Действительно ли Россия согласится вернуть Грузии оккупированные территории? Этот вопрос является ключевым для избирательной кампании в Грузии.
Правящая партия «Грузинская мечта», чтобы компенсировать в глазах избирателей разрыв с Западом, сделала ставку на возможность мирной реинтеграции страны. И определенная логика в этом есть – несмотря на то, что западный курс страны поддерживают более 90% граждан Грузии, одновременно социология свидетельствует, что восстановление территориальной целостности для них больше ценности, чем членство в ЕС.
Впервые этот прием был использован во время массовых протестов в начале года, вызванных принятием «российского» закона об «агентах иностранного влияния».
Тогда в «Грузинской мечте» напрямую не заявляли о возможности возвращения контроля над Абхазией и Южной Осетией. Однако было зафиксировано массовое появление интернет-ботов, продвигавших такой тезис: мол, грузинские власти не просто так идут на глубокий конфликт с Западом, а имеют определенные договоренности с РФ, касающиеся возвращения контроля над этими оккупированными территориями.
Реклама:
Эту манипуляцию «ЕвроПравда» подробно разбирала в статье «Возвращение территорий в обмен на разрыв с Западом? Как Кремль может отблагодарить власти Грузии».
Впоследствии о возможности такой реинтеграции – но, конечно, при условии, что «Грузинская мечта» не просто выиграет парламентские выборы 26 октября, а получит конституционное большинство, – начали говорить и в партии власти.
«В связи с тем, что события вокруг Грузии развиваются очень динамично, мы должны быть готовы к такой ситуации (возможности восстановления территориальной целостности. – Ред.) в любой момент. Учитывая антигосударственные подходы оппозиции, можно с уверенностью сказать, что они будут выполнять внешнее задание и обязательно выступят против конституционных изменений, необходимых для восстановления территориальной целостности.
Соответственно, «Грузинской мечте» необходимо конституционное большинство, чтобы в случае необходимости никто не мог создать препятствия для необходимых конституционных изменений», — говорится в заявлении «Грузинской мечты», обнародованном в конце августа.
И наконец, 14 сентября, выступая на предвыборном митинге в Горе, почетный глава «Грузинской мечты» и самый влиятельный политик страны Бидзина Иванишвили заявил о необходимости извиниться «перед осетинскими братьями» за развязывание войны 2008 года.
Несмотря на то, что эти слова вызвали массовое возмущение в обществе, они также играли на продвижение идеи, что такая реинтеграция возможна и даже готовится – какие еще могут быть причины для объявления такого контроверсионного заявления.
Показательно, что в руководящей партии до сих пор избегают не только конкретных заявлений о договоренностях с Москвой, но и любых подробностей, при каких условиях такая реинтеграция возможна.
И это еще один аргумент, который работает на продвижение этого тезиса.
Ведь всем понятно, что в Кремле никогда не пойдут на возвращение полного контроля над территорией, на которую «наложили лапу».
Однако формальное восстановление суверенитета Грузии над этими регионами выглядит вполне возможным – что-то вроде минского процесса, который РФ пыталась навязать Украине и Западу.
Показательна здесь и позиция РФ.
Конечно, в Москве не спешили давать Тбилиси такие обещания. Однако одновременно стало известно, что РФ настойчиво рекомендует лидерам сепаратистских регионов временно воздержаться от громкой критики и угроз в адрес Грузии – прежде всего, чтобы не мешать избирательной кампании «Грузинской мечты».
Однако сейчас, менее чем за четыре недели до решающих выборов, политика намеков и многозначительное молчание потерпела крах.
Все началось с заявления главы российского МИДа Сергея Лаврова о готовности Москвы «помочь Грузии в примирении».
«Нынешнее грузинское руководство просто честно оценивает прошлое. Они так и сказали, что «хотим примирение исторического». А в каком виде, в какой форме это примирение может состояться – это решать самим странам: и Абхазии, и Южной Осетии.
Они соседствуют с Грузией, там все равно какие-то контакты неизбежны. Если будет заинтересованность со всех сторон в нормализации этих отношений, обеспечении договоренностей о ненападении… Мы в случае заинтересованности сторон будем готовы помогать», – заявил Лавров на пресс-конференции по итогам недели высокого уровня 79-й сессии Генассамблеи ООН.
Следует уточнить, что в этом заявлении главный российский дипломат остался верен себе – он якобы и не исключает примирения (а соответственно и «объединения» Грузии с сепаратистскими регионами), но не делает никаких конкретных обещаний.
Однако в Тбилиси решили использовать этот разговор для своей агитации, продемонстрировав избирателям, что возвращение территорий близко, как никогда.
Мэр Тбилиси и генсек «Грузинской мечты» Каха Каладзе заявил, что видит в этом заявлении Лаврова «позитив».
Однако Каладзе пошел еще дальше, заявив, что Москве теперь необходимо «перейти к действенным шагам», а именно – начать разработку плана вывода российских военнослужащих из Абхазии и Южной Осетии.
И это оказалось той «красной линией», которую в Москве не разрешают переходить даже дружеским режимам.
Правда, чтобы не наносить чрезмерный удар по избирательным шансам «Грузинской мечты» (все-таки – дружественной к Кремлю политической силы), озвучить ответное заявление было поручено не представителю исполнительной власти, а первому заместителю председателя комитета Госдумы РФ по делам СНГ (напомним, что Грузия вышла из этой организации после войны 2008 года – Константину Затулину.
«Означает ли это вывод российских войск? У нас есть соглашения о сотрудничестве безопасности с Абхазией и Южной Осетией. Никто это не обсуждает. То, что сказал Лавров, не имело в виду возможный вывод войск. Он сказал, что нужно признать реальность и устанавливать какое-то взаимодействие в рамках межгосударственных отношений. Слова Лаврова не нужно понимать как то, что Россия хочет вернуть Южную Осетию и Абхазию Грузии, этот вопрос давно закрыт. .
Конечно, для нынешних грузинских властей остается возможность объяснять это заявление личной позицией Затулина.
Однако этот обмен заявлениями свидетельствует о том, что в России не собираются разговаривать даже с дружественными грузинскими властями о реальном возвращении оккупированных территорий. И если представители официального Тбилиси действительно поднимут этот вопрос – их будет ждать разочарование.
А говорить о готовности сохранения российских военных баз на суверенной территории Грузии нынешние власти позволить себе не могут – это вызовет явно негативную реакцию среди избирателей.
Поэтому лучше всего, что может выбрать «Грузинская мечта» — делать вид, что грозного восклицания из Москвы не было и что шансы на реинтеграцию остаются высокими.
Публикации в рубрике «Экспертна думка» не являются редакционными статьями и отражают исключительно точку зрения авторов