«Сегодня – большой день для Европы, потому что Европа показала лидерство уже второй раз менее чем за два месяца. Показала, что нет никакой усталости в поддержке Украины. Показала Путину, что мы победим».
Так поднят министр Дмитрий Кулеба прокомментировал решение последних саммитов ЕС. Речь идет об исторической встрече лидеров 14 декабря, когда Украина получила решение о начале переговоров и саммите 1 февраля, где лидеры 27 государств-членов приняли изменения в бюджет, построенные вокруг выделения 50 млрд евро для финансовой поддержки Украины.
Эта четырехлетняя программа называется Ukraine Facility и станет основой для сотрудничества Украины с ЕС в ближайший период.
Потому что речь идет не только о деньгах.
ЕС будет оказывать спасительную для Украины финансовую помощь в обмен на реформы, проводимые Киевом.
Перечень этих реформ некоторых в Украине может огорчить. В нем ЕС впервые за много лет намекнул на проблемы с основой демократии в Украине и просигнализировал, что будет следить за этим. Но для государства, стремящегося идти к членству ЕС, такое давление должно быть только на пользу.
Условия выделения средств еще не должны детализироваться, саммит очертил их только в общих чертах. Помимо того, уже сейчас можно с уверенностью утверждать, что это очень позитивное для Украины решение. Прежде всего потому, что на пути к его принятию удалось преодолеть несколько ультиматумов со стороны Венгрии.
Они были призваны создать очень опасную зависимость Украины от будущих изменений настроения Будапешта.
В то же время компромиссное решение саммита ЕС позволяет Орбану «продать» его дома, в Венгрии, как свою очередную победу – иными словами, сохранить лицо.
В этом тексте мы расскажем, как договаривались по поводу 50 миллиардов евро для Украины; чего хотела Венгрия – и что, наконец, получила; и почему саммит Евросоюза – не последний шаг в утверждении Ukraine Facility. Упомянем и о решении, которое не удалось принять в Брюсселе.
Макрофинансовая помощь является критически важным элементом поддержки экономики Украины в условиях полномасштабной российской агрессии. В условиях, когда значительная часть экономики страны остановилась, а бюджетные расходы существенно выросли из-за потребности финансировать войну, бюджет коллапсировал бы через несколько месяцев, не имея масштабных вливаний со стороны западных партнеров.
В 2022-2023 годах эти средства поступали от США и ЕС через «традиционные» краткосрочные финансовые инструменты прямой бюджетной поддержки. Но в прошлом году Брюссель предложил создать специальный механизм под названием Ukraine Facility, гарантировавший наличие средств на многолетнюю перспективу.
Потому что даже в случае быстрого завершения войны Украина потребует помощи партнеров, чтобы выжить.
Коротко напомним: речь идет о четырехлетней программе на сумму 50 млрд евро, которая состоит из безвозвратной помощи (17 млрд евро) и льготных долгосрочных ссуд (33 млрд евро). Грантовые средства ЕС планирует финансировать, в частности, за счет замороженных российских активов.
Отличие Ukraine Facility от предыдущих «военных» макрофинансовых программ не только в ее беспрецедентном для ЕС объеме или в том, что эта программа долгосрочна, то есть дает Киеву определенную стабильность.
Теперь ЕС обещает установить условия выделения Украине денег для спасения ее бюджета.
До сих пор европейские деньги поступали безусловно, то есть просто ежемесячно.
Подробный перечень условий еще должен быть согласован, и он наверняка претерпевает корректив в течение 4 лет, но их общие очертания известны. Более того, их согласовывали с Украиной: в частности, в конце декабря украинский Кабмин одобрил план Ukraine Facility.
Кратко эти условия перечислены в решении саммита ЕС.
«Предпосылкой поддержки Украины в рамках Программы является то, что Украина продолжает поддерживать и уважать эффективные демократические механизмы, в частности многопартийную парламентскую систему и верховенство права, а также гарантировать уважение прав человека, в частности представителей меньшинств», – говорится в одобренных выводах Европейского совета.
Упоминание о меньшинствах – очевидный реверанс в сторону Венгрии, которая потребует, чтобы в критериях выделения помощи Украине были требования, касающиеся венгров Закарпатья.
