18-19 декабря саммит Евросоюза согласовал финансирование Украины на 2026-2027 годы. Ожидалось, что поддержка Украины будет оказана с помощью замороженных российских активов – именно в этом заключалась идея Еврокомиссии, получившая название «репарационного кредита».
Но все произошло не так, как ожидалось. Украина снова получит помощь за счет европейцев.
О том, почему ЕС не удалось договориться о репарационном кредите, каков был его механизм и что стало реальным препятствием, читайте в статье юрисконсульта Transparency International Ukraine Натальи Сычевлюк «О защите российских средств». Почему ЕС не согласился на «репарацию» помощи Украине. Ниже приводится краткое изложение этого.
Идея использования российских суверенных активов для нужд Украины существовала с первых дней полномасштабного вторжения. Украина с самого начала призывала к их полной конфискации, однако ЕС и другие западные партнеры настаивали на отсутствии законодательных механизмов, а также апеллировали к экономическим и правовым рискам.
Проблема конфискации кремлевских денег чисто политическая.
И дело не только в том, что внутри ЕС есть страны (такие как Венгрия и, в некоторой степени, Словакия), которые последовательны в своей пророссийской позиции.
Некоторым другим европейским государствам потеря российских суверенных фондов банально финансово невыгодна.
Так, самый крупный «золотой запас» российских фондов хранится в бельгийском Euroclear, и хотя он и заморожен, он все равно приносит доход – за счет инвестирования этих активов на рынок ценных бумаг. А прибыль от использования замороженных активов, согласно законодательству ЕС, больше не принадлежит России.
Кроме того, поскольку эти средства длительное время хранятся в депозитарии, постепенно приближается срок их погашения. А поскольку Россия не может ни забрать эти замороженные активы, ни использовать их каким-либо иным образом, средства постепенно попадают в свободное пользование Euroclear. По оценкам Reuters, Euroclear на данный момент накопила около 176 миллиардов евро наличными из замороженных российских активов; оставшиеся 9 миллиардов евро, размещенные в депозитарии, будут высвобождены в 2026-2027 годах.
Поэтому неудивительно, что крупнейшим противником идеи конфискации этих средств в пользу Украины стала Бельгия.
Предложение относительно «репарационного кредита» предусматривало предоставление Украине денег именно в виде средств, которые были задекларированы как «доходы от замороженных активов» в депозитариях ЕС.
То есть формально не затрагивая ни сами российские активы, ни бюджеты стран-членов ЕС. Напомним, что европейские налогоплательщики устали финансировать Украину своими деньгами, а политическая поддержка нашей страны падает с каждыми последующими выборами.
Репарационный кредит действительно может стать шагом вперед в политике ЕС в отношении замороженных российских активов. Хотя бы потому, что международные партнеры Украины будут финансировать наши военные нужды не из своих бюджетов, а за счет доходов от замороженных российских активов.
Теперь перспектива конфискации самой части этих активов выглядит еще более мрачной, чем раньше.
Но возвращать их в Россию явно никто не собирается.
А это значит, что обсуждение как репарационного кредита, так и самих фондов пока приостановлено.
Подробнее читайте в статье Натальи Сычевлюк «О защите российских средств». Почему ЕС не согласился на «репарацию» помощи Украине.
Подписывайтесь на «Европейскую правду»!