Новая российская агрессия против Украины оказалась совсем неожиданной для Франции.
До последнего французские власти считали, что Россия не будет воевать, а французские эксперты часто подчеркивали, что Москва просто хочет вести переговоры с Западом по стратегическим вопросам.
Впрочем, с первых дней войны власть, СМИ и население Франции встали на сторону Украины.
Конечно, не обошлось без конфузов. Отношение французских лидеров к войне в Украине, позиции экспертов и СМИ по поводу российско-украинского конфликта в некоторой степени объясняются некомпетентностью французских аналитических кругов относительно украинской внешней политики, состояния ВСУ и менталитета украинцев.
Показательно отсутствие во Франции политологов-международников, специалистов по политике Украины, которые бы владели украинским и были способны ознакомиться с приобретениями украинской политической науки на ее языке.
Как именно меняется отношение французов к Украине, как российская агрессия влияет на ход президентских выборов и что в такой ситуации следует делать Киеву?
Да, Франция совсем не ожидала войны России против Украины.
Оценки французской разведки, которые ложились на стол высшему руководству государства, настаивали: цена вторжения была бы слишком высокой, российские власти хотели только шантажировать.
Подобные прогнозы давали и французские аналитические круги.
Такие ошибки уже имеют кадровые последствия. В конце марта руководитель Главного управления военной разведки Франции генерал Эрик Видо был уволен из-за ошибок в анализе российской угрозы – именно из-за ошибок в оценке действий РФ.
При этом с начала войны Франция боялась и прогнозировала скорейшее поражение Украины.
6 марта начальник Генерального штаба вооруженных сил Франции Тьерри Буркхард подтвердил, что россияне хотят изолировать и уничтожить украинскую армию, назвав это вероятным сценарием. А 11 марта он выражал обеспокоенность по поводу возможного внезапного поражения ВСУ.
Несмотря на подобные оценки, Франция с первого дня войны осудила Россию и признала храбрость украинского народа.
Помощь оружием или вето на вступление в ЕС: чего ждать Украине от выборов во Франции
Президент Эммануэль Макрон в своей речи 24 февраля подчеркнул ответственность президента России Путина за развязывание захватнической войны, а министр иностранных дел Жан-Ив Ле Дриан на следующий день заявил, что война тотальная.
При этом Франция не воспринимает лицемерие политики России и с первых дней не просто поддерживала, но даже настаивала на введении жестких экономических и финансовых санкций против РФ.
1 марта министр экономики Брюно Ле Мер даже заявил, что ЕС и Франция ведут «тотальную экономическую и финансовую войну» против России.
И возможно, самое важное, что Франция оказала Украине военную помощь, чтобы она могла противостоять России. Пока известно лишь, что речь идет как об оборонном оборудовании, так и о топливе для украинской армии. Остальные подробности Париж предпочитает держать в тайне.
Однако Франция по-прежнему стремится сохранять диалог с Россией.
Здесь следует иметь в виду, что такой диалог является стратегической доминантой французской внешней политики.
Это и концепция Шарля де Голля «Европа от Атлантики до Урала», и концепция европейской конфедерации Франсуа Миттерана, и поиск сотрудничества с Россией как противовес деятельности французских атлантистов.
И, наконец, эти позиции трансформировались в концепцию диалога с Россией действующего президента Франции.
10 апреля во Франции прошел первый тур президентских выборов. Его победители, действующий президент и правопопулистка Марин Ле Пен теперь должны привлечь голоса других политических сил, чьи представители во второй тур не попали.
Именно поэтому следует показать, какую позицию по войне в Украине занимают ведущие политические силы Франции.
Правоцентристские кандидаты привержены Украине.
Кандидатка от правых «Республиканцев» Валери Пекресс организовала свой совет обороны по войне в Украине, а 9 марта заявила о необходимости сокращения закупок российских углеводородов.
А 24 марта она предложила разместить украинских беженцев на виллах или яхтах российских олигархов.
Эти позиции в общем-то совпадают с видением президента Макрона.
