Федоров. Фото УП
Экс-министр Михаил Федоров заявляет, что при его руководстве Министерство обороны не заблокировало ни одного решения Генерального штаба и тогдашнего главнокомандующего Александра Сырского, и отрицает наличие «личного» конфликта с генералом.
Источник: Федоров в интервью «Украинской правде»
Прямая речь: «На самом деле у нас прямо такого личного конфликта с главнокомандующим не было. Это скорее мировоззренческий конфликт. У нас есть определенное видение войны, с которым мы пришли. Но эта концепция разбивается на определенные реформы, проекты и операции, которые необходимо реализовать.
Реклама:
Я представил эту концепцию президенту, еще, наверное, до назначения. Я работаю с этой концепцией с 2023 года, она постоянно подвергается определенному обновлению. После этого я представил её главнокомандующему и начальнику Генерального штаба. У нас был скорее институциональный конфликт по поводу реализации этой концепции. Плюс культурный конфликт. Потому что нужно давать свободу молодым лидерам, нужно быстрее принимать решения, нужно доводить до конца определённые реформы, которые уже начались».
Детали: Федоров утверждает, что при его руководстве Министерство обороны не заблокировало ни одного решения Генерального штаба и главнокомандующего. «Потому что армия 24/7 воюет и должна быть максимально эффективной, даже если я не согласен с некоторыми решениями», — объясняет экс-министр.
Кроме того, Федоров подчеркивает, что не выдвигал ультиматумов в отношении своей должности.
Он отмечает, что после пресс-брифинга и на фоне акций протеста ему предложили ряд «кресел», но он против декоративных должностей.
Прямая речь: «Я просто сказал, что у меня есть определённое видение того, что делать дальше. Где бы я ни был, я буду следовать этому видению, но занимать какую-то декоративную должность не буду. Я ассоциирую себя с менеджером, который умеет строить систему и достигать результата. И если я не вижу результата, то это меня сильно демотивирует.
Поэтому в этой ситуации нет никакого ультиматума. Мне предложили должности, я сказал: нет, спасибо, я буду работать в другой сфере. А если я нужен для реализации концепции войны, то тогда в качестве министра обороны я смогу продолжить это и достичь результата, о котором заявлял».