Во время войны в Европе отношения Украины и НАТО вошли в новую эру. Наше вступление в Альянс стало более реальным, чем когда-либо – но пока нет окончательного решения об этом, Украина и ее представители способны создать преграды на этом пути.
Иногда они даже делают это. Иногда бессознательно. И это должно прекратиться.
В этом тексте мы объясняем, почему украинским политикам важно наложить табу на упоминания о ПДЧ, то есть план действий по членству Украины в НАТО. В том числе – прекратить ссылаться на решение Бухарестского саммита 2008 года, основанное именно на идее предоставления Украине ПДЧ. Нам необходимо новое видение, новая стратегия по отношению к Украине со стороны Альянса. А чтобы оно появилось – нам самим нужно быть амбициозными и показывать союзникам, которым мы видим свое будущее.
Тем более что один из базовых переговорных принципов в дипломатии, «требуй большего, чтобы получить необходимое», тоже никто не отменял.
На самом деле, война открыла историческое окно для возможного быстрого вступления Украины в НАТО, о чем открыто говорят и украинские чиновники, и наши друзья в Альянсе, и эксперты.
Для таких оптимистических ожиданий есть несколько причин.
Во-первых, в нашу пользу играет восприятие Украины на Западе.
Сейчас, из-за героической борьбы ВСУ, а также из-за хорошего отношения к украинским беженцам и беженцам в Европе, имидж Украины беспрецедентно положительный. Это, в частности, помогает нам двигаться к вступлению в ЕС; убеждает европейцев ломать свои процедуры для Украины.
А еще, давайте откровенно признаем, этот имидж порой заставляет Запад закрывать глаза на проблемы в военной Украине, которые при других обстоятельствах были бы в фокусе внимания партнеров. Такое снисходительное отношение к Западу имеет не только положительные последствия (например, оно не стимулирует власть к сложным демократическим реформам). Но когда доходит до политически чувствительных решений – оно нас иногда спасает, ведь Украине без твердых оснований пытаются не отвечать отказом.
Мы убедились в этом году, когда Евросоюз принял ряд прорывных решений относительно нашего будущего вступления в ЕС. Шансы на политический прорыв на нашем пути в НАТО сейчас также исторически высокие.
Во-вторых, в нашу пользу играют вопросы безопасности.
НАТО – это прежде всего альянс безопасности (после нападения РФ понимание на Западе снова возросло), и союзники должны быть убеждены, что расширение повысит безопасность в регионе и усилит НАТО. А Украина именно сейчас, впервые в истории, способна доказать, что она выполняет это требование. Более того, европейским избирателям это не нужно даже доказывать. И соцопрос, и действия и заявления западных политиков доказывают беспрецедентное доверие к силе и боеспособности украинской армии.
В-третьих, наше вступление в НАТО в короткой перспективе – сразу после победы или даже до нее, в случае жесткой стабилизации фронта – означало бы, что это произойдет в период, когда Россия крайне ослаблена в дипломатическом, экономическом и военном плане, и ее реакция на это будет ограничено.
Достаточно вспомнить, что после вступления в НАТО Финляндии (что стало для Кремля настоящей геополитической катастрофой), ответа РФ не было вообще, кроме нескольких неубедительных заявлений российских политиков и «дипломатов».
Но это историческое окно может оставаться открытым недолго.
Период, когда часть преград для вступления Украины в НАТО существенно ослабла, ограничен. Каждый из трех вышеприведенных пунктов это подтверждает.
Во-первых, похоже, сейчас уровень эмпатии европейцев и американцев к Украине – на своем историческом пике. Эта эмпатия точно будет снижаться, когда Украина уйдет с первых полос западных изданий и выпусков новостей, а вместе с ней будет таять нынешняя уникальная способность Украины «пробивать» чувствительные политические решения.
Во-вторых, это человеческая природа – начинать думать о безопасности, когда угроза становится очень насущной. Рано или поздно после завершения войны мощь украинских сил обороны будет казаться привлекательной все меньшему количеству западных политиков и избирателей. Пацифисты и сторонники подхода «не надо раздражать Россию», которые сейчас почти исчезли с политического поля Европы, вновь окажут влияние.
В-третьих, нужно быть готовыми к тому, что Россия, особенно в случае, если она избежит распада, будет стремиться восстановить силу и вновь будет представлять угрозу соседям.
Все это означает, что Украина обязана использовать историческое окно возможностей и сделать все, чтобы вступить в Альянс как можно быстрее после боевых действий.
Поскольку именно при этом условии вступление в НАТО может состояться в принципе.
