Почти параллельно с Контактной группой по обороне Украины в Брюсселе два дня длилась встреча глав оборонных ведомств стран НАТО.
В то время как «Рамштайн» был полностью сосредоточен на военной поддержке Украины (подробнее читайте в материале «Европейской правды»), министерская встреча НАТО – пусть украинская тема там и звучала – больше была посвящена безопасности самого Альянса.
Ключевой ее вывод, который ЕвроПравда слышала от коллег и спикеров, можно свести к одному тезису: нужно больше вкладывать в оборону (что, собственно, и неудивительно, учитывая полномасштабную войну в Европе).
В частности, на «министериале» был согласован план дальнейшего развития обороны Альянса, защиты критической инфраструктуры, обсуждены возможные пути увеличения военных расходов.
И – неожиданно – одним из ньюзмейкеров стал вопрос вступления Финляндии и Швеции в НАТО, который уже несколько месяцев не двигался с места.
Больше об этом – в материале «Европейской правды» из Брюсселя.
Что привлекает внимание – это отсутствие конкретных объявлений о военной помощи Украине.
Речь даже не об истребителях — «Рамштайн» показал, что Альянс и другие союзники Украины не считают этот вопрос насущным, зато сосредотачиваются на средствах противовоздушной обороны и тяжелой технике, необходимой для контрнаступления украинских сил.
На важности этих двух пунктов во всех своих выступлениях отмечал и генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг.
«Приветствую новые обязательства по поддержке Украины, сделанные членами Альянса. В частности – больше тяжелых вооружений и военной подготовки. Это очень важно. Украина имеет окно возможностей для того, чтобы изменить баланс сил в свою пользу. И время имеет решающее значение», – заявил он на итоговой пресс-конференции.
Но конкретных объявлений о такой военной помощи было немного, и в кулуарах НАТО их не объявляли.
Разве президент Польши Анджей Дуда, в среду встретившийся со Столтенбергом, заявил, что переданной Западом Украине тяжелой техники должно хватить на «одну механизированную бригаду».
Пока сложно сказать, насколько это соответствует действительности.
Ведь, например, глава Минобороны Германии Борис Писториус утверждает, что пока не удается собрать Leopard 2 даже на один украинский танковый батальон: готовы только 14 немецких и три португальских танка, а 30 польских, по его словам, нуждаются в серьезном ремонте.
В то же время многие и более конкретно говорили о внутренней оборонной политике Североатлантического союза.
Так, генеральный секретарь НАТО, напомнив о саботаже «Северных потоков» в Балтийском море осенью прошлого года, анонсировал создание Координационной группы по критически важной подводной инфраструктуре, которая будет сотрудничать с этой целью с частным сектором.
Также он вскользь упомянул о «многонациональных проектах» по складированию боеприпасов и развитию наземной противовоздушной обороны.
А еще члены Североатлантического союза утвердили новые политические руководящие принципы для оборонного планирования. Это документ, который, если упрощенно, определяет направление развития оборонной способности НАТО на следующие несколько лет.
Содержание документа – засекречено. Но, как утверждает Bloomberg, он предусматривает действия на случай конфликта высокой интенсивности – когда Альянсу придется задействовать статью 5 Североатлантического договора, а также если эта статья не должна быть задействована.
ЕвроПравде не удалось подтвердить содержание политических руководящих принципов. Тем не менее, обращает внимание, что в своем решении министры обороны стран НАТО также согласились оказать «специальную поддержку» странам-партнерам для развития оборонных возможностей – Молдове, Грузии и Боснии и Герцеговине.
Показательно, что эти три страны так или иначе испытывают системное влияние России, а Кишинев лишь недавно прямо назвал Москву организатором кампании по дестабилизации ситуации в стране.
А президент Польши (возле границ которой только недавно произошел инцидент с российскими самолетами) в Брюсселе заявил, что ожидает новых планов безопасности для стран восточного фланга, «которые приведут к такому сценарию, что если любая страна на восточном фланге НАТО подвергнется нападению, то НАТО немедленно отреагирует, ссылаясь на статью 5».
Как Альянсу продолжить усиливать собственную безопасность и при этом всячески избегать даже намеков на то, что речь идет об открытом противостоянии с Россией – эта проблема, похоже, будет лидировать в ближайшие месяцы и годы.
Война в Украине оказала дефицит запасов военного оборудования на складах членов Альянса, прежде всего боеприпасов.
Во время наибольшего обострения украинские военные использовали пять-шесть тысяч боеприпасов в сутки. И хотя Россия выстреливала гораздо больше (до 20 тысяч), это все равно слишком большое число.
