Возможна ли ситуация, при которой Румыния направит свои войска в защиту Молдовы?
Этот вопрос уже перестал быть сугубо теоретическим: на прошлой неделе румынское Министерство национальной обороны вынесло на общественное обсуждение проект закона о национальной обороне.
И хотя речь идет только о проекте, он уже всколыхнул медиа и общественность, ведь включает в себя целый ряд новаций и потенциально может сказаться не только на национальной безопасности Румынии, но и на региональной безопасности.
Попробуем разобраться более подробно, что задумали в румынском правительстве и как это может повлиять на регион и, конечно, на Украину.
Ответы на эти вопросы можно найти в видеоблоге, вышедшем на YouTube-канале «Европейской правды». А для тех, кто предпочитает чтение, предлагаем статью.
шембеддед центентщ
Румыния не меняла своего законодательства в сфере нацбезопасности еще с середины 1990-х годов. Очевидно, что с тех пор ситуация в регионе коренным образом изменилась, а потребность в изменениях – назрела.
Прежде коррекции требует определения и противодействия гибридным угрозам безопасности Румынии.
И это неудивительно, потому что гибридная война, которую Россия развернула против Европейского Союза и НАТО, требует соответствующего реагирования, а еще лучше – своевременного предотвращения возникновения угроз.
Очевидно, толкование гибридных угроз потребует уточнений, однако с высокой вероятностью румынское законодательство будет согласным со Стратегической концепцией НАТО 2022 года, которая упоминает среди гибридных угроз враждебную деятельность в киберпространстве, операции по дезинформации, инструментализацию миграционных процессов, манипулирование попытки поднять международные нормы и институты и поддержку авторитарных моделей управления.
В частности, реагируя на новые угрозы со стороны РФ, в Альянсе согласились инвестировать в сдерживание и защиту от применения политических, экономических, энергетических, информационных и других гибридных тактик.
Именно таким путем пойдет и Румыния – конструктивный член НАТО, претендующий на статус островка трансатлантической стабильности.
К тому же именно в Румынии планируется развертывание крупнейшей базы НАТО в Европе – военного объекта, который возникнет после расширения авиабазы Михай Когелничана неподалеку от Констанцы.
Новый военный объект будет площадью 2800 гектаров и там смогут одновременно находиться 10 тысяч военнослужащих НАТО и членов их семей.
Неудивительно, что Бухарест обновляет законодательство в соответствии с новыми реалиями безопасности.
Кроме того, новый законопроект содержит нормы о необходимости синхронизации оборонных усилий как с НАТО, так и с Европейским Союзом.
Похоже, таким образом Румыния стремится продемонстрировать свою лояльность как Вашингтону, так и еще в большей степени Берлину, настаивающему на сохранении трансатлантического единства. А одновременно – и Парижу, где думают о «плане Б» на случай возвращения Дональда Трампа в Белый дом.
Однако резонансным этот закон сделала другая инициатива. Речь идет о возможности вмешательства за пределы территории страны. И эта норма может толковаться как намерение противостоять агрессии РФ, в первую очередь в Молдове.
Согласно объяснениям румынского Минобороны, предложенная правка предусматривает не только возможный ввод войск в другую страну, но будет включать другие виды противодействия гибридным угрозам.
Что в этой норме уникально? Стоит напомнить, что возможность использования войск за пределами собственной территории не является новым для международного права.
А при наличии резолюции Совбеза ООН (как это было, например, с Югославией, когда в 1999 году Совбез ООН санкционировал международное военное присутствие в Косово) такие вмешательства даже приветствуются.
Однако впервые речь идет о возможности именно гибридных видов вмешательств.
Поэтому, вероятно, речь идет не только о гуманитарной составляющей или вероятности ввода войск, но и о возможности применения сил жандармерии и Службы информации Румынии (аналог СБУ).
Вдобавок существенно расширяется перечень сфер, где могут быть применены эти силы и будут осуществляться операции. Теперь, очевидно, речь пойдет о политической, экономической, энергетической, информационной и кибернетической сфере.
Такие вмешательства Румынии могут быть инициированы по решению президента страны, по согласованию с Высшим советом национальной обороны. В свою очередь глава государства будет принимать решение по предложению премьер-министра.
Однако самое интересное изменение касается возможности вмешательства за пределы страны ради защиты граждан Румынии.
Вероятно, инициируя такую норму, нынешнее коалиционное правительство социал-демократов и национал-либералов решило «оседлать» тему защиты зарубежных румынов, чтобы не отдать этот козырь в руки оппонентов из AUR («Альянс за объединение румынов») и PMP (Партия Народного) движении).
