В Вооружённых силах фактически отсутствует система управления требованиями, то есть система изучения потребностей и преобразования их в требования к предмету закупок. Такое мнение высказал военнослужащий и эксперт по оборонному обеспечению Евгений Сильверстов, пишет УНН.
Именно отсутствие такой системы, по мнению эксперта, является причиной торможения оборонных закупок, о котором заявили отечественные производители вооружения.
Контекст
Отраслевые ассоциации и их представители в конце прошлой недели выступили с заявлениями, в которых предупредили о возможных перебоях с поставками вооружения на фронт. Речь шла о торможении конкурентных тендерных процедур. Это новая форма закупки вооружения, о переходе на которую было объявлено более 5 месяцев назад.
Согласно этой процедуре центры компетенций, созданные при Минобороны, должны были передать Агентству оборонных закупок тактико-технические характеристики изделий по различным направлениям, а уже на основе этих ТТХ Агентство должно было проводить тендерные закупки. Как выяснилось, за 5 месяцев АОЗ получило крайне ограниченное количество документов, необходимых для объявления тендеров.
Как объяснил исполнительный директор Украинского совета оружейников Игорь Федирко, эта ситуация приведёт к разрыву в поставках вооружения на фронт, и уже через полгода военнослужащие ощутят нехватку вооружения, даже если все тендеры будут запущены в кратчайшие сроки.
«Цена этой паузы — оружие, которое фронт может не получить», — считает Федирко.
Позже Федирко сообщил, что в Минобороны состоялась встреча по этому вопросу с участием также производителей вооружения.
«Подавляющее большинство ТТХ, которых рынок ждал месяцами, согласно информации, озвученной на встрече, было согласовано буквально вчера вечером и сегодня утром и передано дальше для запуска закупок. Часть контрактов, которые долгое время ждали подписания, тоже вдруг сдвинулась с места», — сообщил Федирко.
Как объяснил исполнительный директор УСО, задержка произошла, в частности, из-за отсутствия нормальной синхронизации между задействованными звеньями, поскольку разработкой ТТХ занимается Генштаб, который затем передаёт эти документы в Минобороны.
По его словам, большинство сформированных ТТХ уже поступило в Министерство обороны, и их передали в АОЗ.
«Надеюсь, на этот раз путь от «передали» до «получили» не займёт ещё несколько недель», — добавил он.
Также, по словам Федирко, чтобы не останавливать заключение контрактов, Министерство сейчас ищет резервы, перераспределяет доступный ресурс и направляет часть средств на прямые закупки там, где это возможно. Часть контрактов уже подписана или находится на финальном этапе согласования.
«Это необходимое временное решение. Во время активной войны нельзя сначала остановить старый механизм, а затем месяцами запускать новый», — подчеркнул Федирко.
Почему суть проблемы глубже
Евгений Сильверстов считает, что проблема, которая сейчас проявилась в виде риска остановки закупок, существует уже давно.
«Закупщик — это исполнитель заказа. Чтобы он мог провести конкурентную закупку, кто-то до него должен проделать непростую работу: понять, что именно нужно войскам, и преобразовать эту потребность в нормальные требования к предмету закупки», — считает эксперт.
Причём, как подчёркивает Сильверстов, требования должны быть достаточно конкретными, чтобы получить нужный результат, но не настолько «конкретными», чтобы случайно не получилось название конкретного производителя и номер его модели.
«Именно здесь у нас системная проблема.
В Вооружённых силах фактически нет полноценной системы управления требованиями, подобной тем, которые работают в странах-партнёрах. Для неё необходимы отдельные компетенции: анализ рынка, экономический анализ, сравнение альтернатив, оценка технических характеристик и потребительских свойств различных решений», — объясняет эксперт.
Результатом этой работы, по словам эксперта, должны быть требования, которые чётко описывают, что необходимо получить, но оставляют возможность различным производителям предложить свои решения. Тогда закупщик может сравнивать предложения, проводить конкуренцию и выбирать оптимальный вариант.
«Если этой работы нет, требовать от закупочного агентства ожидаемого результата — это примерно как назвать таксисту адрес «где-то в Киеве», а потом возмущаться, почему он не привёз вас куда нужно», — резюмирует Сильверстов.
При этом процесс должен предусматривать взаимодействие между системой управления требованиями и системой закупок, чтобы все участники работали в едином контуре и одинаково понимали, какую именно проблему нужно решить, для кого, в каких условиях и каким должен быть результат.
«Речь идёт о нормальном взаимодействии роли заказчика — Вооружённых Сил Украины — и роли исполнителя, где со стороны государства задействованы Министерство обороны, научно-исследовательские институты, органы военного управления и закупочное агентство.
Смысл этого взаимодействия — не просто передать заявку «на закупку», а вместе прийти к лучшему решению: такому, которое учитывает реальную потребность войск, бюджетные ограничения, доступные технологии, возможности рынка, сроки поставки, дальнейшую эксплуатацию и влияние на боеспособность», — считает эксперт.