«Нам осталось несколько часов до перехода Франции на сторону неизвестного», – это заявление правоцентристского политика Жана-Франсуа Копе как нельзя лучше характеризует ситуацию в этой стране.
Уже через несколько дней, 30 июня, во Франции пройдет первый тур парламентских выборов. Второй тур состоится 7 июля. Учитывая, что выборы были объявлены только 9 июня – это самая короткая и удивительная избирательная кампания в новейшей истории Франции.
Похоже, что ни летняя жара, ни футбол, ни приближение парижской Олимпиады не влияют на интерес избирателей. Рекорд, который уже установили эти выборы – за последние дни было оформлено 2,1 млн. разрешений голосовать через доверенных лиц. Это более чем в пять раз больше, чем на предыдущих выборах.
Таким образом, президент Эмманюэль Макрон достиг одной составляющей своего плана – заставил избирателей «проснуться».
Реклама:
Но будет ли этого достаточно для реализации ключевой цели — сделать невозможным приход к власти ультраправых из «Национального объединения»?
Тем более что нынешние опросы свидетельствуют, что у партии Марин Ле Пен есть реальный шанс получить большинство – самостоятельно или с союзниками – и сформировать правительство.
Правда, из-за особенностей французской избирательной системы все прогнозы сейчас имеют немалую относительность. Хотя какая-то ясность появится только в начале следующей недели, когда будет ясно, кто победил в первом туре и кто и с какими результатами прошел во второй тур.
Несмотря на это, уже сейчас следует попытаться найти ответ на ключевые вопросы этих выборов. Какие шансы избежать этого сценария, на что делает ставку президент Макрон и, в конце концов, как эти выборы повлияют на отношения с Украиной?
Функции для Макрона
Парламентские выборы 2022 года стали сенсацией – впервые за долгое время партия главы государства, несколькими месяцами ранее триумфально выигравшая президентские выборы, не смогла получить большинство.
В сущности, эти выборы стали предупреждением лично для Макрона. Через пять лет его первой президентской каденции он существенно потерял популярность и нарастил антирейтинг.
Выборы 2024 стали продолжением этой тенденции. Президентская партия «Возрождение» не может рассчитывать ни на получение большинства, ни на сохранение существующего представительства в Национальной ассамблее.
Все опросы дают «Возрождению» третье место с уровнем популярности около 19%. Для сравнения, лидером гонки является ультраправое «Национальное объединение» — за него готовы отдать голоса около 34% французов. Еще где-то 30% готовы проголосовать за блок левых партий «Новый народный фронт».
Однако в реальности уровень представительства «Возрождение» может оказаться еще меньше.
Это связано с особенностями французской избирательной системы, где депутаты избираются в мажоритарных округах. А эта система дает преимущества партиям-лидерам.
Поэтому партии Макрона прогнозируют от 60 до 120 мандатов в 577-местном парламенте (для сравнения – сейчас президентская сила имеет 245 депутатов).
При таких раскладах сформировать большинство будет очень непросто. Тем более что и ультраправое «Нацобъединение», и левые активно критикуют Макрона и обещают коренной пересмотр его курса.
В такой ситуации единственный шанс сформировать большинство – привлечь в альянс правоцентристов «Республиканцев» и умеренную часть левых.
Именно такую возможность в своем обращении к нации намекал Макрон. По его словам, чтобы остановить ультраправых, будущая коалиция должна включить и правых, и левых – ради этого президент пообещал, что программа такого правительства учтет предвыборные обещания.
Однако для реализации такого плана есть по меньшей мере два препятствия. Первое – уже упомянутый низкий рейтинг президентской партии, что делает невозможным быть ядром такого политического объединения.
Второе – острый политический кризис внутри «Республиканцев» – до недавнего времени одной из двух главных партий страны. Пока партия находится в глубоком кризисе и может рассчитывать на 10-50 мандатов.
