Белорусский эксперт оценил шансы на проведение переговоров в Минске и рассказал о рисках для режима Лукашенко
Белорусский аналитик, эксперт Украинского института будущего Игар Тышкевич считает, что после заявления постпреда Украины в ООН Андрея Мельника о готовности Зеленского встретиться с Путиным «где угодно», кроме Москвы, Кремль может выдвинуть инициативу «не Москва, так Минск». Автор объясняет, почему Лукашенко будет добиваться такого формата и чем для него может обернуться закрытие нынешнего «окна возможностей». Публикуем его размышления.
Андрей Мельник заявил, что Зеленский готов встретиться с Путиным «где угодно», кроме Москвы.
Скоро услышим усатого беларуса с предложением «гатовы принять».
Заявление, напомню, прозвучало на заседании Совбеза ООН из уст представителя Украины при организации. Это была попытка парировать тезисы российской делегации про «актуальное приглашение в Москву».
И вот на этом моменте Путин может выступить с ожидаемой инициативой «не Москва, так Минск». Для него это демонстрация того, что украинская делегация во главе с первым лицом приедет в страну, которая за последние годы попала в колоссальную зависимость от РФ.
Вопрос: а что Лукашенко? Он будет максимально продавливать, упрашивать, требовать (если получится) такой формат. Для него это вопрос политического выживания и возможности провести транзит в спокойной обстановке. Некий аналог «минских» соглашений не с точки зрения содержания, а с точки зрения политических последствий.
Вопрос: «получится ли?». И вот тут можно говорить о новых вводных для Минска. Ведь опыт 2015 года в точности повторить не получится. Зато есть возможность сыграть немного по-другому.
1. Максимизировать выгоды от своего сепаратного трека переговоров с США. То есть наложить диалог Вашингтон — Минск на американский трек заморозки войны в Украине. И оказать «еще одну услугу» Трампу. Тем более что Путин может быть не против.
2. Если переговоры идут в американском треке, то давайте вспомним 28 пунктов Дмитриева — Уиткоффа (которые потом трансформировались в 20 пунктов). Там есть американское управление частью замороженных российских активов, которые пойдут на восстановление Украины. И если речь не о прямом распорядителе, а об аналоге «международного контроля», есть Совет мира, который создал Трамп. Беларусь — участник. Таким образом, для Лукашенко это возможность хоть боком, хоть задом, но обойти вопросы ответственности за агрессию и вернуться на украинский рынок.
3. Постепенный выход из-под санкций (европейских) и возврат на европейский рынок. Та же ситуация — «посредник». Нужный «посредник». И есть возможность «продать» этот функционал. Пусть не сразу, но постепенно.
4. Как ни парадоксально, но и китайский фактор. Пекину надоела ситуация, когда Лукашенко загнал себя в изоляцию на западном направлении. Перспективы выхода из кризиса в обозримой перспективе станут фактором, способным улучшить китайско-беларуские отношения. Для Лукашенко это будет означать, что КНР вновь предметно занимается Беларусью в отрыве от России. А это вновь вопросы стабилизации и будущего транзита.
Поэтому Лукашенко вскоре начнет часто и в красивых выражениях цитировать представителя Украины в ООН. И будет поднимать этот вопрос перед Путиным.
Для Москвы, повторю, это приемлемо. Но без политических последствий, которые могут расширять поле маневра для официального Минска. Поэтому Путин согласится не сразу. Возьмет паузу. Но возможность «словить за язык» Украину с предложением встречи в самый неприятный для Киева момент вряд ли будет упускать.
Но написанное выше — это «окно возможностей» в рамках американского трека. Которое закончится уже зимой. Если, естественно, не будет договоренностей о принципах заморозки (что маловероятно). Дальше возможно переформатирование переговорных рамок с новыми посредниками. Для Минска задача усложнится: придется работать и с Вашингтоном, и с Пекином. При этом не слишком нервировать Европу. Такой сценарий (уже весной-летом) несет для Москвы риски с точки зрения удержания Беларуси. Поэтому если текущее «окно возможностей» пройдет, перед открытием нового стоит ожидать активных попыток РФ втянуть Лукашенко в очередную авантюру, которая окончательно закрепит за ним статус «супертоксичного». Без возможностей быстро отмыться. Февраль-март будут крайне неприятными месяцами для ПапыКоли, одним словом.