Полномасштабное вторжение России против Украины разрушило архитектуру безопасности в мире в целом и в Европе, в частности.
Традиционно нейтральные Финляндия и Швеция, несмотря на близость к России, оставили многолетнюю нейтралитетную политику и подали заявки на вступление в Североатлантический Альянс. Австрия, несмотря на сопротивление внутри собственного правительства и присутствие в парламенте евроскептиков, поможет Украине с разминированием и размышляет об участии в проекте общей европейской системы ПВО.
В Швейцарии, не являющейся членом ЕС, последовательно поддерживают все санкции против России, а сторонников углубления сотрудничества с НАТО – больше.
На этом фоне выделяется Ирландия, чье исторически обусловленное нейтралитет не давало шансов на членство в НАТО.
Однако на этой неделе Ирландия завершила первые в истории публичные консультации по вопросам международной безопасности, которые не обошли и нейтральный статус.
В чем суть внутренних дискуссий Ирландии о нейтралитете и следует ли рассчитывать, что его восприятие в стране изменится дальше (а оно уже изменилось)? Попробуем разобраться.
За уже более столетнюю историю независимости Ирландия привыкла воспринимать себя как нейтральное государство.
«ЕвроПравда» уже подробно рассказывала о том, как сформировался ирландский нейтралитет, в статье «Ирландское расширение НАТО».
Сейчас остановимся на его особенностях.
В отличие от Австрии или Швейцарии, в случае Ирландии нейтральный статус – вопрос традиции, а не права.
В конституции Ирландии вы не найдете ни одного упоминания о «нейтральности»; единственное ограничение в этом плане – необходимость правительства просить согласия парламента на объявление войны или участие в ней. Это, к слову, ныне породило дебаты о необходимости конституционного закрепления нейтралитета, о чем мы будем говорить дальше.
Как и в случае Австрии и Швейцарии, нейтралитет не помешал Ирландии приобщиться к миротворчеству.
Ирландские военные с 1958 года приняли участие в миротворческих миссиях.
Но – и это так же уникальность ирландского нейтралитета – любое развертывание более 12 ирландских военных за границей должно получить одобрение правительства, парламента и Совбеза или Генассамблеи ООН (принцип «тройного замка», к которому мы еще вернемся).
Еще одно отличие: в отличие от нейтральных государств Европы Ирландия практически не вкладывает средства в оборону.
И ситуация в оборонке не просто такая себе – она катастрофическая.
Численность постоянной армии Ирландии – менее 8 тысяч на 5-миллионную страну. Для сравнения: в Финляндии с примерно таким же населением этот показатель – 24 тысячи, не говоря о сотнях тысяч резерва.
Теперь учтите, что меньше 8 тысяч – это еще и недобор, к тому же у военнослужащих низкие зарплаты; моряков переманивают к себе даже круизные компании; летчики учатся в США и Австралии на самолетах, которых у Ирландии просто нет.
Иронично, что до сих пор действующее заключено 70 лет назад тайное ирландско-британское соглашение, согласно которому Лондон помогает Дублину в защите воздушного пространства. В Ирландии даже радара ПВО нет!
На оборону страна в 2021 году потратила около 1,1 миллиарда долларов. В абсолютном выражении это больше, чем у любой страны Балтии. Но эта сумма – всего 0,2% ирландского ВВП, тогда как в среднем в ЕС (где в оборону в последние годы вкладывали, мягко говоря, не очень активно) этот показатель составляет 1,3%.
К тому же на вооружении Ирландии, которая является важным хабом для трансатлантических кабелей связи, находятся шесть патрульных лодок и ни одной субмарины. А еще – ни одного танка и ни одной дальнобойной артиллерии.
Не будет преувеличением сказать: нейтральная Ирландия беззащитна перед наружной злостью.
Независимый ирландский депутат и бывший военный Кахан Берри вообще прямо называет родину «самым слабым звеном Европы».
