В День достоинства и свободы Украину посетили два иностранных лидера – президент Молдовы Мая Санду и президент Европейского совета Шарль Мишель. Никаких торжественных событий и церемоний 21 ноября, к 10-летию начала Революции достоинства, в Киеве не было. Впрочем, визит все равно был полон символизма.
10 лет назад украинский народ показал свое стремление двигаться к ЕС и действовать решительно и радикально, если кто-то пытается остановить это движение (таким «кто-то» тогда стали власти Януковича-Азарова и их российские партнеры).
В 2023 году три лидера также собрались, чтобы обсудить, как сохранить движение, если кто-то решит заблокировать начало переговоров о вступлении Украины и Молдовы в ЕС (теперь этим «кто-то» становится венгерский премьер Орбан и российские партнеры – те же, что и в 2013!).
О вероятности такого развития событий говорят и украинские источники, и чиновники в Брюсселе.
После встречи в Киеве три лидера подчеркивали, что негативное развитие вовсе не гарантировано, а Шарль Мишень объяснял, как именно он будет убеждать европейских коллег проголосовать за Украину.
Однако и «между строчками», и напрямую признавали: отказ возможен.
Чтобы преодолеть ее, Киев готов пойти на уступки по вопросу, который точно вызовет как минимум дискуссию, а также будет негативно воспринято частью общества – на изменение языкового законодательства.
Однако без этого выполнить критерии ЕС оказалось невозможно.
«Еще нет проблемы», — этими словами Владимир Зеленский начал ответ во вторник вечером на вопрос «ЕвроПравды» о том, как Украина планирует предотвратить негативный сценарий, при котором на саммите ЕС в декабре Украина не получит решения о начале вступительных переговоров.
Впрочем, и весь ответ, и слово еще в отрицании президента, и остальные заявления после переговоров Зеленского, Мишеля и Санду довольно четко свидетельствовали о том, что ситуация не безоблачная.
В частности, за 10 минут до этого украинский президент объяснял корреспонденту итальянского агентства ANSA, что возможный отказ Украины на декабрьском саммите будет иметь далеко идущие последствия, и просил ЕС не подыгрывать Путину. Президент Мишель объяснял, что приложит все усилия, чтобы ЕС не остановился на негативном для Украины решении (то есть он считает эту возможность реальной), а президент Санду публично напоминала, что ЕС обещал сделать этот шаг и не должен нарушать свое обещание.
Да и сам Зеленский, комментируя предположение «ЕвроПравды», признал дословно: «Слоном в комнате (то есть государством, сорвавшим договоренность) может стать кто-либо».
Эти заявления, от которых веяло ощущением опасности, по поводу следующего саммита ЕС на самом деле не стали неожиданностью.
В последние недели, с приближением саммита, от все большего количества источников можно услышать опасения, что решение в отношении Украины не получит единодушной поддержки.
Недавно информацию об этом начать сливать также в международные медиа: Reuters опубликовало заявления нескольких источников в ЕС о том, что в декабре Евросоюз может не дать зеленый свет для дальнейшего движения Украины к членству – принятие этого решения, мол, могут перенести на март, потому что сейчас для него не хватает голосов.
Как известно, решения о процессе расширения принимаются в ЕС исключительно консенсусом государств-членов.
Источники Европейской правды свидетельствуют, что на предыдущих консультациях в Брюсселе скептические намеки звучат не только от представителей Орбана. В частности, есть вопросы по Австрии. Причем у нее нет никаких реальных претензий к Украине, но есть опасность, что Киев окажется заложником геополитики. Мол, в обмен на зеленый свет для Украины Вена хочет большего прогресса для Западных Балкан…
Недаром саммит ЕС – Западные Балканы назначили прямо накануне голосования по Украине – это событие состоится 13 декабря, а украинский вопрос лидеры ЕС будут рассматривать 14 декабря 2023 года.
Однако ключевой преградой остается Орбан. Он единственный из лидеров ЕС публично обещает заблокировать продвижение Украины в ЕС.
В случае если его сопротивление удастся сломать, другие лидеры наверняка не станут на пути.
И главным вопросом остается мотивация венгерского лидера в его сопротивлении движению Украины в ЕС. Ведь на этот счет ясности пока нет. Источники «Европейской правды» делятся предположениями лишь непублично, намекая на то, что Орбан, блокируя Украину, может сознательно подыгрывать российскому лидеру, для которого это очень желанный сценарий.
Конечно, в этом вопросе никто не может говорить с уверенностью, но факт того, что изменение позиции Венгрии произошло именно после личной встречи Орбана и Путина в Пекине 17 октября.
Так, еще в сентябре Будапешт на официальном уровне сообщал Украину о готовности к компромиссу по языку образования. Тогда в венгерской столице прошли межправительственные консультации; далее Киев представил коллегам «дорожную карту», наработанную на той встрече, в правительстве Венгрии ее восприняли положительно – и дальше все неожиданно остановилось.
И еще более показательно, что после обещания Орбана о блокировании Украины венгры получили «плюшки» от России. Заявление венгерского премьера прозвучало 10 ноября, а уже 17 ноября Москва предоставила Будапешту письменные гарантии планов строительства новых атомных энергоблоков в Венгрии. Речь идет о проекте «Пакш-2», инвестиции в который оценивают в 12 млрд евро, преимущественно на средства государственного кредита РФ.