Еще перед министерской встречей НАТО Йенс Столтенберг предупредил: темпы, с которыми Украина использует боеприпасы, многократно превышают их производство. И даже если заказ сделать прямо сейчас, на его выполнение в отрасли уйдет два с половиной (!) года.
Один из путей преодоления этого дефицита – применение украинскими военными тактики, при которой требуется меньше боеприпасов. И об этом, как уже писала Европейская правда, говорилось на встрече в формате Рамштайн.
Кроме того, по крайней мере, четыре страны – Соединенные Штаты, Франция, Германия, Норвегия – недавно приняли контракты с промышленностью об увеличении производства снарядов калибра 155 миллиметров.
Но речь идет и о более глубоком и болезненном для НАТО вопросе – инвестициях в безопасность.
А это требует больших средств.
Как известно, после начала российской агрессии против Украины в 2014 году члены Альянса на саммите в Уэльсе приняли решение повысить оборонные бюджеты до 2% ВВП к 2024 году.
Шли годы, а выполнять это решение немногие спешили, хотя и обсуждалось это каждый год. По последним данным, 2% ВВП или больше на оборону тратят всего девять из тридцати членов Альянса. И некоторые из них, например, Германия уже признали, что не уложатся в дедлайн 2024 года.
Да и не похоже, чтобы страны НАТО и ЕС были готовы переходить на экономику «военного времени», о чем прямо говорил, например, глава военного комитета Альянса Роб Бауэр.
Генсек НАТО стремится к еще большему росту расходов – причем согласовать новую цель на саммите в Вильнюсе этим летом.
«Мое видение этого состоит в том, что вместо изменения показателя в 2% нужно двигаться от определения верхнего предела затрат до нижнего предела в 2% ВВП… Когда мы видим потребности в боеприпасах, подготовке, готовности и т.д., очевидно, что 2% недостаточно», – рассказал генсек НАТО журналистам.
И публично министры обороны Альянса выражали этому поддержку – включая Бориса Писториуса из Германии, который прямо сказал, что 2% недостаточно.
Так что, похоже, идея Столтенберга имеет все больше шансов на воплощение на июльском саммите в Литве. Но и здесь, конечно, играют роль временные рамки ее реализации.
Еще один вопрос, который стал темой обсуждений и дискуссий на министерской встрече – вступление в НАТО Швеции и Финляндии.
Не секрет, что обе страны, которые вместе подали заявку на членство в Альянсе, намеревались вместе туда вступить. Но помешала позиция Турции, которая недовольна недостаточной (по ее мнению) борьбой Стокгольма с терроризмом.
И потому в последние недели Анкара начала публично продвигать тезис о возможном одобрении вступления Финляндии – без Швеции.
Хмыз в костер дискуссии подбросил генсек НАТО Столтенберг, который во вторник неожиданно заявил, что такой вариант в принципе допускается.
«Вопрос не в том, будут ли ратифицированы протоколы о вступлении Швеции и Финляндии вместе. Вопрос в том, чтобы эти протоколы были ратифицированы как можно быстрее. И я уверен, что они станут полноправными членами НАТО, и упорно работаю над тем, чтобы это произошло как можно быстрее» , – сказал он перед встречей в формате «Рамштайн».
И уже на следующий день о возможности «раздельного» вступления в НАТО говорил министр обороны Швеции Пол Йонсон, который сказал, что будет уважать решение Анкары рассмотреть заявки двух государств в отдельности.
Но сбудется ли этот сценарий – еще вопрос.
Ведь и Стокгольм, и Хельсинки предпочли бы получить членство в Альянсе одновременно.
Финские коллеги, с которыми пообщался корреспондент ЕвроПравды, опасаются, что разделенное во времени вступление подорвет тесные шведско-финские отношения – чего в Финляндии никак не хотят допустить, особенно на фоне угрозы эскалации со стороны России.
Поэтому оба государства надеются на окно возможностей между запланированными выборами в Турции в мае и саммитом в Вильнюсе в июле, где, как рассчитывают, станут полноценными членами Альянса.
* * * * *
НАТО предстала одновременно перед несколькими вызовами на внутреннем и внешнем фронтах. До сих пор он успешно их преодолевал и, как оказывалось, собирался еще больше.
И нынешние события – очередной тест на трансатлантическое единство, от результатов которого, по всей видимости, будет зависеть будущее Альянса.
Автор: Олег Павлюк,
журналист «Европейской правды», из Брюсселя