С начала полномасштабной агрессии России против Украины Европейский Союз сделал значительные шаги по уменьшению зависимости от российских энергоносителей.
Доля российского газа в общем импорте ЕС сократилась с 40% в 2021 году до менее 10% в 2024-м, а импорт российского угля полностью прекратился.
Однако проблемы остаются: российский СПГ до сих пор поставляется в страны ЕС, а обходные пути для торговли нефтью и сейчас позволяют Кремлю получать миллиарды евро.
Однако давление ЕС может в скором времени усилиться. Польша, готовясь к председательству в Совете ЕС в январе 2025 г., определила энергетическую безопасность как ключевой приоритет.
Реклама:
Курс на отмену зависимости от РФ
Польша показывает последовательность курса на энергонезависимость от РФ. Как своей, так и ЕС. Несмотря на тяжелые выборы и смену властной коалиции и правительства.
«С сегодняшнего дня мы прекратили быть в любой зависимости от России. Наши склады по-прежнему заполнены, мы будем наполнять их ежедневно на 100%», – заявил еще в апреле 2022 года тогдашний премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий.
Польша планировала тогда инициировать новые санкции, разработать механизмы контроля над импортом российского газа и поддержать инфраструктурные проекты для развития альтернативных поставок и возобновляемой энергетики. Успешное выполнение этих целей должно стать важным шагом к энергетической безопасности ЕС и финансовому ослаблению России.
Затем, в октябре 2022 года, вице-премьер Польши Яцек Сасин и министерша климата и окружающей среды Анна Москва во время визита в США обсуждали вопросы энергетической безопасности и сотрудничества в области ядерной энергетики.
Этот шаг был вызван агрессивной политикой России, которая подвигла Польшу на поиск альтернативных источников энергии и решений для укрепления энергетической независимости.
А в июне 2023 года посол Польши в ЕС призвал к ужесточению санкций против России и Беларуси, подчеркивая, что разрушение Каховской ГЭС является военным преступлением и «новой фазой ужасающей агрессии».
В феврале 2024 года министр климата и окружающей среды Паулина Генниг-Клоска заявила о необходимости обновления Энергетической политики Польши до 2040 года из-за войны войны в Украине, подчеркнув, что «текущая ситуация требует пересмотра наших стратегических планов в сфере энергетики».
Несмотря на эти вызовы Польша демонстрирует решимость в продвижении своих энергетических инициатив.
В сентябре 2024 года страна представила проект национального энергетического и климатического плана, предусматривающий достижение 56% доли возобновляемых источников в электроэнергетике к 2030 году.
Министр климата и окружающей среды отметила: «Мы больше не спорим в правительстве об основных параметрах плана, отсутствии трансформации дороже, чем ее реализация».
Кроме того, Польша сама сталкивается с вызовами в своей энергетической политике. Финансовые аспекты также представляют непростую задачу. Ведь реализация масштабных инфраструктурных проектов, строительство новых СПГ-терминалов или развитие возобновляемых источников энергии требуют значительных инвестиций.
Привлечение же необходимых средств может быть усложнено из-за экономических ограничений и конкуренции за ресурсы в пределах ЕС.
Поэтому Польша полностью осознает угрозы, связанные с зависимостью от российских энергоносителей, и активно действует для ее преодоления.
Разворот ЕС
Кратко напомним об этапах уменьшения энергетической зависимости блока от РФ.
До начала полномасштабного вторжения России в Украину в феврале 2022 г. Европейский Союз в значительной степени зависел от российских энергоносителей. В 2021 году доля российского газа в импорте ЕС составила 45%.
После начала войны ЕС ввел ряд санкций против России, направленных на уменьшение этой зависимости. До марта 2023 года импорт нефти из России в ЕС снизился на 90% по сравнению с довоенными объемами.
Несмотря на эти меры, импорт российского сжиженного природного газа (СПГ) в ЕС вырос на 38%.
Если в 2021 году он составлял 13 млрд кубометров, то в 2023-м – 18 млрд кубометров.
В ответ на это в июне 2024 года ЕС принял 14-й пакет санкций, впервые включавший ограничения на российский СПГ.
Эти санкции запрещают перевалку российского СПГ через порты ЕС в третьи страны, усложняя экспортные операции России и уменьшая ее энергетические доходы.
Таким образом, ЕС добился значительного прогресса в уменьшении зависимости от российских энергоносителей, но полная энергетическая независимость еще не достигнута. Следовательно, дальнейшие усилия, в частности во время председательства Польши в Совете ЕС, будут решающими для достижения этой цели.
Что именно анонсирует Польша?
Уже летом Варшава сигнализировала, что хочет использовать свой шестимесячный срок лидерства, чтобы остановить поставки российского топлива, поступающего на континент, остающийся критическим источником доходов Кремля.
В октябре 2024 г. государственный секретарь Министерства климата и окружающей среды Польши Кшиштоф Болеста заявил: «Импорт российских энергоносителей растет. Это плохой знак. Мы должны решить эту проблему».
Представляя приоритеты и деятельность Министерства иностранных дел по председательству Польши в Совете ЕС с 1 января 2025 года, глава МИД Радослав Сикорский заявлял: «Целью председательства будет усиление санкций ЕС против агрессоров: России и Беларуси – и борьба с их обходом».
Поэтому первый метод – продолжение санкционного давления.