Главное же, на выборы партия идет фактически в состоянии гражданской войны. Конфликт вызвало согласие лидера партии Эрика Сиотти объединить усилия с ультраправым «Нацобъединением». Такое заявление возмутило большинство влиятельных партийцев, для которых такой альянс предательство основателя партии Шарля де Голля.
Сиотти пытаются снять с руководства партии, однако на выборы «Республиканцы» де-факто идут двумя колоннами. Раскол произошел и среди избирателей «Республиканцев» — примерно равные части поддержат альянс с ультраправыми и считают его недопустимым.
Второй приемлемый вариант для Макрона – ситуация, при которой «Нацобъединение» и левые не смогут ни самостоятельно сформировать большинство, ни договориться между собой, в результате чего за время придется ставить вопрос о создании технического правительства.
По меньшей мере, такое правительство сможет обеспечить текущее функционирование государства.
А главное, такое правительство не будет вмешиваться в сферы внешней политики и обороны, являющиеся сферой полномочий президента.
Однако у политической истории Франции нет опыта таких технических правительств. Ближайшей параллелью является соседняя Италия, где такие правительства возникают довольно часто, а последний – при руководстве Марио Драги – был довольно успешным.
Но для этого нужно найти влиятельного и независимого эксперта, который бы согласился возглавить такое правительство, а также имел доверие и правых, и левых.
Худший сценарий
Осенью 2021 года ультраправое «Национальное объединение» произвело замену лидера. Вместо Марин Ле Пен, «унаследовавшей» эту партию от отца, формальным председателем политсилы стал молодой политик Жордан Барделла.
Уже сейчас можно говорить, что этот шаг оказался удачным.
Ле Пен сохраняет фактическое лидерство в партии и является кандидатом на следующие президентские выборы. Барделла же является кандидатом от ультраправых на соискание должности премьера.
Ему удалось сделать имидж партии менее радикальным, а соответственно, более принятым в глазах рядового избирателя. Это очень важно в контексте нынешних выборов, ведь во втором туре избиратель часто голосует не за хорошее, а против плохого.
В ситуации, когда оппонентами будут представитель «Нацобъединения» или кандидат от левых, избирателям часто придется делать выбор «меньшего зла».
Недавние выборы в Европарламент показали решение избирателей, и Франция не является исключением.
Существует очень высокая вероятность, что, имея такой выбор, рядовой француз будет голосовать не за кого бы то ни было, чтобы не победил ультраправый, а все-таки поддержит представителя «Нацобъединения».
Возможно, на часть избирателей все же произведут впечатление многочисленные митинги против ультраправых, которые сейчас прокатились по стране, или призывы не голосовать за них – один из таких призывов подписали 170 французских дипломатов.
По аналогиям с предыдущими выборами считается, что если во время первого тура «Национальное объединение» примет 35% мандатов, то по результатам второго тура гарантированно получит абсолютное большинство.
И даже если большинство не удастся взять самим, в «Нацобъединении» рассчитывают на депутатов из круга Эрика Сиотти – не исключено, что они получат «золотую акцию».
Этот сценарий, безусловно, самый плохой и для Макрона, и для Украины.
Уже сейчас, в ожидании победы, лидеры «Нацобъединения» подвергают сомнению полномочия президента в сфере обороны.
В частности, Марин Ле Пен уже заявила, что трактует конституционный статус президента как главнокомандующего лишь как «почетное звание», ведь именно премьер-министр держит кошелек.
Учитывая это, Ле Пен заявила, что при премьере от ее партии «президент не сможет ввести войска в Украину». Напомним, что ранее кандидат в премьеры от «Нацобъединения» Жордан Барделла заявил, что поддерживает право Украины на защиту, но в случае избрания главой правительства не поддержит передачу Киеву ракет, которые позволят наносить удары по территории РФ.
При этом возможная победа ультраправых не означает возвращения к «особым отношениям» с РФ. Негативное восприятие путинской России является доминирующим даже среди избирателей «Нацобъединения».