Можно спросить: нужно ли вообще Ирландии беспокоиться об обороне? Ведь ее фактически окружает «евроатлантический» пояс безопасности: западнее через Атлантику — США и Канада, на север, юг и восток — Великобритания и Европейский Союз.
Но в то же время у Ирландии нет никаких гарантий, что в случае нападения на нее эти государства придут на помощь. Неоднократные провокации российских военных судов, угроза подводным кабелям связи, а также ставшая самой масштабной в истории страны кибератака на систему здравоохранения 2021 года лишь усилили дискуссии о возможном пересмотре нейтралитета Ирландии.
И, очевидно, полномасштабное вторжение России в Украину не могло не отразиться на этих дискуссиях.
В общем, нейтралитет Ирландии — вопрос скорее военный, чем политико-юридический. И безусловное осуждение Дублином российской агрессии – сделавшей и другие нейтральные государства Европы – стало тому подтверждением.
Ирландия почти сразу отменила визы для украинцев, предоставила более 120 миллионов евро нелетальной военной помощи — в частности, сухпайков, аптечек, защитного оборудования. Страна также присоединилась к тренировочной миссии ЕС: 30 ирландских военнослужащих помогают в обучении украинских саперов.
Параллельно Ирландия стала осознавать, что она зря погубила свою оборонную политику.
Еще до полномасштабного вторжения, в феврале 2022 года, правительственный комитет констатировал, что Ирландия должна коренным образом пересмотреть стратегию обороны, в том числе увеличив финансирование вооружения и численность постоянной армии.
«(Ирландские вооруженные силы) не могут осуществлять реальную оборону государства против длительного акта агрессии со стороны конвенционной военной силы», — нелестно отмечается в отчете.
Позже соответствующие решения были приняты: расходы на оборону к 2028 году будут увеличены с 1,1 до 1,5 миллиарда евро, а численность постоянной армии — на две тысячи (и поскольку уже сейчас она на тысячу меньше, фактический рост будет составлять 35%). .
По неофициальным данным, ирландские военные даже были наблюдателями на учениях по подводным операциям с участием НАТО, состоявшихся в сентябре прошлого года.
И, наконец, началась дискуссия: насколько целесообразно сейчас вообще сохранить нейтральный статус Ирландии?
Уже в начале полномасштабного вторжения ирландские власти начали осторожно говорить: нейтралитет — это «вопрос политики, который может быть изменен в любое время», правда, при одобрении населением на референдуме.
В определенный момент, когда соответствующие дискуссии находились в самом разгаре, в ирландском обществе даже начала преобладать поддержка вступления в Североатлантический Альянс, чего в принципе никогда не было.
Свежий опрос по заказу ведущей ирландской газеты The Irish Times свидетельствует: несмотря на общую популярность нейтралитета, определенный излом все же произошел – оборонная политика страны должна измениться.
В то время как 61% ирландцев поддерживают нынешний нейтральный статус их родины (на 5% меньше, чем в прошлом году) и лишь 26% выступают за его смену, среди последней группы 56% соглашаются на необходимость вступления Ирландии в НАТО, а 71% — углубления. оборонного сотрудничества с ЕС
И, наконец, 55% ирландцев поддерживают «существенное увеличение оборонных способностей Ирландии» для защиты воздушного и морского пространства (а что здесь работы много, мы убедились выше).
Именно на этом фоне правительство Ирландии созвало четырехдневные общественные консультации по вопросам нейтралитета – опыт беспрецедентен для страны и, возможно, мира.
Сразу следует сказать: в ирландском политикуме ни одна ведущая политическая сила не предлагает ни отменять нейтральный статус, ни – упаси Боже – вступать в НАТО. Эти идеи банально непопулярны.
В действующей правительственной коалиции разве что правоцентристская «Фине Гал» была традиционно более склонна к пересмотру нейтрального статуса. Именно при ее правительстве в 2017 году Ирландия присоединилась к ряду оборонных проектов в рамках Совместной политики безопасности и обороны – Постоянного структурного сотрудничества.