Поэтому ему не нужно ничего придумывать, чтобы привлечь правоцентристский электорат.
Совсем другая ситуация с ультраправыми.
Лидер «Национального объединения» Марин Ле Пен даже во время войны демонстрировала пророссийскую настроенность.
Она заявила, что не имеет особого увлечения Владимиром Зеленским и что после окончания войны Россия еще может быть союзником Франции.
Впрочем, Ле Пен отметила, что необходимо быстро достичь мира в Украине и приветствовать украинских беженцев во Франции.
Лидер партии Reconquête (что можно перевести как «Отвоевание») Эрик Земмур изначально негативно относился к Украине. 28 февраля он подчеркнул, что НАТО несет ответственность за конфликт и что он против принятия украинских беженцев.
Лишь 6 марта Земмур признал, что не понял, что Россия начала войну против Украины, и изменил свое мнение по поводу беженцев. 8 марта он подчеркнул, что война не будет решающей для будущего Франции.
Земмур уже объявил, что поддерживает во втором туре Марин Ле Пен. Впрочем, это не накладывает на нее дополнительных обязательств – похоже, что накануне второго тура Ле Пен пытается выглядеть максимально респектабельно, чтобы привлечь не только голоса ультраправых, но и центристов, часть из которых разочарована в Макроне.
В такой ситуации решающим станут голоса левого электората.
Радикальный кандидат, лидер крайне левой «Непокоренной Франции» Жан-Люк Меланшон называет Путина единственным виновником развязывания войны, а также организовывал митинги за мир в Украине.
Однако одновременно Меланшон критиковал поставки оружия и выступает за внеблоковость Франции.
Заметим, что ввиду того, что Меланшон в первом туре занял третье место с огромным отрывом от остального «пеллетона», именно на голоса его симпатиков будет активно охотиться Макрон.
Умеренные левые кандидаты выступали за активную поддержку Украины.
Кандидат от «Зеленых» Янник Жадо подверг критике идею внеблоковости Франции, выдвинутую Меланшоном. Он также обвинил энергетическую компанию Total в причастности к российским военным преступлениям.
Похожую позицию занимает и кандидат от социалистов, мэр Парижа Анн Идальго – она поддерживала и поставки оружия в Украину, и газовое эмбарго для России.
Проблема состоит лишь в том, что даже вместе и Жадо, и Идальго набрали в разы меньше голосов, чем Меланшон.
Поэтому в заигрывании с левым спектром Макрон чаще будет обращаться к избирателям Меланшона, чем к симпатикам Жадо и Идальго.
Именно этот факт и следует принимать во внимание, анализируя заявления Макрона, что были сделаны накануне второго тура.
Что в такой ситуации следует делать Украине?
Дадим пару ключевых рекомендаций.
1. Активизация присутствия сотрудников посольства Украины во Франции во французских СМИ по отдельным темам и присутствии на научных мероприятиях Украины.
В определенной степени здесь может стать информационная деятельность и стиль высказываний посла Украины в Германии Андрея Мельника – рискованные и необычные, но чрезвычайно эффективные. Следовательно, такая стратегия может служить отличным примером для других.
2. Отказ от траты времени на попытку убедить ярых 70-90-летних французских русофилов, которые будут продолжать рассказывать о «русском балете» и взгляды которых вряд ли изменят даже фото из Бучи.
Внимание следует сосредоточить на просветительской деятельности среди французского студенчества и молодежи, не подвергшихся влиянию имперского мировоззрения, которое распространялось представителями и потомками «белой эмиграции».
Французская молодежь является открытой, любознательной и проявляет больше приверженности принципам правового государства, независимо от его размеров и мощностей.
Уже в среднесрочной перспективе некоторые из них будут формировать новую внешнюю политику Франции. И есть существенный шанс, что к тому моменту имидж пророссийскости навсегда уйдет в прошлое.
Авторы:
Оксана Митрофанова, приглашенный доцент Университета Пантеон-Ассас, Париж, Франция
Жюльен Плушар, докторант Университета Сержи, Франконвиль, Франция