До саммита НАТО осталось менее трех недель, и обычно это время, когда главные результаты встречи лидеров уже согласованы.
Уходящая неделя окончательно сняла вопрос с еще одного ожидаемого результата саммита в Вашингтоне: Альянс получит нового генерального секретаря. После длительных поисков и переговоров и после того, как Столтенбергу дважды продлевали срок полномочий, Альянсу наконец удалось согласовать, кто займет этот пост: в последующие годы секретариат НАТО будет возглавлять многолетний лидер правительства Нидерландов Марк Рютте.
Чтобы достичь согласия по этому вопросу, Альянсу необходимо было преодолеть вето венгерского премьера, и это произошло. Виктор Орбан отказался от ключевой претензии к Рютте, так и не получив того, что требовал.
Впрочем, чтобы сохранить лицо, Орбан и будущий генсек договорились о письменных «гарантиях», касающихся Украины.
Реклама:
Эта статья объясняет, о чем идет речь; почему можно утверждать, что Орбан снова врал; а также чего ждать и чего – не ждать Украины нового генсека НАТО.
Сложный поиск генсека
9 июля в Вашингтоне соберутся главы государств-членов Североатлантического союза. Именно они должны согласовать ряд важных решений, которые определят будущее функционирование Альянса и т.д.
Это – официальная версия.
А в реальности решения саммитов почти всегда согласовываются наперед, на уровне дипломатов, и лидеры лишь формально утверждают их на встрече. Исключения из этого правила бывают, но они должны быть единичными и обычно свидетельствуют о глубоком несовпадении столиц по каким-то важным вопросам. Так, например, в прошлом году на Вильнюсском саммите НАТО формулировку по Украине действительно принимали прямо на переговорах президентов и премьеров.
В этом году саммит особенный: он проходит в Вашингтоне, а его хозяин, президент США Джо Байден, ведет предвыборную кампанию и рассматривает встречу лидеров как один из элементов этой кампании, удостоверяющий его международное лидерство.
Поэтому на этот раз США упорно трудятся над тем, чтобы никаких неожиданностей не было. А избрание нового генсека здесь является важным элементом.
Европейская правда в прошлом году уже рассказывала о «конкурсе» в Альянсе (и его фаворите), но стоит напомнить тезисно.
Гражданскую, невоенную часть Североатлантического союза осуществляет секретариат НАТО. Его возглавляет генсек, председательствующий на встречах Североатлантического совета, ищет компромиссы между странами по сложным политическим вопросам, встречается с партнерами. При этом следует помнить, что формально генсек не может принимать никаких принципиальных решений от имени Альянса, это остается в полномочиях государств-членов. Но бюрократические рычаги оказывают ему очень высокое влияние на процесс принятия этих решений. И даже идеи о том, как преодолеть тот или иной кризис или как прописать то или иное решение обычно предлагает именно команда генерального секретаря.
Словом, генсек НАТО – это гораздо больше, чем просто лицо Альянса. Для этого его выбор имеет особое значение.
Норвежец Йенс Столтенберг занял этот пост еще в 2014-м, причем его избрали на четыре года. В 2018 году его полномочия продлили еще на столько же. Интересная деталь: сам Столтенберг к этому не стремился – напротив, он мечтал вернуться в Норвегию. Но тогда другой достойной кандидатуры не было, и союзники вместе убедили его остаться еще на один срок.
В 2022 году история повторилась, но Столтенберг сказал жесткое «нет» новому четырехлетнему сроку. Президент США лично попросил генсека остаться еще на год, ведь война в Европе – не лучшее время для смены лидеров.
Но прошел год, и ничего не изменилось. Все кандидаты, рассматриваемые на этот пост, не нашли поддержки, в частности в Вашингтоне. Байден снова лично попросил Столтенберга остаться, но теперь – самый последний раз.
Почему этот выбор оказался так непростым?