А это возможно только в случае быстрой «особой» процедуры вступления, дорогу для введения которой проложили Финляндия и Швеция. И, надо признать, официальный Киев в целом придерживается этого подхода – об этом, в частности, заявлял глава МИД Дмитрий Кулеба на заседании Комиссии Украина-НАТО в апреле.
В Западной Европе и по другую сторону Атлантики стало появляться понимание этого, хотя остаются и противники, которых нужно убеждать. Это реальная задача. Особенно сейчас, когда наше вступление в НАТО стало объединяющей идеей для украинских политиков и лидеров мнений и сплачивает представителей всех лагерей.
На практике, к сожалению, иногда происходит обратное.
В частности, у авторов этого текста были дискуссии с пронатовскими активистами, которые сейчас планируют кампанию за то, чтобы требовать у Альянса именно ПДЧ, а не членство, а также хотят просить государства-члены НАТО прописать в этот перечень амбициозные реформы. Аргументация звучит благородно – использовать рычаг членства НАТО, чтобы ускорить реформирование Украины.
Но какой ценой?
При действующих исторических условиях откладывать наше движение к поступлению крайне нежелательно. Ибо введение ПДЧ может означать утрату возможности вступления в Альянс тогда, когда это в принципе возможно – то есть сейчас.
Чтобы уменьшить такую опасность, нашему государству нужно отказаться от ссылок на все документы и решения, основанные именно на идее обязательности ПДЧ для Украины. Одно из них – это решение Бухарестского саммита НАТО в 2008 году. А также требовать, чтобы и Альянс официально признал, что мир изменился.
Да, это амбициозная задача, потому что для Альянса это означает пересмотр стратегических подходов.
Но сейчас перед Украиной стоят преимущественно амбициозные задачи.
Да и оно нереально – в последнее время даже генсек НАТО Йенс Столтенберг перестал вспоминать о Бухаресте, когда подтверждает, что официальной политикой Альянса является будущее членство Украины.
Этот наш призыв, к слову, совпадает с линией украинского МИД, где в последние месяцы подчеркивают, что поддержка формулы Бухареста-2008 на следующем саммите НАТО стала бы предательством интересов Украины. Казалось бы, очевидна политика всей власти. Но на этом фоне украинский парламент 10 апреля 2023 принимает обращение ко всем парламентам государств-союзников, в котором попросит их добиться «выполнения решений Бухарестского саммита НАТО 2008 относительно членства Украины».
Однако решение 2008 года прямым текстом обязывает НАТО провести Украину через этап ПДЧ! Цитируем п. 23 документа: «…(Украина и Грузия) станут членами НАТО… ПДЧ будет следующим шагом для Украины и Грузии на их пути к членству».
То есть, дипломатия пытается пересмотреть, избавиться от ПДЧ, а Верховная рада конституционным большинством (голосами 352 нардепов) принимает решение, которое может быть прочитано как поддержка этой процедуры!
Конечно, принятие этого обращения (еще) не привело к трагедии.
Очень надеемся, что те парламентарии, которые сознательно выступают за ПДЧ, а не за скорейшее вступление, не будут слишком активны в коммуникации этого стремления с западными партнерами. А наши посольства объяснят, что парламент имел в виду другое: что украинцы стремятся вступить в НАТО как можно быстрее, потому что это поможет не только нашему государству, но и безопасности в Европе.
Но из этой истории точно необходимо извлечь урок.
Чтобы полностью убрать упоминания о Бухаресте (и о ПДЧ) не только по украинскому, но и по натовскому дискурсу, нам нужна НОВАя концепция отношений и движения Украины к членству, которую должен установить саммит в Вильнюсе в июле 2023 года. Именно на ее разработке должна быть сосредоточена работа дипломатов, политиков, экспертов – всех, кто искренне стремится увидеть Украину в евроатлантической семье.
Слово «новая» выделено не случайно. Важно при ее разработке отказаться от груза прошлого, частью которого является решение 2008 года.
В конце концов, принцип ПДЧ в свое время был придуман формально для «лучшей подготовки», но также для торможения вступления в НАТО новых членов. А сейчас геополитическая реальность требует ускорить этот процесс. В вопросе Швеции и Финляндии в Альянсе нашлось понимание этого. Теперь должен найтись и в отношении Украины.
А еще этот пример еще одна иллюстрация того, насколько важно Украине говорить одним голосом с миром в вопросах, определяющих развитие государства. Особенно тогда, когда история создала уникальные возможности, за которые многие украинцы и украинский народ в целом продолжают платить самую высокую цену.
Авторы:
Сергей Сидоренко, редактор «Европейской правды»
Алена Гетьманчук, директор Центра «Новая Европа»