Неудивительно, что Барделла уже заявил, что рассматривает Россию как «многомерную угрозу как для Франции, так и для Европы».
Курьезный момент: ультраправые среди прочего предлагают запретить лицам с двойным гражданством занимать «стратегические должности». При этом иллюстрируют это опасностью лиц с вторым российским гражданством.
«Вы ведь не хотите, чтобы лицо с франко-российским гражданством было руководителем атомной электростанции?» – заявил во время дебатов Жордан Барделла. В ответ премьер-министр Габриэль Атталь напомнил, что лицо со вторым российским гражданством работало советником Барделлы и могло иметь доступ к секретной информации.
Также ультраправые обещают в случае победы пересмотреть пенсионную реформу Макрона, снизив минимальный возраст ухода на пенсию до 60 лет. Это обещание в правительстве Франции называют нереалистичным, ведь средств на увеличение пенсионных выплат в бюджете нет.
Однако главную ставку ультраправые делают в сфере миграции.
Они обещают «отменить право почвы» (которое позволяет молодым людям, родившимся во Франции от иностранных родителей, получить французское гражданство при условии, что они проживают в стране на момент достижения 18 лет), упростить депортацию иностранцев, а также радикально сократить объем государственной медицинской помощи для иностранцев (подробнее об этом можно почитать в этой статье).
Реализация этих обещаний может привести к массовым беспорядкам во Франции, что среди прочего способно «поставить крест» на ее внешнеполитических амбициях.
Возвращение социалистов
Еще одно отличие выборов 2024 года от предыдущих – принципиальные изменения на левом фланге. И они выглядят скорее положительными для Украины.
На выборах 2022 года большинство левых партий шли в состав блока NUPES, где лидерскую позицию занимала партия «Непокоренная Франция» Жана-Люка Меланшона. Последний известен радикальными антизападными (прежде всего антиамериканскими) взглядами, в результате чего создалась ситуация, когда и ультраправые, и ультралевые декларировали откровенно антиукраинские тезисы.
На их фоне потерялись традиционно дружественные в Украине социалисты – одна из ключевых партий Франции, на выборах 2022 года она получила лишь 27 мандатов.
В этот раз левые партии выступают в составе блока «Новый народный фронт» (ННФ). Это название – отсылка к Народному фронту, политическому объединению, действовавшему во Франции накануне Второй мировой войны и которому удалось впервые привести в должность премьера политика-социалиста.
А вместе с тем это отсылка к необходимости противостоять ультраправым и сравнение нынешней ситуации с предвоенной.
Но ключевое отличие ННФ от NUPES – в нем Меланшон уже не находится на лидерской позиции. Выборы в Европарламент показали, что традиционные левые имеют более высокие шансы на победу, чем «ультра».
Так что в ННФ пытаются подчеркнуть, что Меланшона не выдвинут на должность премьера при условии их победы.
При таких раскладах выборы 2024 могут стать возвращением социалистов – вполне вероятно, что они возобновят свое лидерство на левом фланге. Это позитив для Украины, потому что социалисты не критикуют передачу Киеву оружия. И хотя они не поддерживают отправку в Украину французских войск, однако одобряют направление миротворческих миссий, задачей которых будет защита украинских АЭС.
А вдобавок участие в выборах неожиданно принял экспрезидент Франсуа Олланд. Напомним, именно ему удалось переломить французский тренд на особые отношения с Россией, введя санкции и разорвав соглашение о строительстве для РФ десантных кораблей-вертолетоносцев класса «Мистраль».
Ожидаемое ослабление леворадикалов по результатам нынешних выборов и одновременно восстановление позиций социалистов – один из ключевых аргументов, позволяющий Макрону надеяться на относительно положительный результат этих выборов.
А одновременно – это и одна из немногих хороших для Украины новостей из Франции.
Автор: Юрий Панченко,
редактор «Европейской правды»