Меньше компромиссов было у левоцентристских «Зеленых» и «Фианны Фаль». Иронично, что лидер последней – действующий министр иностранных дел и обороны Михол Мартин, фактически инициировавший консультации по нейтралитету. И буквально в преддверии начала консультаций «Фианна Фаль» на встрече поддержала сохранение статуса кво.
Среди крупнейших противников изменения нейтралитета Ирландии – левая «Шинн Фейн».
Политсила, которая к тому же сейчас является самой популярной партией страны.
Представители партии, прямо обвинявшие правительство в попытке «перекроить общественное мнение» и поколебать «глобальный моральный авторитет», требуют закрепить нейтралитет в конституции страны.
Аналогичную позицию продвигают еще более радикальные левые партии — например, троцкистская (!) «Люди перед прибылью» (ее рейтинг сейчас около 2% и нескольких депутатов в ирландском парламенте она имеет) — предлагают закрепить нейтралитет Ирландии в конституции или провести соответствующий референдум.
Подобные призывы правительство исключает, объясняя, что это ограничит роль Дублина в осуществлении миротворческих миссий еще больше.
Критика дискуссий о нейтралитете прозвучала и от президента Ирландии Майкла Хиггинса — фигуры, прежде всего, церемониальной, и крайне популярной среди ирландцев. Популярной насколько, что на президентском посту он находится с 2011 года (это его вторая президентская каденция, которая в Ирландии продолжается по семь лет).
Перед консультациями Хиггинс, нечасто комментирующий политические вопросы, неожиданно заявил, что Ирландия «играет с огнем» и «дрейфует» в сторону НАТО.
А главу форума — профессоршу и бывшую вице-президента Оксфордского университета Луиз Ричардсон — Хиггинс назвал женщиной с «очень большим DBE» («Дама Британской империи»), намекнув на якобы ее заангажированность в сторону Британии. За что потом был вынужден извиниться.
Против подвижек в вопросе нейтралитета активно выступают и левые, а также антивоенные организации. Некоторые из них – например «Лига нейтралитета Ирландии» — возникли именно после полномасштабного вторжения России в Украину. Они, как один, критиковали правительство из-за «милитаристского характера» дискуссий и обвиняли в несбалансированности.
Мол, большинство участников дебатов являются представителями «провоенного» крыла.
Ключевые выступающие — премьер Лео Варадкар и министр иностранных дел и обороны Михол Мартин — были вынуждены из-за криков и свистов протестующих уверять: об отмене нейтрального статуса или, тем более, о членстве Ирландии в Альянсе речь не идет.
Но и нынешний статус кво тоже уже не гарантирует безопасность стране, где расположены штаб-квартиры девяти из десяти крупнейших ИТ-компаний и которая зависима от сферы цифровых услуг.
«То, что мы не являемся членом НАТО, усложняет нам самозащиту в случае маловероятного нападения — это просто факт. А вот поэтому ли мы более или менее уязвимы к нападению — вопрос дискуссионный», — подчеркнул Варадкар в выступлении.
****
По крайней мере, одна из тем ирландских консультаций получила поддержку всех коалиционных партий: необходимость пересмотра механизма «тройного замка» в ситуации, когда Россия фактически блокирует принятие решений в Совбезе ООН.
Вероятно, этот вопрос найдет отражение в отчете, который по завершении консультаций должен подготовить глава форума Луиз Ричардсон и подать на рассмотрение министру иностранных дел и обороны Михолу Мартину. А уж он решит, что делать с отчетом.
Вряд ли приходится говорить, что Ирландия решит отменить нейтралитет.
Но между пренебрежением вооруженных сил и членством в НАТО, как показывает практика, существует широкий спектр, и далеко не все опции несовместимы с нейтральным статусом.
Укрепление обороны, более активное военное сотрудничество в рамках ЕС, в том числе и в плане помощи Украине и подготовке украинских военных – это те шаги, которых от Дублина вполне реально ожидать.
А они в свою очередь сделают Евроатлантический регион более защищенным от агрессии России.
Автор: Олег Павлюк,
журналист «Европейской правды»