Предвыборные страсти в Польше набирают обороты.
На фоне споров с Европейским Союзом по одобрению миграционного пакта вице-премьер и лидер партии власти «Право и справедливость» Ярослав Качиньский в июне настоял на вынесении на общенациональный референдум вопроса о перемещении мигрантов в ЕС.
Впрочем, впоследствии оказалось, что на референдум вынесут не один вопрос, а сразу четыре.
После чего в течение нескольких недель как в штабе «ПиС», так и в правительстве выдвигали разные идеи о возможных дополнительных вопросах, а также о дате референдума. В конце концов победила концепция премьер-министра Матеуша Моравецкого о проведении плебисцита в день выборов в Сейма и Сенат, которые, по решению президента Анджея Дуды, состоятся 15 октября.
Инициатива была воспринята и оппозицией, и значимой частью общества достаточно критично. А это серьезный вызов для польских властей. И не только для нее.
Следует отметить, что референдум, который состоится в этом году в день парламентских выборов, будет далеко не первым в истории Третьей Республики. После 1989 поляки выражали свою волю на пяти общенациональных плебисцитах.
Так, 18 февраля 1996 года состоялось сразу два референдума: об общем праве граждан и так называемой приватизации по отдельным направлениям использования государственного имущества. Первый по распоряжению – президента Леха Валенсы, второй – Сейма.
Оба оказались ни к чему не обязывающими — из-за низкой явки.
Следующим плебисцитом стал конституционный референдум, состоявшийся 25 мая 1997 года. Инициатором был президент Александр Квасьневский. За принятие конституции проголосовали 52,71% поляков, против — 45,89%.
В июне 2003 года поляки решали, хотят ли они присоединение Польши к Европейскому Союзу. Формально это был референдум по выражению согласия на ратификацию договора о вступлении Польши в ЕС. За присоединение к Евросоюзу высказались 77,45%, против — 22,55%.
Последний в настоящее время референдум состоялся 6 сентября 2015 года по распоряжению президента Бронислава Коморовского. Поляки высказали свою точку зрения по одномандатным избирательным округам, финансированию партий и принципу налогового права.
Однако явка составила всего 7,80%, а это означало, что результаты народного волеизъявления были необязательными.
Несмотря на существующий в Польше плебисцитный опыт, референдумы все же не являются устоявшейся польской традицией. В частности, низкая явка на некоторых из них тому наглядное подтверждение.
Вероятно, именно поэтому власти решили изменить законодательство в этой области, чтобы объединить избирательную кампанию и голосование на референдуме. Как оказалось, референдум 15 октября будет касаться не только «принудительного переселения» мигрантов, о чем говорилось ранее, а гораздо более широкого круга вопросов.
Примечательно, что вокруг этого партия властей устроила специальную кампанию.
Каждый день, с 11 по 14 августа, после 7:00 в сети появлялось короткое видео политиков, в котором они раскрывали один из вопросов и, соответственно, обосновывали его.
Начал информировать поляков Ярослав Качиньский. Его вопрос звучит следующим образом: Поддерживаете ли вы продажу государственных предприятий?
«Для нас голос простых поляков решающий. Голос иностранных политиков, в том числе немецких, не имеет значения, поэтому в ключевых вопросах мы хотим обратиться к гражданам напрямую, на референдуме», — говорит в сюжете вице-премьер и лидер «ПиС», в то же время обвинив лидера оппозиционной партии «Гражданская платформа» Дональда Туска в служении Германии.
Следующей была экс-премьер Беата Шидло (ныне депутат Европарламента), вопрос от которой: Поддерживаете ли вы повышение пенсионного возраста, который сейчас составляет 60 лет для женщин и 65 лет для мужчин?
«Туск и «Платформа» много говорят о женщинах, и они заставили их работать почти до смерти, равно как и мужчин», — сказала Шидло в видеоролике, добавив, что «защита поляков от губительных решений правительства Туска относительно пенсионного возраста была приоритетом «ПиС» еще в кампании президента Анджея Дуды».
Содержание третьего вопроса обнародовал премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий: Поддерживаете ли вы прием тысяч нелегальных иммигрантов с Ближнего Востока и Африки в соответствии с механизмом принудительного переселения, навязанного европейской бюрократией?
«Мы говорим «нет» нелегальной иммиграции. Мы все видим, что происходит на улицах Западной Европы. Изнасилование, убийства, поджоги, разрушение улиц, страшные кварталы», — перечисляет Моравецкий в записи, в которой появляются фрагменты подобных мероприятий в других странах. , и так же не забывая об извечном сопернике Туска, назвав его посланником брюссельских элит и наибольшей угрозой безопасности Польши.
Четвертый вопрос представил министр национальной обороны Мариуш Блащак, и он также связан с темой мигрантов: Поддерживаете ли вы снятие заграждения на границе между Республикой Польша и Республикой Беларусь?
Показательно, что и этот вопрос был подан так, чтобы нанести электоральный удар по оппозиции.
