Вторжение России в Украину показало европейцам, что они не могут считать собственную безопасность чем-то само собой разумеющимся или полагаться на других в выполнении критически важных функций.
Однако Европейский Союз именно так и поступает, позволяя себе отставать в новой космической гонке.
Прошло 56 лет с тех пор, как Нил Армстронг ступил на Луну в разгар Холодной войны и привлек внимание всего мира. Но космос уже давно перестал быть только областью исследований и инноваций. Это стало фронтом безопасности – особенно для Европы.
Всего через несколько дней после вторжения России в Украину российская кибератака вывела из строя спутниковую сеть, обеспечивающую критически важную связь в Европе. А сейчас Россия и Китай разрабатывают оружие, способное глушить, выводить из строя и уничтожать европейские спутники.
С другой стороны, космические амбиции Европы уже давно не соответствуют потребностям ее безопасности.
Мы остаемся наблюдателями, в то время как американские компании, в том числе SpaceX Илона Маска, вытесняют нас с околоземной орбиты. Расходы на космос в ЕС на душу населения примерно в пять раз выше, чем в США, и вдвое больше, чем в Японии.
Космический бюджет Китая примерно в три раза превышает бюджет Европейского космического агентства, а инвестиции европейского частного сектора составляют лишь четверть инвестиций США.
Столкнувшись с этими поразительными различиями, я вижу три приоритета для Европы.
Во-первых, нужно сломать табу на инвестиции в оборонные космические программы.
Подобно дронам или искусственному интеллекту, космические технологии имеют как военное, так и гражданское применение. Они также требуют значительных капиталовложений. В США около 60% расходов, связанных с космосом, идет на оборонные проекты и оборудование.
Если Европа хочет развивать свой космический потенциал, она должна использовать бюджеты на оборону и безопасность, которые увеличиваются в ответ на российское вторжение в Украину. Включение Европейской комиссией проекта «Космический щит» в план «Европейская оборона – готовность к 2030 году» является шагом в правильном направлении, но нам нужно идти дальше.
Для этого необходима политика на европейском уровне, которая будет стимулировать рост космической отрасли.
Хотя SpaceX стала критически важной для оборонных и разведывательных структур США, в Европе такого лидера нет. Однако у нас есть перспективные космические стартапы, которым нужны новые источники финансирования и благоприятная политическая среда для развития отрасли.
Вторая задача — обеспечить нашу независимость в космосе, а также на суше, в воздухе и на море.
Европа слишком часто зависит от иностранных игроков, в первую очередь США, в таких областях, как запуски ракет, наблюдение за Землей и системы разведки, наблюдения и рекогносцировки (ISR).
Мы должны гарантировать, что у нас есть эти возможности внутри страны через европейские компании или тех, кто готов инвестировать в европейские производственные цепочки. Невыполнение этого требования было бы серьезной ошибкой.
Мы уже видели, как США прекратили предоставлять Украине спутниковые данные.
И мы не можем допустить, чтобы это повторилось в других частях Европы. Возможности своевременной разведки и глобального наблюдения стали жизненно важными для современного оборонного планирования.
В качестве примера возможного решения я предложил создание совместной скандинавской спутниковой группировки для наблюдения и защищенной связи. Объединив оборонные инвестиции и опыт частного сектора Северных стран, мы могли бы разделить расходы, укрепить нашу коллективную оборону и стимулировать развитие нашей космической промышленности.
Третья задача — защитить наши рынки и стать лидером в сохранении космоса вокруг Земли и суверенитета, который оно обеспечивает.
В 2018 году на орбите находилось около 2000 активных спутников. Сегодня их более 10 000, а к концу десятилетия их число может превысить 100 000.
Это быстрое перенасыщение, вызванное в первую очередь мегагруппировками спутников, принадлежащих нескольким американским компаниям, представляет собой недооцененную угрозу национальной безопасности, суверенитету и способности безопасного доступа в космос.
Когда эти низкоорбитальные спутники распадаются, их обломки летят со скоростью, в восемь раз превышающей скорость пули, что повышает риск синдрома Кесслера — цепочки столкновений обломков, которые могут сделать низкую орбиту непригодной для использования.
Не менее тревожным является растущее число спутников, претендующих на ограниченный радиочастотный спектр — невидимую «шоссе» сигналов, соединяющую спутники с Землей.
Если не принять меры, нехватка спектра и помехи со стороны мегасозвездий поставят под угрозу способность Европы поддерживать критически важные системы безопасности, наблюдения и связи, которые зависят от доступа в космос.
Поскольку прогресс в заключении новых многосторонних соглашений в ООН практически застопорился из-за нового соперничества сверхдержав, а правила времен холодной войны, регулирующие использование космического пространства, давно устарели, Европа должна действовать.
Мы должны защитить наши рынки от тех, кто ведет себя безответственно в космосе, и, опираясь на Европейский закон о космосе (Закон ЕС о космосе), работать со странами, разделяющими наши ценности, над введением новых национальных правил, гарантирующих сохранение космоса для будущих поколений.
Вторжение России в Украину напомнило Европе, что ее безопасность не является чем-то само собой разумеющимся.
Мы никогда больше не должны зависеть от тех, кто не разделяет наши ценности, будь то непредсказуемые российские автократы или непредсказуемые американские миллиардеры. Мы должны действовать решительно, чтобы решить важнейшие проблемы, стоящие перед нашим доступом в космос.
Европа должна сделать это не потому, что это легко, а потому, что это срочно и необходимо.
Колонка изначально появилась на сайте Project Syndicate и публикуется с разрешения правообладателя.