«Мы ожидаем 16-й пакет санкций в начале следующего года. Польша всегда поддерживала санкционное давление против России, и мы готовы продвигать эту повестку дня сразу после получения предложений от Еврокомиссии»,– отметила представительница Польши при ЕС Агнешка Бартол.
«Прямо рядом с нашими границами идет война, есть другая война немного дальше, произошли изменения правительств в Европе и за ее пределами, и все это создает обстоятельства со многими неизвестными», — добавила она. В связи с этим Варшава собирается сосредоточиться на различных измерениях вопроса безопасности ЕС, в частности на внешней и энергетической политике.
Европейские дипломаты ждут до конца года, прежде чем серьезно обсуждать новые ограничения перед тем, как Польша возьмет на себя полугодовое ротационное председательство в ЕС.
Второй метод – усиление развития собственной европейской генерации электроэнергии из чистых источников. В том числе для того чтобы самого спроса на российские энергоносители не было. Стоимость поддержки планов Польши по строительству 17,9 ГВт оффшорных ветровых мощностей составит около 144,2 млрд. евро.
Третий метод – более строгие проверки соблюдения существующего санкционного режима и перекрытие методов его обхождения.
В октябре Польша на закрытой встрече презентовала инициативу по большей прозрачности объемов российского ископаемого топлива, которое попадает на рынок ЕС, включая поставки под ложными предлогами.
Эта инициатива уже имеет значительную поддержку – 10 стран, среди которых Франция, Чехия, Швеция, Финляндия и страны Балтии, обнародовали совместное заявление, предупредив о росте импорта российского СПГ в ЕС.
В документе отмечено, что происхождение газа при поставках через СПГ-терминалы недостаточно идентифицировано. Для решения этой проблемы предлагается усилить контроль за происхождением поставляемого в ЕС газа для обеспечения надлежащего мониторинга.
Ожидается, что эта инициатива станет одним из ключевых вопросов польского председательства, которое начнется в январе. Следовательно, будущие санкционные пакеты, вероятно, будут сосредоточены на борьбе с обходом действующих ограничений, в частности ценового лимита на нефть, эффективность которого оказалась недостаточной.
Реализация польских энергетических инициатив может оказать существенное влияние на экономику России.
В 2023 году экспорт энергоносителей принес Кремлю более 200 млрд долларов, финансируя военную агрессию.
Дальнейшие ограничения на импорт российского газа, нефти и СПГ усилят дефицит российского бюджета, который вырос до 6% ВВП в 2024 году.
Кто за и кто против?
Этот путь не обещает быть лёгким. Ведь одним из главных барьеров есть политические разногласия между странами-членами ЕС относительно санкционной политики против России.
Ибо некоторые государства, в том числе те, которые имеют значительную зависимость от российских энергоносителей, могут оказывать сопротивление усилению санкций, опасаясь экономических последствий для своих энергетических секторов и потерь прибыли.
Венгрия или Словакия традиционно выступают против более жестких санкций из-за значительной зависимости от российских энергоносителей и собственных интересов, связанных с их перепродажей. Эти две страны продолжают импортировать российский газ в ЕС по специальным соглашениям, заявляя об экономической целесообразности подобных решений.
Ключевой аргумент оппонентов санкций – возможен рост цен на энергоносители и риск энергетического дефицита.
Венгерский премьер-министр Виктор Орбан неоднократно заявлял, что санкции вредят больше Европе, чем России, и называл их «ложной стратегией». Это создает напряжение во внутриевропейских дискуссиях, ведь для принятия новых ограничительных мер требуется единодушие.
Таким образом, хотя Польша сталкивается с рядом вызовов в реализации своих энергетических инициатив, ее активная позиция и конкретные действия свидетельствуют о стремлении содействовать энергетической безопасности и независимости как на национальном, так и европейском уровнях.
Еще одной сложностью является конкуренция за ресурсы внутри ЕС. Финансирование масштабных инфраструктурных проектов, таких как СПГ-терминалы или развитие возобновляемых источников энергии, требует значительных инвестиций, но бюджетные возможности Европейского Союза ограничены.
Некоторые страны могут настаивать на использовании средств для других более насущных потребностей.
Тем не менее, Польша планирует действовать решительно. Варшава активно привлекает союзников среди стран Балтии, скандинавских государств и Центральной Европы, разделяющих позицию о необходимости энергетической независимости.
Польские дипломаты также работают над формированием компромиссных решений, например постепенным введением ограничений или механизмов финансовой поддержки для наиболее зависимых стран.
Варшава также намерена использовать инструменты публичной дипломатии, объясняя экономические преимущества энергетической трансформации. А главное – необходимость решительных действий.
Правительство отмечает, что затраты на внедрение новых источников энергии меньше долгосрочных рисков, связанных с зависимостью от России.
«Отсутствие трансформации дороже, чем ее реализация»,
объясняет эту позицию министр климата и окружающей среды Паулина Генниг-Клоска.
Плюсом является и позиция, которую обнародовал Дан Йоргенсен, новый еврокомиссар по энергетике – он заявил о намерении ускорить отказ ЕС от российского газа до 2027 года и планирует представить соответствующий план действий в первые 100 дней в должности.
Таким образом, несмотря на серьезную оппозицию и внутриевропейские трудности, Польша готовится к последовательной защите своей энергетической программы, стремясь снизить зависимость ЕС от российских энергоносителей.
Публикации в рубрике «Экспертна думка» не являются редакционными статьями и отражают исключительно точку зрения авторов