«Польша может стать следующей целью Путина, и наша безопасность под реальной угрозой. Именно поэтому мы последовательно укрепляем военные силы. Именно поэтому мы последовательно укрепляем польскую армию и строим электронный барьер на границе с Беларусью и Россией», — подчеркнул Блащак в сюжете . Он уточняет, что эта проблема возникла из-за того, что «Дональд Туск и его команда сначала ликвидировали воинские части на востоке Польши, затем критиковали нас за то, что мы построили барьер на границе с Беларусью, а затем объявили о его ликвидации».
Будет ли иметь место именно такая формулировка в бюллетенях для голосования на референдуме 15 октября? Это еще неопределенно.
Однако с большой вероятностью — либо такое, либо очень приближенное. Что не может не вызывать ответной реакции общества.
Сказать, что содержание вопросов вызвало целый шквал критики — не сказать ничего. Посыпались обвинения в адрес власти в том, что она чрезвычайно политизировала референдум, который в том виде, в котором его представила господствующая политсила, скорее политическим плебисцитом, чем инструментом поддержки зрелой демократии.
«Я бы даже не называл это референдумом, это некий плебисцит по принципу: лучше быть молодым и богатым, чем старым и бедным. Вопросы шокируют», — прокомментировал бывший глава Национальной избирательной комиссии Польши Войцех Гермелинский.
Начали даже раздаваться обвинения, что «ПиС» предпочитает повторить «успех» господствующей в Венгрии партии «Фидес».
«Он поступит так, как в Венгрии, как Виктор Орбан. Он объединит одни выборы с другими, покажет, что это какие-то вопросы о важных делах, и убедит поляков, что это ключевые проблемы для Польши. Они таковыми не являются», — прокомментировал идею проведение референдума депутат от «Левицы» Кшиштоф Гавковский.
По его убеждению, если бы Качиньский серьезно относился к референдуму и хотел бы спросить поляков о проблемах, он должен спросить об инфляции. По его словам, Качинскому стыдно за то, что он совершил много ошибок, и он пытается выиграть выборы благодаря вопросам референдума.
Гавковский оценил, что выборы не будут равноправны. Ведь «ПиС», по его мнению, «из-за референдумной кампании будет прокачивать свою парламентскую кампанию на стероидах».
Такого же мнения придерживается и лидер оппозиции Дональд Туск — главный «антагонист» видеороликов и всей предвыборной кампании «Права и справедливости».
«Не переживайте за этот референдум. Это не имеет никаких правовых последствий. Это чистый пропагандистский вымысел Качиньского, вырванный 1:1 из метода Орбана, который дважды придумал то же самое во время парламентских выборов», — заявил Туск.
Действительно, с большой вероятностью идею увеличить поддержку партии власти путем популистского референдума подсмотрели у венгерского премьера Орбана.
Еще в октябре 2016 года в Венгрии прошел плебисцит по переселению беженцев. Вопрос был сформулирован так: «Хотите ли вы, чтобы Европейский Союз мог без согласия парламента Венгрии принимать решение о принудительном поселении в Венгрию лиц другой национальности, чем венгерской?»
Тогда целых 98% граждан ответили «нет» — именно так, как того хотели партия Орбана «Фидес» и ультраправа «Йоббик», после чего оппозиционные политсилы призывали бойкотировать результаты референдума. Правда, результат оказался недействительным, поскольку в голосовании приняли участие только 40% имевших право голоса.
Тем не менее, это не помешало Орбану использовать референдум в качестве инструмента создания имиджа лидера, противостоящего Брюсселю и европейским политикам, а также оправдывать свою антимиграционную политику — будто бы этого хотят венгры. Доказательством может служить тот факт, что недавно официальный Будапешт вслед за Варшавой выступил против миграционного соглашения Евросоюза, обвинив Брюссель в желании превратить Венгрию в «страну мигрантов».
Очевидно, ПиС надеется удержать монополию на роль защитника польской земли, суверенитета и собственности.
И даже то, что здесь явно прослеживается политическая манипуляция, не слишком волнует власть.
Поскольку в этой кампании будут использоваться все инструменты, которые ПиС сможет использовать себе на пользу — для убедительной победы на выборах в парламент.
Как сложатся обстоятельства на самом деле, покажет время. Пока же известно, что 16 и 17 августа Сейм Польши проведет двухдневную сессию, на которой согласно программе ожидается рассмотрение предложения о назначении общенационального референдума.
* * * * *
Как бы там ни было, такое острое противостояние в Польше по линии «власть-оппозиция» — по принципу «свой-чужой» — не может не волновать.
Ведь, в частности, от стабильности в этой стране зависит эффективность сопротивления Украины российской агрессии. Жесткая предвыборная кампания может помешать этому процессу, и соответствующие негативные последствия не заставят себя ждать.
Для всех… Кроме России.
Автор: Станислав Желиховский,
кандидат политических наук, эксперт-международник