Среди европейских союзников Украины особое место занимают такие страны как Дания, Швеция, Норвегия и Финляндия. Нордические государства предоставили Украине помощь уже на 15,5 млрд евро. Это и снабжение современных истребителей F-16, ПВО NASAMS, это и «датская инициатива», по которой иностранные государства финансируют производство оружия на мощностях украинского ВПК.
Впрочем, внутри «нордической четверки» это деление очень неоднородно.
Наибольший вопрос – взнос Норвегии, которая является самой богатой страной в Северной Европе и ключевым экспортером нефти и газа, но находится на последнем месте в «четверке» по объему поддержки.
Этот факт критикуют и соседи Норвегии, и собственная оппозиция в стране, из-за чего объемы помощи Украине несколько увеличили, но все еще не кажутся пропорциональными.
Реклама:
Главная редактор «Украинской правды» Севгиль Мусаева пообщалась об этом и не только с министром иностранных дел страны Эспеном Бартом Эйде. Полная версия интервью – в материале «Трамп стал больше прислушиваться к союзникам, чем кто-либо ожидал». Интервью главы МИД Норвегии. Далее – основные его тезисы.
Помощь Украине поддерживают все партии Норвегии, из года в год. Недавнее увеличение объемов помощи также получило единодушную поддержку в парламенте, и у этой инициативы очень мощная поддержка в обществе.
В Норвегии, даже если крайние правые или левые партии более критичны – они все равно поддерживают «программу Нансена для поддержки Украины». Мне кажется, что такая тенденция продолжится и дальше.
По «программе Нансена» наше обязательство действует до 2030 года, но уже есть решение о ее продлении после этого времени.
Это касается поддержки во время войны и мира.
Приблизительно 50% помощи должно идти на военную, а 50% – на гражданскую поддержку.
Впрочем, сейчас, во время интенсивной фазы войны, доля военной помощи выше.
На следующий год мы запланировали выделить Украине помощь в 35 миллиардов крон, что составляет примерно 3 миллиарда евро.
И важно отметить, что это нижний порог, а не потолок. Программа сохраняет гибкость, то есть теперь речь идет как минимум о 35 миллиардах.
Итак, в 2025 году наша помощь будет самой высокой за все время. Это очень значительная сумма, но она должна быть такова, ведь мы можем себе это позволить и считаем это правильным шагом.
Потребностей в военной сфере много: например, истребители F-16, системы противовоздушной обороны, боеприпасы. Мы также открыли возможность экспорта технологий и лицензий в Украину. Мы, как и Дания, сейчас готовимся к инвестированию в украинскую оборонную промышленность.
Мы внимательно следим за ситуацией в Соединенных Штатах. Если несколько месяцев назад было чувство, что президент Трамп может быстро сократить поддержку, то теперь я в этом менее убежден. Недавно я был в Вашингтоне и ощутил интересную вещь: то, что Россия привлекла северокорейские войска, стало стратегической ошибкой.
Это продемонстрировало (для американских игроков. – Ред.), что азиатский театр безопасности теперь также связан с Украиной.
Кроме того, если Трамп быстро сократит поддержку и это приведет к ухудшению ситуации на поле боя, то это может быть воспринято как слабость Трампа и станет проблемой не только для Украины, но и самого Трампа.
Сейчас есть впечатление, что Трамп стал больше прислушиваться к союзникам, чем кто-либо ожидал.
Мы на Западе узнаем сейчас о современной войне с высокотехнологичным противником именно из Украины.
Украинское развитие беспилотной войны производит большое впечатление. А это не только дроны, но и защищенная коммуникация, позволяющая иметь связь с собственными дронами без помех и вмешательств.
Центр военного развития сейчас находится в Украине.
Полная версия интервью – в материале «Трамп стал больше прислушиваться к союзникам, чем кто-либо ожидал».