Одна из причин – это неформальное требование о том, что НАТО должно возглавлять высокий чиновник. То есть желательно, чтобы это был бывший президент или премьер, вот только сложивший полномочия, но предпочитающий уйти из национальной политики и сконцентрироваться на Альянсе.
Второе требование: генсек должен иметь авторитет и имидж переговорщика высокого класса, способный достигать консенсуса между союзниками даже в сложных спорах.
И есть третье требование: то, что генсек должен по сути перестать быть политиком. Генеральный секретарь не должен менять лидеров государств-членов.
Составить этот пазл было действительно непросто. Но отставка Марка Рютте с должности премьера Нидерландов автоматически превратила его в фаворита этой гонки.
Не только Венгрия
Марк Рютте еще до официального баллотирования получил имидж очень рейтингового потенциального кандидата на топдолжность в Альянсе.
Рютте 14 лет подряд возглавлял правительство этой страны, за это время ему четырежды удавалось формировать коалицию. А в Нидерландах, где политика очень фрагментирована, это крайне непростая задача. Достаточно вспомнить, что на последних его выборах в 2021 году в парламент прошли 17 партий. Словом, его способность искать компромиссы, а затем руководить от имени разношерстного правительства – несомненно.
Но это не гарантировало успеха в гонке на должность генсека.
Во-первых, в ряде столиц было желание впервые получить должность генсека для одного из государств Центральной/Восточной Европы. И об этом многие говорили открыто – например, глава МИД Польши Радек Сикорский. Для воплощения этого желания Румыния выдвинула кандидатуру президента Клауса Иоганниса, у которого в этом году заканчивается срок работы в должности.
Впрочем, в натовских кругах изначально было впечатление, что Иоганнис сам считает себя «запасным кандидатом» и отступит в случае, если у Рютте будет поддержка остальных стран. Так в конце концов и случилось.
Во-вторых, несмотря на все свое умение искать компромиссы, Рютте имеет у НАТО и политических противников.
Прежде всего, внимание было приковано к Турции (главные причины – проблемы в отношении власти Нидерландов к турецкому меньшинству, а также неготовность правительства Рютте во всем соглашаться с эрдогановским прочтением борьбы с терроризмом), а также к Венгрии (и потому, что Нидерланды отстаивают европейские. общие ценности, от которых правительство Орбана давно отошло и из-за личной жесткой критики авторитаризма Орбана со стороны Рютте).
Оба лидера не изменили этим ожиданиям: и Турция, и Венгрия сразу объявили, что не готовы поддержать кандидатуру Марка Рютте. Ну а потом к ним добавилась Словакия под руководством орбановского сателлита Роберта Фицо.
Реджеп Эрдоган показался первым, еще в апреле.
Виктор Орбан, давно привыкший к роли лидера-изгоя, которого все союзники тихо ненавидят, но вынуждены терпеть, держался до последнего. Только на этой неделе премьер-министр Венгрии подтвердил, что больше не выступает против кандидатуры Марка Рютте.
Причем Орбан сообщил своим избирателям, что снял оговорку, потому что Рютте, мол, выполнил его требования.
Это, однако, оказалось ложным.
Обмен «чести Орбана» в Украине
Объясняя свое решение, венгерский лидер заявил, что будущий генсек поддержал его относительно того, что Венгрия «не будет участвовать в деятельности НАТО в Украине и никакие венгерские средства не будут использоваться для ее поддержки». С этим у него, мол, пропали аргументы для блокирования нидерландского коллеги.
Хотя, если вспомнить предыдущие публичные заявления Орбана и его чиновников, несложно убедиться, что это не так.
В Будапеште официально отмечали, что главная (и определенное время даже единственная) претензия к Рютте – это то, что он презирает действующую венгерскую власть. В команде Орбана, однако, пытались преподнести это как пренебрежение к Венгрии в целом.
