести дело до суда, нужно выполнить много условий, а это требует привлечения большого количества ресурсов, времени – и не гарантирует результата.
Например, согласно Конвенции, экстрадицию можно применить только к тем лицам, в отношении которых либо вынесен приговор, либо есть официальное подозрение в совершении уголовного преступления.
Также преступление должно быть достаточно тяжким, чтобы за него предполагалась ответственность не менее года лишения свободы.
И, наверное, главное: такое суровое наказание за это действие должно быть в обеих странах-сторонах процесса – то есть и в Украине, и в государстве ЕС, где поселился подозреваемый беглец.
Абсолютное большинство потенциальных дел «уклончан» гарантированно проваливают этот тест.
Даже в Украине значительная часть попыток незаконного пересечения границы сейчас рассматривается как административное правонарушение, если это не сопровождалось действиями, которые сами по себе являются уголовно наказуемыми – например предложение взятки, подделка документов и т.д.
Отдельной проблемой является безумная стоимость процедуры экстрадиции – не только финансовая, но и административная.
Экстрадиция представляет собой сложную и длинную забюрократизированную процедуру, требующую огромного объема бумажной работы для каждого человека. Групповой экстрадиции не существует (хорошо, что это признали и в ВР).
Кроме того, предохранители по соблюдению прав человека, встроенные в международную правовую систему, в том числе Конвенцию об экстрадиции, почти гарантируют отказ европейских судов в экстрадиции на территорию Украины.
Может быть, Украине стоит публично ставить перед собой реальные цели?
В частности, усилия законодателей следует сосредоточить на том, чтобы сделать возможным экстрадицию коррупционеров и военных преступников.
А экстрадиция за незаконное пересечение границы была и остается маловероятной. А массовая экстрадиция – просто невозможна. Если же Киев, не осознавая риски, пойдет по этому пути – это может повлечь инвестицию огромных государственных ресурсов при минимальных или вовсе отсутствующих результатах.
Более подробно – в материале Ирина Сушко и Сергея Сидоренко «Уклоняющие» в безопасности. Почему идея массовой экстрадиции мужчин из-за границы обречена на провал |
Подписывайся на «Европейскую правду»!