Вас, наверное, интересует, что это будет означать, и когда у Орбана появится право заблокировать финансирование Украины на (потенциально надуманных) основаниях, связанных с меньшим законодательством? Мы объясним это дальше в статье, а теперь обратим внимание на требование, которое заняло первое место в списке.
Ключевым критерием, который будет определять помощь Киеву, саммит ЕС определил «уважение к многопартийной парламентской системе». И это действительно новое для отношений Киева с Брюсселем.
Со времен Януковича Евросоюз не ставил под вопрос сохранение в Украине многопартийности, которая является основным предохранителем от становления автократии. То, что теперь это не просто вспомнили, но и сделали приоритетом, определяющим, получит ли страна спасительное финансирование – очень серьезный сигнал для Киева.
Но сначала вернемся к тому, как ЕС в принципе удалось продвинуть решение.
Первоначально Евросоюз планировал одобрить 50-миллиардную программу помощи еще осенью, но это решение заблокировала Венгрия, не приводя никаких реальных оснований для этого.
Тогда в Брюсселе считали, что Будапешт таким образом торгуется за свои фонды, замороженные из-за нарушения венгерским правительством уставных демократических ценностей и принципов Евросоюза. Поэтому решение было вынесено на декабрьский саммит ЕС, перед которым Еврокомиссия разблокировала часть венгерских средств. Впрочем, встреча лидеров также не принесла успеха: Орбан, который под давлением коллег был вынужден «выйти на кофе», во время голосования о начале переговоров о вступлении Украины, был не готов делать еще одну большую уступку за один саммит.
Тогда, чтобы помочь премьеру Венгрии «сохранить лицо», ЕС согласился отложить одобрение Ukraine Facility и созвал на 1 февраля еще один спецсаммит.
В то же время, тогда и чиновники, и главы государств ЕС, и украинская сторона уверенно говорили, что фактически решение о 50 млрд евро для Киева принято – нужно было лишь согласовать детали его воплощения. Но переговоры между Венгрией и фактически остальным Евросоюзом, которые длились полтора месяца от декабрьского саммита ЕС до февральского, показали, что все не так просто.
Стоит заметить: хотя в последние пару недель в СМИ время от времени появлялись оптимистичные сообщения источников, что Венгрия, мол, готова снять вето на 50 миллиардов для Украины,
в действительности Орбан тянул до последнего.
«Согласия не было все это время. Изменение было лишь в том, что в какой-то момент Венгрия просигнализировала о готовности снять вето, выдвинув встречные условия – но эти условия оказались неприемлемыми для нас», – пояснил накануне саммита чиновник ЕС. Источники «ЕвроПравды» в государствах-членах подтверждают эту информацию.
«Компромисс» от Орбана был таким: он проголосует за Ukraine Facility, если помощь Украине будут пересматривать каждый год и утверждать ее продление на саммитах ЕС. На практике это означало бы, что Будапешт получил рычаг для ежегодного шантажа Брюсселя, угрожая ему блокированием помощи Украине на следующий год.
Этот вариант был неприемлем не только для Киева, но и для остальных членов ЕС. Кроме того, у Еврокомиссии было формальное возражение: мол, мы же меняем многолетнюю бюджетную рамку, и ее недопустимо перенимать каждый год.
Впрочем, по данным Европейской правды, Будапешт до последнего настаивал на этой позиции. И только за день до саммита просигнализировал, что уступает под давлением.
Надежд на повторение «туалетного сценария», при котором Орбан выйдет из зала во время голосования, как он это сделал в декабре, не было: еще тогда все согласились, что это не станет регулярным инструментом преодоления вето Орбана.
В течение всего января остальные Евросоюзы оказывали по-настоящему мощное, даже беспрецедентное давление на Венгрию, принуждая ее к согласию.
За считанные дни до саммита ЕС, в Financial Times даже «слили» внутренний документ секретариата Совета ЕС, где якобы описывается план «подрыва экономики Венгрии» в случае, если Орбан будет подрывать европейское единство в этом вопросе. Он предусматривал лишение Будапешта какой-либо финансовой помощи ЕС, в которой венгерское правительство крайне нуждается ввиду не слишком утешительной экономической ситуации в стране.
