Европейский Союз наконец-то определился со своими действиями по замороженным российским активам.
На прошлой неделе ЕС сделал крайне важный шаг по поводу этих замороженных российских активов. Речь идет о $300 млрд. резервов Центробанка РФ. Именно эти средства, как рассказал в своем недавнем интервью директор Реестра ущерба для Украины Маркиян Ключковский, являются приоритетом для Украины.
И хотя речь идет только об использовании доходов от замороженных активов, это решение может открыть путь и к их конфискации.
А вместе с тем может стать прецедентом и для других стран, заморозивших российские активы, но пока не определившихся с их дальнейшей судьбой.
12 февраля ЕС объявил, что Совет Европейского Союза принял решение, которым определил обязательство центральных депозитариев ценных бумаг по заблокированным активам Центрального банка России. Это решение обеспечивает правовую определенность для депозитариев, уточняя нормативно-правовую базу, регулирующую их деятельность.
Решение Совета предусматривает, что депозитарии, такие как бельгийское клиринговое учреждение Euroclear, контролирующие российские суверенные активы на сумму более 1 миллиона евро, должны отдельно учитывать доходы от накапливаемых и неиспользуемых средств через действие ограничительных мер и хранить их на отдельных банковских счетах ЕС. .
Важно понимать, что речь идет именно о доходах, которые генерируются как процентная ставка по депозиту, а не о его «теле».
Согласно условиям депозита между Центробанком РФ и депозитариями, последние не выплачивают вознаграждение, начисленное на остатки денежных средств. Следовательно, полученный доход от их использования (например, через размещение в Европейском центральном банке) может рассматриваться как не принадлежащий владельцу счета.
Тем самым, действия Евросоюза могут считаться вполне правомерными и защищенными от исков РФ, которыми она угрожает в случае конфискации ее активов.
Решением Совета было определено, что депозитарии, такие как бельгийское клиринговое учреждение Euroclear, контролирующие российские суверенные активы на сумму более 1 миллиона евро, должны учитывать накапливаемые в результате санкций доходы, а также хранить эти средства на отдельных банковских счетах отдельно от основной суммы депозита. .
Предложение касается только будущих доходов и не будет носить ретроспективный характер.
То есть доходы, накопленные до вступления в силу решения – $4 млрд, не смогут быть использованы.
Однако позитивом является то, что, по данным Euroclear, доходы, связанные с процентами от российских активов, выросли более чем в четыре раза, начиная с 2022 года из-за роста процентных ставок.
Хотя концепция налогообложения не столь эффективна, как конфискация активов, именно она получила одобрение в Евросоюзе, а Брюссель не заставил себя ждать с ее воплощением.
«В истории еще не было примеров репараций без согласия государства-агрессора. Мы будем первыми»
Еще в декабре Европейский совет призвал государства-члены к активным действиям в рамках международного права и законодательства ЕС, чтобы позволить использование сверхприбылей от российских активов для помощи Украине. Хотя Совет не предложил инструментарию воплощения идеи, в лучших традициях формулирования ее роли в Лиссабонской сделке она «придала Союзу необходимый импульс».
Так, 19 января стало известно, что Европейская комиссия подготовила предложение, согласно которому доходы, полученные от замороженных активов России, направлялись бы через бюджет ЕС в Украину. А уже 23 января министры иностранных дел стран ЕС предоставили политическое одобрение налогообложению доходов от заблокированных в блоке суверенных активов РФ.
Первый месяц 2024 года завершился предварительным одобрением государствами-членами соглашения, согласно которому прибыль от сотен миллиардов долларов резервов ЦБ РФ в ЕС будет храниться в резервах депозитариев, будет учитываться отдельно от основной суммы и не будет возвращена акционерам в виде дивидендов, пока страны ЕС не примут единодушное решение о его перепрофилировании как финансовом вкладе в бюджет ЕС в поддержку Украины.
И решение Совета ЕС является логическим продолжением этого процесса.
Сразу следует отметить – эти средства, в случае их передачи Украине, будут считаться не возмещением ущерба от агрессии, а финансовой помощью.
Их передача планируется через созданный Еврокомиссией 1 февраля Ukraine Facility – Украинский фонд для содействия восстановлению, реконструкции и модернизации Украины с целью интеграции в ЕС на период 2024-2027 годов.
