После трех лет нашей командной работы над созданием международного механизма компенсации ущерба, причиненного российской агрессией, и передачи российских активов в этот механизм, мы наконец близки к получению нового важного промежуточного решения.
Напомню, еще в 2022 году ООН признала, что Россия несет ответственность за агрессию против Украины и должна заплатить за все причиненные ею потери.
В 2023 году мы с партнерами создали, а в прошлом году запустили на базе Совета Европы первый элемент международного компенсационного механизма — реестр убытков, который уже принял первые заявления.
Перечень категорий заявлений, которые можно внести в Реестр, широк и включает в себя различные виды убытков, убытков или вреда.
Сейчас существует 13 категорий физических лиц (внутреннее перемещение, смерть или исчезновение близких, телесные повреждения, сексуальное насилие, пытки, лишение свободы, принудительный труд, повреждение/разрушение жилья или нежилого имущества, потеря контроля над имуществом, насильственное перемещение).
Заявки в Реестр убытков Украины подаются в электронном виде через Портал Действия.
До конца года мы ожидаем открытие остальных более чем 40 категорий: для физических лиц — другие нарушения прав человека, потеря работы, бизнеса, жилья, доступа к образованию и медицине и т.д.; Для государства и юридических лиц – ущерб инфраструктуре, культурному наследию, окружающей среде, затраты на разминирование и обеспечение мин, экономические потери бизнеса.
При этом последние полтора года вместе с 55 делегациями со всего мира велись переговоры по второму элементу международного компенсационного механизма — компенсационной комиссии, которая будет рассматривать поданные в Регистр заявки и назначать компенсации.
Переговоры успешно завершились в сентябре, а в начале октября Парламентская ассамблея Совета Европы одобрила проект Конвенции, которая будет подписана 16 декабря 2025 года в Гааге, Нидерланды. В следующем году мы ожидаем формального создания комиссии и ее дальнейшего запуска.
Завершение работы над вторым элементом международного компенсационного механизма позволяет формально перейти к третьему и самому важному — фонду.
Украина последовательно требует направить замороженные российские 300 миллиардов долларов в компенсационный механизм. А в 2024 году США стали первой страной в мире, принявшей закон, законодательно закрепивший возможность замораживания в США средств российского правительства.
Хотя у партнеров не хватило политической воли для передачи замороженных активов Российской Федерации Украине, у нас были промежуточные успехи.
В прошлом году в результате наших последовательных требований о переводе замороженных денег РФ в Украину страны G7 договорились об Era Loans: мы получили кредит в $50 млрд за счет будущих прибылей от замороженных активов РФ. Это было важное достижение, которое позволило нам закрыть критический дефицит финансирования к 2025 году.
Но это все равно не было «Заставить Россию платить» — деньги поступали от G7 и ЕС. Но мы не остановились и продолжили дипломатическую и пропагандистскую работу – вместе с друзьями из гражданского общества, которые постоянно напоминали партнерам, что РФ должна платить.
Именно в этом контексте инициатива Еврокомиссии, поддержанная Германией, Францией и Великобританией, является следующим логическим шагом на пути к практическому использованию замороженных российских активов.
Этот механизм способен существенно усилить обороноспособность Украины, напрямую влияя на ситуацию на фронте.
Это новые ракеты, новая бронетехника, тысячи, а местами и миллионы дронов. Государство наконец сможет получить ресурсы для загрузки наших производственных мощностей, быть более самодостаточным и менее зависимым от политической борьбы в странах-партнерах.
Репарационный кредит также предполагает партнерство. Его реализация создает пространство для сотрудничества с бизнесом стран-участниц, для развития совместных производственных кластеров и консорциумов в сфере безопасности.
Сильная Украина – сильная Европа, и в этом стратегический смысл решения. Однако эта инициатива касается не только обороны. Речь идет о справедливости для жертв российской агрессии.
Репарационный кредит может – и должен – стать мостом для создания будущего компенсационного фонда, из которого будут производиться выплаты людям, потерявшим жилье, бизнес, собственность или средства к существованию.