Более того, на большом брифинге для журналистов, аккредитованных при ЕС, один из ключевых европейских чиновников по сути, подтвердил подлинность документа – хотя и сказали, что тот лишь описывает «текущее состояние венгерской экономики» и не является никаким планом, связанным с саммитом ЕС. Неудивительно, что руководитель аппарата венгерского премьера заявил о «шантаже» Будапешта.
В итоге Орбан просто сдался и без особых уговоров проголосовал за 50 млрд евро для Украины.
Ожидания о том, что саммит затянется до ночи (как это бывает во время сопротивления Орбана) не оправдались: решение утвердили через несколько часов.
Можно с уверенностью утверждать: на венгерского премьера повлияли не только угрозы.
На самом деле, он сам был заинтересован в одобрении помощи для Украины.
Об одной из причин этого «ЕвроПравда» уже подробно рассказывала: дело в том, что Орбан оказался в жесткой изоляции внутри ЕС. Об уровне раздражения поведением венгерского премьера очень ярко свидетельствуют слова главы правительства Польши Дональда Туска: «У ЕС нет так называемой усталости от Украины, а есть проблема усталости от Виктора Орбана».
А теперь перед общеевропейскими выборами и формированием нового состава Еврокомиссии Орбану нужны союзники в Европе.
Здесь следует напомнить, что несколько лет назад партию Орбана «Фидес» выбросили из группы Европейской народной партии. В поисках новой политической семьи он остановился на группе «Европейские консерваторы и реформисты» (ECR), которую возглавляет итальянский визави Джорджия Мэлони.
Но в ECR выдвинули условие присоединения «Фидес»: Орбан должен изменить позицию по отношению к Украине. Именно это, похоже, и привело к общему потеплению в отношениях Будапешта и Киева, о котором ЕвроПравда на днях рассказывала. А еще – помогло утвердить 50-миллиардную программу помощи.
В решении о ее выделении оставили также зацепку, позволившую Орбану представить для своих избирателей это решение как собственную «победу».
Сразу после завершения Виктор Орбан выложил венгерским избирателям свою версию в видео на своей Facebook-странице.
«Мы наконец-то договорились о механизме контроля, который бы гарантировал, что деньги будут использованы (Украиной) разумно, а также, что венгерские деньги не будут перенаправлены в Украину», – заявил он, добавив, что это – новое предложение, которое Венгрия получила в последний день, и только потому не давала согласие на нее заранее. Итак, разберемся, что он имел в виду.
Пункт о сохраненных Орбаном «венгерских деньгах» – ложь. Еще в декабре был план о том, чтобы финансировать помощь для Украины не из-за сокращения других статей бюджета, а из других источников. К примеру, за счет российских государственных активов. Именно это в конце концов и прописали в решении саммита.
А вот на «механизме контроля» стоит остановиться поподробнее.
Тем более, учитывая, что Ukraine Facility предусматривает условия, которые должна выполнять Украина.
Главная победа Украины – то, что ежегодный пересмотр этого плана не будет. Следовательно, Орбан будет лишен возможности ветировать финансирование Украины на следующий год.
Однако механизм контроля действительно предусмотрен.
Ежегодно Европейская комиссия будет готовить отчет о выполнении Ukraine Facility (отчет, а не переутверждение!).
Однако в течение четырех лет Совет ЕС будет сохранять возможность приостановить финансирование Украины. Также выделение каждого очередного транша будет зависеть от государств-членов. «Совет будет играть ключевую роль в управлении Ukraine Facility», – говорится в решении февральского саммита ЕС.
И это довольно логичный механизм, учитывая, что теперь, в отличие от предыдущих программ военной поддержки Украины, помощь становится обусловленной. А тем более – учитывая, что саммит ЕС заметил проблемы с демократией в Украине и сделал это основным критерием для финансирования.
А теперь вспоминаем о том, что в список ключевых критериев добавили также «венгерский» вопрос меньшинств.
