Во время саммита НАТО в Вильнюсе лидеры стран «Группы семи» (G7) объявили совместную декларацию о будущих обязательствах по безопасности для Украины.
Декларация открыта для украинских партнеров вне семерки и уже 12 дополнительных стран выразили согласие присоединиться к инициативе.
Однако согласование самих обязательств еще впереди. 3 августа начались переговоры с США.
О том, почему есть риски, что обязательства безопасности могут остаться на уровне политических соглашений, и чем украинская рамочная декларация отличается от аналогичных отношений безопасности с Израилем и Тайванем – в интересной статье юриста-международника Михаила Солдатенко Израильская модель с украинским акцентом: какими могут быть безопасные «гарантии» США.
Запросы Украины к партнерам по предоставлению долгосрочных и юридически обязательных гарантий безопасности раздаются с прошлого года. В сентябре украинские предложения были изложены в документе, который получил название «Киевский договор безопасности» или Kyiv Security Compact.
Декларация G7 является первым шагом к удовлетворению украинских ожиданий.
Обязательства безопасности, о которых говорится в декларации G7, отличаются от положений договоров о взаимной обороне, которые могут предусматривать помощь вплоть до применения союзнических вооруженных сил (самым известным является Вашингтонский договор НАТО с известной 5-й статьей).
В то же время декларация G7 предусматривает, что Украина и ее партнеры безопасности согласуют «конкретные двусторонние долгосрочные обязательства и договоренности», цель которых – помочь Киеву усилить свою способность для самообороны на годы вперед. Среди потенциальных обязательств – передача новейших видов вооружения, развитие украинского ВПК, поддержка в киберпространстве и предоставление разведданных, а также экономическая помощь для поддержки «украинской экономической стабильности и устойчивости, в том числе через усилия по реконструкции и восстановлению».
Это не в полной мере то, о чем просила Украина в «Киевском договоре безопасности».
Декларация G7 наполнена общими фразами с целью «немедленно» начать переговоры, но нет ясности, каким будет результат этих переговоров с каждой страной. Также декларация не была подписана, а осталась на уровне политического заявления от имени «лидеров G7»; поэтому не исключено желание некоторых лидеров ограничить количество и силу обещаний на этом этапе.
И вдобавок, в документе вообще отсутствует слово «гарантии», которое, впрочем, до сих пор использует Киев.
Ранее не раз звучало мнение, что примером для договоренностей с Украиной может служить безопасное сотрудничество между США и Израилем.
В случае Израиля США декларируют непреклонное обязательство поддерживать так называемое качественное военное превосходство Израиля над армиями соседей, что означает «технологическое и тактическое преимущество для сдерживания и, если нужно, преодоления превосходящих сил противника». Для достижения этого Израиль возлагается на «лучшее оборудование и тренировки, чтобы компенсировать меньший размер территории и населения, чем у большинства потенциальных противников».
Однако важно понимать, что среда Израиля отличается от украинского. Достаточно вспомнить, что у потенциальных противников Израиля нет ядерного оружия, как Россия.
В случае с Тайванем целью является удовлетворение потребностей Тайбэя в самообороне без требования установления качественного военного превосходства над Китаем, обладающим ядерным оружием. Однако в случае Тайваня важным сдерживающим фактором для Китая долгое время была также политика так называемой «стратегической неопределенности» по привлечению американской армии к защите Тайваня, а в последнее время президент США прямо заявляет о возможности защиты острова. По Украине подобных заявлений не звучит.
Украина последовательно настаивает на оформлении необходимых ей обязательств безопасности в форме договора, обязательного к выполнению в соответствии с международным правом.
Первым способом является ратификация будущих договоров безопасности Украины в парламентах партнеров, что может сделать их частью внутреннего законодательства государств-партнеров.
Вторым способом обеспечения участия парламентов, хотя и менее желательным, может быть соглашение, подобное форме меморандума между США и Израилем, с кодификацией в отдельном законе подхода к поддержке Украины, как это сделал Конгресс США в случае Израиля и Тайваня.
Более подробно – в материале Михаила Солдатенко Израильская модель с украинским акцентом: какими могут быть «гарантии» США.
Подписывайся на «Европейскую правду»!