Вопрос о том, является ли это совпадение случайным, неизбежны.
Прошение «ЕвроПравды» к Зеленскому и Мишелю прокомментировать то, что Орбан может действительно представлять интересы РФ, осталась без прямого ответа. Но намек президента Евросовета был достаточно красноречивым
На прямой и конкретный вопрос, «понимаете ли вы, что это будет вето не Орбана, а Путина», он ответил также коротко: «Наши решения подтверждают, что РФ не удается запугать ЕС… И поэтому я уверен, что мы найдем общий ответ , и она будет положительной».
И надо признать, что шанс одолеть венгерское вето действительно есть.
Надо подчеркнуть: нет и вряд ли могут появиться жесткие подтверждения относительно того, какими были договоренности Путина и Орбана; можно говорить только о предположениях, анализах и спекуляциях по косвенным признакам.
Но даже в случае, если венгерский лидер действительно действует в пользу Кремля, то все равно речь не может идти об «указании Путина» или об обязывающем соглашении между ними, которое Орбан не может нарушить.
Так международные отношения не работают.
Подобные договоренности обычно основываются на «упорных советах», когда другая сторона (на этот раз – Венгрия) понимает, что может получить реальные дивиденды, если поможет просителю, то есть Путину.
А это значит, что под угрозой больших потерь, в том числе финансовых, Венгрия может отказаться от планов и неохотно дать согласие на открытие вступительных переговоров с Украиной. А Орбан сможет сказать Путину, что «сражался как лев», но другие европейские государства поставили его в тупик.
Именно такова европейская составляющая «рецепта победы» на декабрьском саммите.
В случае, если другие государства Евросоюза объединятся в готовности не разблокировать венгерское финансирование из бюджета ЕС, а возможно, также создать дополнительные финансовые проблемы для Венгрии, пока Орбан не прекратит играть в российскую игру – этот стимул может оказаться значительно привлекательнее частички из российских. 12 млрд евро, которые могут поступить в Венгрию. Да и то – не сразу, а в течение 10 лет.
Но действий ЕС здесь недостаточно.
Чтобы изолировать Будапешт нужно убрать возможность критики Украины со стороны других государств-членов. А это возможно только в том случае, если Украина продемонстрирует примерное выполнение требований, выдвинутых ранее Евросоюзом. Именно такой сигнал привез в Киев Шарль Мишель. И его дословно повторили на пресс-конференции после переговоров Майя Санду и Владимир Зеленский.
«Есть семь рекомендаций, мы должны их полностью сделать, чтобы к нам не было никаких вопросов, никаких возможностей сказать, что Украина что-то не выполнила. Это – самая сильная позиция, в которой может быть Украина», – ответил Зеленский на вопрос «ЕвроПравды».
Но дело в том, что «примерное исполнение» означает также, что Украине придется изменить языковое/меньшинственное законодательство.
Это одна из упомянутых семи рекомендаций ЕС.
В прошлом году, когда Украина получила статус кандидата, этот пункт был включен в перечень по требованию Венгрии. Однако он имеет поддержку со стороны Румынии, что также отстаивает права румыноязычного меньшинства, просто делает это мягче, без публичных ультиматумов.
А уже в этом году Украина стала заложницей жесткого и неприемлемого для Киева решения Венецианской комиссии (мы рассказывали о нем в статье «Венецианская комиссия перешла на русский»).
За прошедшие месяцы на непубличных переговорах с ЕС удалось добиться важного успеха: Евросоюз согласился с тем, что Украина не будет выполнять те положения по решению ВК, которые касаются «защиты» русского языка, и это не будут принимать во внимание при оценке действий Киева.
Однако требование смены законов, касающихся прав европейских меньшинств, осталось.
В частности, ЕС ожидает увеличения права местных общин в дублировании надписей на языках европейских меньшинств. И самое главное – на уточнение и расширение возможностей преподавать на языках меньшинств в государственных школах.
О том, что Украина готова пойти на изменение языкового и образовательного законодательства ради компромисса с Венгрией (а действительно также с Румынией), ранее заявляла вице-премьер Ольга Стефанишина. Тогда на вопрос ЕП о том, есть ли у Украины красные линии в законодательных изменениях, Стефанишина ответила: «Эти изменения точно не будут касаться знания украинского языка».
Как именно правительство видит возможность не пересечь эту красную линию, остается неясным, ведь законопроект по этому поводу еще не представлен.
После переговоров 21 ноября и заявлений Зеленского о намерении окончательно и безупречно выполнить все семь рекомендаций, очевидно, что эти изменения будут предложены.
И единственное, о чем сейчас можно говорить с уверенностью – это то, что они – независимо от содержания – вызовут общественную дискуссию и, наверное, возмущение тех, кто в свое время продвигал действующие законодательные нормы. Ведь придется взвешивать между их сохранностью и продолжением движения Украины к членству в ЕС. Или между их точечным изменением и вполне возможной остановкой этого движения.
Автор: Сергей Сидоренко,
редактор «Европейской правды»