Вы можете спросить, то в чем же «победа», если заморозить финансирование теперь смогут не каждый год, а ежемесячно? А она состоит в том, что в этих голосованиях Венгрию лишили права вето. Это напрямую прописано в решении саммита, за которое Орбан отдал свой голос. «Исполнительное решение Совета (об утверждении или приостановке траншей) принимается квалифицированным большинством голосов на основе оценок и предложений Еврокомиссии», говорится в документе.
Также большинство голосов потребуется для внесения изменений в перечень требований ЕС в адрес Украины (т.е. условий выделения финансирования).
Такой пересмотр состоится минимум один раз – через два года, но в реальности стоит рассчитывать, что ЕС будет корректировать условия чаще. Но объем финансирования уже утвержден и без согласия большинства государств ЕС его не пересмотрят.
Следует также добавить, что решение саммита является политическим, и теперь его нужно воплотить в конкретном документе с четко прописанной первой версией условий и сроков. Но ЕС настроен сделать это как можно быстрее. Как пояснила вице-премьер и министерша экономики Юлия Свириденко, финальное утверждение Ukraine Facility Европейским советом и Европарламентом ожидается в конце февраля.
«Мы рассчитываем получить первый платеж в объеме 4,5 миллиарда евро (т.е. за три месяца, кумулятивно. – ЕП.) уже в марте. В настоящее время правительство работает над соответствующим соглашением о переходном финансировании совместно с европейскими партнерами», – добавила она.
Выводы внеочередного саммита ЕС содержат и другие положительные сигналы для Украины.
Во-первых, лидеры Евросоюза поддержали согласованный механизм использования замороженных российских активов в пользу Украины. И это существенный шаг на пути к окончательному утверждению этой модели.
Кратко напомним: предложение Еврокомиссии предусматривает взыскание избыточных доходов от обездвиженных активов Центробанка РФ в странах-членах ЕС на специальный счет, с которого средства будут дальше передаваться на нужды Украины – в том числе и на Ukraine Facility.
Сейчас в ЕС согласовали только открытие такого счета, более подробный механизм работы этой системы еще предстоит принять. И, безусловно, решение саммита Евросоюза должен этот процесс ускорить – потому что оно означает, что ни одно государство (как та же Венгрия) уже не имеет принципиальных возражений.
А вот по другому вопросу – военной помощи – новости, к сожалению, не столь оптимистичны.
В Евросоюзе прошлым летом ведется дискуссия о расширении Европейского фонда мира (European Peace Facility, EPF) – несмотря на свое название, этот фонд компенсировал государствам-членам военную помощь Украине. Пока в нем нет денег, а выделение транша в 500 миллионов евро в последние месяцы постоянно блокирует Венгрия.
Чтобы обойти необходимость каждый раз единогласно одобрять очередной транш, топ-дипломат ЕС Жозеп Боррель вынес предложение создать спецфонд в рамках EPF – тоже на четыре года на общую сумму 20 миллиардов евро (т.е. по 5 миллиардов евро в год). И, как несложно догадаться, Венгрия и здесь была главным «тормозом».
На прошлой неделе СМИ сообщали, что Будапешт якобы был готов снять блокировку создания спецфонда. Но источники «ЕвроПравды» свидетельствовали, что этот оптимизм действительно не соответствует действительности. Что и показали выводы саммита ЕС.
«Европейский совет рассмотрел работу в Совете (ЕС. – Ред.) по военной поддержке Украины в рамках Европейского фонда мира и предложено увеличение его общего потолка. предложения Высокого представителя по Фонду помощи Украине и предложенных ключевых модальностей, учитывая предложения государств-членов».
Иными словами, вопрос откладывается по меньшей мере на месяц с лишним. К тому же – и это важно – в выводах Европейского совета не указана сумма, на которую может быть увеличен Европейский фонд мира для помощи Украине.
Впрочем, отсутствие решения по EPF прямо не влияет на то, как государства ЕС могут оказывать военную помощь Украине. Они, несмотря на венгерское вето, делали это в течение последнего года и наверняка будут продолжать делать и дальше.
Авторы: Олег Павлюк, Сергей Сидоренко,
«Европейская правда»