Изменение ситуации безопасности на европейском континенте в результате российской войны против Украины и углубления гибридного конфликта Москвы с Западом открыло историческое окно для утверждения международной субъектности Киева через новые политико-правовые механизмы.
Благодаря героическому сопротивлению нашего народа варварскому нападению РФ Киев получил мощную нравственную легитимность, которой пробиваются существенные сдвиги на международной арене.
Крайне важно конвертировать моральное лидерство Украины в институционализацию усиления роли Киева в международных отношениях. Прежде всего, это касается нашей борьбы за вхождение в евроатлантическую семью.
Руководители Запада подчеркивают разницу между защитой стран Альянса и помощью Украины, так как ответственность бороться с наибольшей современной угрозой для мирового порядка останавливается перед восточной границей НАТО.
Они забывают, что НАТО создавалось для сдерживания угрозы московской агрессии, а не как «паническая комната» для укрывательства испуганных политиков.
Неудивительно, что Москва считывает политику НАТО во избежание прямого столкновения как приглашения к более наглому испытанию красных линий Запада.
В обстоятельствах, когда нашим партнерам не хватает лидерства, чтобы по-настоящему помочь Украине победить, мы должны идти на беспрецедентные шаги. Нам нужно генерировать инициативы, ломающие шаблоны.
Если НАТО не готова обеспечить безопасность Украине, то
Киев должен найти волю предоставить гарантии безопасности странам Европы на случай нападения на них России.
Таким образом, Киев может формализовать моральное лидерство и, не спрашивая ни у кого разрешения, закрепить роль Украины как восточного столба обороны Европы.
Такие гарантии безопасности Киев может оформить путем декларации, в которой будет провозглашаться одностороннее обязательство, что в случае незаконного вооруженного нападения России на наших партнеров Украина сочтет это нападение актом агрессии против себя и предоставит помощь жертве нападения на соответствующий запрос.
Это не декларация намерений G7, а одностороннее обязательство типа статьи 5 Вашингтонского договора. Очень условно эти гарантии безопасности Украины можно назвать «самоинтеграцией» в НАТО.
Скептики сразу спросят: а для чего это нужно нам или странам НАТО, уже имеющим коллективную защиту? Вот десять простых причин:
Первая: Украина покажет, что уже является частью Запада, а не серой зоной.
В войне «тоталитарных режимов против демократий» мы на стороне свободных обществ. Мы готовы разделить судьбу с нашими партнерами, если их постигнет беда, чтобы вместе бороться за общую победу.
Это решительный шаг по противодействию скептикам евроатлантической интеграции Киева, которые до сих пор не хотят видеть нас ни членом НАТО, ни членом ЕС и считают, что можно примирить Москву, если покинуть Украину в буферной зоне.
Вторая: мы убедим, что стремимся не только спрятаться под зонтик защиты за счет высоких рисков для западных обществ, но и что украинцы готовы воевать за них.
Вступление в НАТО, к которому мы стремимся, в конечном счете, будет означать, что у нас возникнут обязательства защищать союзников. Если мы хотим, чтобы граждане стран НАТО шли на жертвы ради Украины, то должны заявить и о готовности.
Третья:
Украина, как страна с уникальным опытом прямого военного столкновения с Россией, восполнит дефицит безопасности в Европе.
Вопреки стереотипам, НАТО имеет свои уязвимости. Способность Североатлантического союза оградить стран-членов на восточном фланге от крупномасштабного, быстрого ограниченного или гибридного нападения России была и остается вызовом. Ни ядерное сдерживание, ни существующие конвенционные средства на востоке НАТО не могут полностью гарантировать эффективную оборону от агрессии.
Год назад премьер Эстонии Кая Каллас избивала в набат, что ее страна может быть стерта с лица земли в случае нападения России. Она публично критиковала слабость оборонного плана НАТО, допускавшего многомесячную оккупацию российскими войсками захваченных территорий. Каллас предупреждала, что существующие военные силы блока в регионе будут просто уничтожены превосходящими силами агрессора.
Со времени тех заявлений НАТО приняло ряд решений для усиления восточного крыла, но проблема не исчезла. Большинство стран Европы имеют армии на бумаге, и даже война РФ против Украины не заставила их власти увеличить расходы на оборону. Особенно отстают задние правительства стран Западной и Южной Европы. Учитывая скрытую мобилизационную кампанию, которая поможет РФ нарастить ресурсы, риски только растут.
Четвертая: Украина имеет прямой военный интерес принимать меры для обеспечения защиты направлений поставки оружия.
В последние недели возросла угроза вооруженных провокаций или даже гибридного нападения на Польшу и Литву в связи с возможными планами Кремля совершить диверсии с территории Беларуси под прикрытием группы Вагнера.