Обсуждение судьбы российских активов продолжают сопровождаться дискуссией о последствиях, в первую очередь экономических, как для отдельных стран и депозитариев, так и для всей финансовой системы союзников.
Ранее высокопоставленный чиновник из Брюсселя заявил, что ЕС не сможет выручить Euroclear в случае массового оттока напуганных конфискацией клиентов. А учитывая, что банкротство банка будет стоить гораздо больше, чем составляет годовой бюджет ЕС, Евросоюз должен сбалансировать выгоду и риски от политик по отношению к российским активам.
Несмотря на довольно негативную оценку и неутешительные ожидания подобных шагов даже от нобелевских лауреатов, решение ЕС о хранении не оказало негативного влияния на крупнейшего депозитария российских средств.
По сообщению кредитно-рейтингового агентства Fitch Ratings,
решение ЕС не повлияло на инвестиционную привлекательность Euroclear и не поколебало доверие компании ее клиентов.
Независимые эксперты высоко оценили кредитоспособность компании и заверили, что ее высокая позиция в рейтинге стабильна.
Агентство в своем заключении отметило, что решения западных юрисдикций по использованию налоговых поступлений, процентных доходов или, наконец, непосредственно замороженных активов не должны повлиять на кредитный профиль Euroclear Bank до тех пор, пока все участники будут проводить одинаковую политику в отношении этих средств.
Согласованность действий сведет риски для Euroclear Bank к минимуму.
Однако вопрос согласованности мер является едва ли не самым большим камнем преткновения для союзников на пути к тому, чтобы российские активы были использованы для возмещения последствий войны.
По меньшей мере, две страны могут повлиять на ситуацию – США и Эстония.
С июня 2023 года в Вашингтоне обсуждают «Закон о восстановлении экономического процветания и возможностей для украинцев» (REPO), ключевым пунктом которого является предоставление президенту США полномочий конфисковывать российские суверенные активы и передавать их Украине для возмещения ущерба, нанесенного войной.
В январе этого года Financial Times писали, что США через «Группу семи» пытаются склонить других участников к идее конфисковать суверенные активы РФ, инициировав изучение такой перспективы тремя рабочими группами в рамках клуба. А на прошлой неделе министерша финансов США Дженет Йеллен лично обсуждала перспективы конфискации с Европейским центральным банком и канцлером Германии, хотя от обоих получила дипломатический отказ.
А Эстония еще в начале 2023 года прибегла к решительному шагу разработать юридический план конфискации российских активов до конца января того года.
В октябре прошлого года эстонское правительство одобрило поправки, допускающие удовлетворение исковых требований Украиной к РФ за счет российских активов, хранящихся под юрисдикцией Таллинна.
Проблема может возникнуть, если Эстония примет закон раньше, чем ЕС введет общую политику использования российских активов.
Понятно, что регулирование Союза будет иметь приоритет над национальной инициативой, однако если в то время $21 млн российских активов в Эстонии приобретут другой правовой статус, могут возникнуть дополнительные трудности.
Для того, чтобы любые действия или политики в отношении российских средств имели реальный эффект и практическое воплощение, ключевые актеры процесса – США и страны ЕС – должны четко определить цели подобных мер и понять, что в подобных вопросах «один в поле не воин».
Как показало недавнее решение Международного суда ООН по получению Украиной возмещения от РФ за сбитие в 2014 году самолета Boeing 777 авиакомпании Malaysia Airlines и ограничение прав крымских татар, недооценивать оппонента и полагаться на презумпцию виновности РФ по меньшей мере недальновидно.
Следует понимать, что кроме самого факта получения Украиной компенсации от РФ, международное сообщество ожидает целый ряд сопутствующих задач: создание правовой базы, политического консенсуса, соответствующих институций. Важнейшей задачей является гарантирование ответственности виновных и предупреждение подобных грубых нарушений в будущем.
Для достижения вышеперечисленного нужно понимать, что Россию накажут не отдельные страны или объединения, такие как ЕС, а сообщество демократических государств, которые готовы отстаивать ценности правового общества.
Автор: София Косаревич,
аналитикиня Центра Днестрянского
Материал подготовлен при поддержке Международного фонда «Возрождение» в рамках проекта «#Compensation4UA/Возмещение военного ущерба для Украины. Фаза III: адвокация шагов для гарантирования устойчивой стратегии компенсации»