«Мы, безусловно, не можем поддержать избрание на должность генерального секретаря НАТО человека, который раньше хотел поставить Венгрию на колени. Было бы очень странно, если бы кандидатуру такого человека поддержало венгерское правительство», — говорил в марте глава МИД Венгрии Петер Сийярто.
То, что венгерское правительство в свое время выступало за наказание Венгрии в ЕС и против размораживания ее средств, было последовательным критиком орбанизма и даже выступало за исключение Венгрии из ЕС – безусловно, поэтому Орбану было за что слиться.
Но когда Венгрия осталась, по сути, единственным государством, срывающим консенсус по поводу следующего генсека, изменилась и ее риторика.
Виктор Орбан сначала выдвинул дополнительное требование и заявил, что «вопрос чести», то есть заявления Рютте, которые «венгры ему не простят», не единственный.
Вдобавок он захотел заключить «соглашение об Украине».
«Мы хотели бы заключить с будущим генеральным секретарем соглашение о том, что мы не будем участвовать в операциях НАТО против россиян в Украине даже если мы член НАТО», — сказал венгерский премьер 6 июня.
А менее чем через две недели выяснилось, что «честь» Орбана не является проблемой вообще. Рютте отказался извиняться, а Орбан снял свое требование и удовлетворился тем, что будущий генсек напишет ему письмо о Венгрии, Украине и войне и что это письмо якобы даст Венгрии необходимые гарантии. Марк Рютте подтвердил это соглашение.
О чем же речь?
На самом деле, Орбан не получил абсолютно ничего. Рютте лишь обязался письменно сообщить ему, что Венгрия самостоятельно определяет уровень своего участия в возможных будущих операциях Альянса – но равно такое право венграм гарантирует и Североатлантический договор, то есть основное соглашение НАТО. И позорное решение Будапешта не оказывать Украине безопасность также является самостоятельным. Альянс не мог и не сможет принудить правительство Орбана к противоположному. Никаких письменных гарантий здесь не нужно.
Так что можно с уверенностью говорить, что интересы Украины от «компромисса» с Орбаном не пострадали.
Ограниченный оптимизм
Что ж, негативных последствий от ожидаемого избрания Рютте на должность генсека нет. Но есть ли положительные?
Самый точный ответ о том, что позитивы сохранятся, не изменятся.
«ЕвроПравда» в статье о «генсековской гонке» рассказывала, что действующий руководитель секретариата Альянса Йенс Столтенберг вполне проукраинский, к нему здесь действительно нет замечаний. И хотя его работа преимущественно «тихая», не слишком публичная (как и полагается для генсека), но именно он и его команда стоят за абсолютным большинством проукраинских решений, принятых в Альянсе.
А недавно Столтенберг даже вышел за пределы своего мандата и начал публично адвокировать предоставление Украине разрешения избивать по России. То есть превратился из исполнителя в политика – и добился в этом успеха.
Сейчас ожидания относительно Рютте чаще всего составляют на основании того, что его правительство было ясно проукраинским: было одним из пионеров в предоставлении современного вооружения, а в прошлом году объявило о передаче ВСУ истребителей F-16.
И это действительно важно и позволяет оптимистично оценивать возможные дальнейшие действия.
Но будет ошибкой ждать от генсека Рютте сверхактивной поддержки ВСУ.
Как уже говорилось выше, генеральный секретарь не является тем, кто принимает решение о поддержке. Эта роль остается у лидеров НАТО.
А задача генсека – оставаться в тени и использовать все рычаги для того, чтобы склонить лидеров в нужную сторону. Именно этого и ожидают от нидерландца в новой должности.
А еще есть большие надежды на то, что Рютте, которому раньше удавался диалог с президентом Трампом – в случае победы последнего на выборах-2024 – использует всю свою харизму и мастерство, чтобы создать новую американскую политику. В том числе и по Украине. И хотя «рука Рютте» там может быть и не заметна, его роль, наверное, будет незаурядной.
Автор: Сергей Сидоренко,
редактор «Европейской правды»