Как минимум, тема возможного нападения, которую Москва и Минск запустили в публичное пространство, может повлиять на парламентскую избирательную кампанию в Польше. Расчет Кремля может заключаться в том, чтобы запугать поляков переносом военных действий на территорию их страны, чтобы подыграть силам, которые более «осторожно» относятся к военной помощи Украине и предпочли бы, чтобы Польша не была в ее авангарде, не говоря уже о пас антиукраинском. силам, выступающим за прекращение такой поддержки.
Таким образом, украинские гарантии безопасности будут дополнительным «успокаивающим» для общественных настроений в Восточной Европе.
Более того, было бы безответственно исключать риск, что РФ может начать подлинные диверсионные действия против Польши. РФ считает поставки оружия Украине легитимной целью и испытывает острую потребность прервать поставки. В Кремле вполне обоснованно ожидается, что со стороны НАТО не будет мощного ответа на попытки гибридной дестабилизации Польши, Литвы, Латвии и Эстонии. Эффективность локального ответа укажет Путину красные линии Запада и какие далеко идущие агрессивные цели он может себе задавать.
В случае нападения на Польшу у Украины фактически не останется выбора как помогать, чтобы защитить поставки оружия для собственных нужд.
Пятое: оружие, предоставленное Западом Украине, в конце концов может однажды защищать и страны НАТО.
Не секрет, что ощутимое количество людей на Западе скептически настроены на поставку оружия Киеву. Мы создадим весомый аргумент, что помощь Украине – это непосредственная инвестиция в собственную безопасность.
Украинская армия убедительно доказала, что не боится воевать с ядерным государством в самой масштабной войне с Второй мировой.
Шестая: украинские гарантии будут побуждать НАТО действовать решительно.
Несмотря на какие-либо заверения Вашингтона, странам восточного крыла есть чего волноваться. Если можно игнорировать геноцидный характер войны; если можно игнорировать ядерный шантаж; если можно оставить без ответа Каховку, если можно оставлять без возмездия нападения на американские беспилотники – откуда будет уверенность, что в момент истины не пожертвуют интересами «маленьких» стран НАТО ради «избегания глобального ядерного Холокоста»?
Седьмая: Украина поставит точку в вопросе «благодарности».
Даже среди наших близких партнеров распространено восприятие, что Украина является исключительно бенефициаром помощи, а Запад обеспечивает безопасность и несет бремя затрат и рисков.
Самая эксклюзивность клуба НАТО является первой иллюстрацией того, что это самые значимые обязательства в международных отношениях, которые один народ может дать другим. Следовательно, дискуссию о «благодарности» можно будет закрыть раз и навсегда, потому что не существует большего проявления благодарности, чем готовность защищать наших партнеров.
Восьмая: украинские гарантии дадут весомые аргументы партнерам, которые адвокируют членство Украины в НАТО, и улучшат двусторонние отношения со странами НАТО в целом.
Только украинского голоса извне не хватит. Как показал Вильнюс, нам нужна коалиция адвокатов Украины, имеющих голос за столом дискуссии. Лучшая мотивация для лоббирования неотложного приглашения Украины внутри Альянса – это тесная связь общими интересами.
Приверженность граждан стран НАТО является необходимым условием для того, чтобы их правительства получили общественный мандат пригласить Украину в члены, а парламенты ратифицировали соответствующие соглашения.
Своими гарантиями безопасности мы выбьем пропагандистские карты враждебности из рук политических сил, которые противодействуют интеграции Украины.
Девятые: Украина демонстративно закрепит лидерскую роль в регионе.
Украинская инициатива станет двигателем для усиления регионального взаимодействия в Восточной Европе. Новая дуга безопасности усилит НАТО. Скорость – это не конек Альянса, а украинские гарантии позволят реагировать на российское нападение без долгих политических задержек.
Десятые: Украинские гарантии придадут дополнительный вес дипломатическим усилиям по поиску международного решения для достижения устойчивого, справедливого и долговременного мира.
Усиление субъектности Украины придаст имиджу Киеву дополнительное влияние на продвижение украинской «формулы мира», ведь наши гарантии – это проекция статуса победителя в войне.
* * * * *
Начиная с 2014 года, пока Запад берег лицо Путину, мы действительно берегли лицо Запада, потому что из-за страха остаться наедине с российской агрессией были вынуждены принимать некоторые навязанные решения, от которых страдали национальные интересы.
Лишь через самоутверждение мы можем добиться, чтобы убедительная победа над РФ в конце концов стала общим интересом и для Запада.
Отвага и решительность делать невозможное – это лидерство, которого не хватает сегодня западным руководителям.
Украина показывает его на поле боя и должна продемонстрировать на арене международных отношений.
Авторы:
Роман Сон, эксперт по международному праву, председатель Международного центра исследований Украины «Прямая Инициатива»;
Ариана Гиц, канадская политическая и правовая аналитика, директор Международного центра исследований Украины «Прямая Инициатива», находится под персональными санкциями РФ;
Анна Гопко, председатель правления сети ANTS, экспредседатель комитета Верховной Рады Украины по международным отношениям