Напомним, что в этом году в Румынии должны пройти и президентские, и парламентские выборы. Последние должны пройти в декабре, и по их результатам у ультраправой партии AUR есть шансы усилить свое присутствие в парламенте. Соцопросы дают ей второе место и поддержку под 20%.
Если еще раз взглянуть на сферы, где такие вмешательства планируется сделать, то увидим, что речь идет о политической, экономической, энергетической, информационной и кибернетической сфере. Именно они наиболее уязвимы в соседней с Румынией Республике Молдова.
Более того, эта уязвимость особенно растет в этом и в следующем году, когда в Молдове состоятся, соответственно, президентские и парламентские выборы.
Молдова будет подпадать под категорию государств, где Румыния потенциально может осуществить вмешательство, и по второму признаку – там есть граждане Румынии, которых нужно защищать. Более того, их там много.
Хотя официальные цифры не обнародованы, недавно президент Молдовы Мая Санду заявила, что в Молдове около одного миллиона владельцев румынских паспортов. Но на самом деле их может быть еще больше. Говорят, что румынское гражданство есть даже у супруги так называемого президента Приднестровья Вадима Красносельского.
Такое количество румынских паспортов является следствием политики бывшего президента Румынии Траяна Бэсеску, который поощрял предоставление гражданства всем проживавшим на территории королевства Румынии и их потомкам до третьего поколения (а это почти все жители Республики Молдова).
Значит ли это, что уже скоро румынские танки появятся на улицах Кишинева, Комрата или Тирасполя?
Не совсем. И речь не только о том, что эти изменения еще предстоит принять. И нет гарантий, что этот закон будет принят в сжатые сроки, ведь его только обсуждают с общественностью, потом он должен пройти голосование в парламенте, а уже осенью в Румынии – президентские и парламентские выборы и, вероятно, коалициада.
Однако главная преграда состоит в другом. Для применения такой нормы должны возникнуть реальные угрозы гражданам Румынии в Молдове.
При этом пока не ясно, будут ли распространяться нормы закона на граждан Румынии с двойным или множественным гражданством. И даже если да, то, очевидно, такой шаг почти наверняка приведет к военному конфликту с россиянами (особенно если это касается контролируемого РФ Приднестровья), что сейчас табу для Румынии.
К тому же Молдова вряд ли была бы в восторге от появления румынских воинов на своей территории, ведь это испугает и мобилизует русскоязычных избирателей, что может стать проблемой для Маи Санду и ее партии на выборах.
Однако шансы на то, что новый закон создаст предпосылки для защиты молдавского неба, достаточно высоки.
Не секрет, что силы ПВО Молдовы просто не могут обнаруживать и сбивать российские ракеты. Уже произошло несколько инцидентов, когда они пролетали через воздушное пространство Молдовы.
С применением румынского потенциала противовоздушные возможности Молдовы усилятся.
Похожая ситуация и с киберпространством – у Румынии есть потенциал для усиления возможностей Молдовы в этой сфере. В конце концов, и энергетика Молдовы, часто становившаяся объектом российского шантажа, имеет шансы на большую устойчивость при поддержке Румынии.
Может ли эта норма применяться против Украины? И это не пустой вопрос, поскольку в Черновицкой и Одесской областях также немало владельцев румынских паспортов.
Соответственно, это также создает предпосылки для румынского вмешательства и помощи, особенно в части ПВО.
Однако здесь ситуация еще более сложная. Хотя вопрос защиты украинского неба, по крайней мере в приграничных с ЕС регионах, уже перезрел, похоже, что ни одна страна-соседка не возьмет это бремя на себя единолично.
Поэтому Киеву нужно постараться, чтобы сформировать коалицию желающих, где Румыния, безусловно, найдет свое место и роль.
Что касается рисков для Украины, то даже при фантастическом сценарии прихода к власти в Румынии радикалов, готовых к защите «прав соотечественников» без запроса от государства, на территории которого они проживают, воплотить такой подход будет крайне трудно.
Вероятность сценария, при котором радикальные партии в Румынии обретут одновременно должности и президента, и премьер-министра (ведь зарубежная операция нуждается в их общем решении), мизерна.
Кроме того, поступить так не позволят партнеры из ЕС и НАТО.
К тому же такой шаг Бухареста может открыть настоящий ящик Пандоры.
Не исключено, что тогда и у венгерского премьера Виктора Орбана может возникнуть соблазн поступить так же, а венгры (часто с венгерскими паспортами) живут во всех соседних с Венгрией государствах (включая саму Румынию).
Поэтому предпринять такие шаги могут разве что безумные политики.
Автор: Сергей Герасимчук,
заместитель исполнительного директора Совета внешней политики «Украинская призма»