Десятки тысяч украинцев, которые уже подали и продолжают подавать заявления в реестр потерь, ожидают реального механизма компенсации – и мы делаем все возможное, чтобы эти ожидания оправдались.
Сегодня реестр потерь – это не просто база данных. Это свидетельство участия Украины в войне за справедливость.
На данный момент он принял первые 60 000 заявок, но мы ожидаем миллионы заявок после открытия всех категорий. Всемирный банк, ЕС и ООН в отчете RDNA4 признали, что всего за три года полномасштабное вторжение в РФ нанесло Украине ущерб на сумму более 589 миллиардов долларов.
За 11 лет войны России против Украины общая сумма потерь может превысить 1 триллион долларов. Я обращаюсь к украинцам: многие из вас откладывают заявки по разным причинам – от отчаяния до страха перед бюрократией.
Но это надо делать — если не для себя, то для других, потому что реестр — это еще и инструмент давления, это аргумент в наших переговорах, который подтверждает масштабы российского разрушения. Это наше оружие против скептиков, которые продолжают говорить, что наша война менее страшна, чем она есть на самом деле, и что русские не наносят удары по гражданским объектам.
И это не менее важный рычаг, который мы будем использовать, чтобы убедить наших партнеров в необходимости зарезервировать для вас часть ремонтного кредита в качестве компенсации. Компенсации, которые ни они не должны покрывать, ни мы не можем покрыть так быстро, как это нужно нашим людям.
Чем больше сейчас заявок будет в реестре, тем больше вероятность, что мы получим компенсацию всем.
Но почему репарационный кредит не является ремонтом?
Потому что это все-таки не деньги России. Европейские партнеры обсуждают возможность замены замороженных российских денег своими облигациями, которые возвращаются после того, как Москва компенсирует ущерб, нанесенный Украине.
При этом судьба этих активов, находящихся по праву, до сих пор не решена – они будут оставаться замороженными до тех пор, пока РФ в той или иной форме не выплатит нам реальные репарации.
И все понимают, что это может затянуться на годы, возможно, даже до смены режима в РФ.
Поэтому мы четко сообщаем: это лишь промежуточное решение, и мы продолжаем требовать полной передачи российских активов в компенсационный механизм для Украины. И мы не позволим снять с россиян даже часть ответственности.
Но что дальше? Позиция Украины ясна: кредит не должен иметь никаких условий, поскольку в противном случае он наложит дополнительные обязательства на жертву агрессивной войны.
Это были бы первые «репарации», которые были бы обременительны в первую очередь для страны, на которую они напали, а не напали. Это не только не имеет смысла, но и создает опасный прецедент для мира.
И мы, партнеры, точно знаем, что нам нужно. У нас есть лучшие, спроектированные в бою, технологические решения. Мы лучше знаем, какие виды оружия нам нужны сейчас и понадобятся в ближайшие годы. Мы готовы покупать то, что не производим сами, у партнеров, но основной целью кредита должен быть порядок для наших предприятий.
Мы также понимаем, что часть кредита должна пойти на финансовую поддержку военнослужащих. Это простая истина, но надо сказать: оружия будет недостаточно, если оно никем не будет использоваться или это будут делать деморализованные люди. В Центре обсуждения кредита должны быть украинские солдаты, незаменимые – в отличие от денег или техники.
Наша команда также работает над расширением географии данного решения.
Следующим шагом должно стать привлечение стран G7 и остального мира, поскольку только в Японии находятся российские активы на сумму около 30 миллиардов долларов. В Канаде насчитывается более 15 миллиардов активов, в Великобритании — 26 миллиардов, а в десяти других странах — несколько миллиардов.
Это масштабная, сложная работа, но если наши друзья действительно хотят нам помочь, то они должны принять это единственное правильное, единственно морально-этическое решение.
Только так мы сможем обеспечить выживание Украины, безопасность Европы и сохранить мировой порядок, основанный на международном праве.
Публикации в «Экспертном мнении» не являются редакционными статьями и отражают исключительно точку зрения авторов.