Ровно через неделю, 29 февраля, российский правитель Владимир Путин планирует произнести обращение в подконтрольный ему парламент – в последний раз при его нынешней каденции на посту президента.
Еще две недели спустя российские граждане должны пойти на выборы, чтобы поддержать переизбрание Путина на следующий срок. И хотя нет сомнений в том, что российский ЦИК при всех обстоятельствах объявит о его победе, в Кремле настроены на то, чтобы до выборов также иметь что-то, что дополнительно усилит поддержку президента гражданами.
Повод готовится дать Приднестровье. В преддверии речи Путина регион официально обратится к России за помощью и напомнит Кремлю, что хочет стать составной частью РФ.
В ответ – при радикальном развитии событий – Россия может даже объявить об аннексии этого молдавского региона.
Впрочем, в Молдове этот вариант считают малореальным, потому что такой шаг ударит и по Приднестровью, и по влиянию Москвы в регионе. Впрочем, не следует забывать, что наличие логики в международных решениях не является сильной стороной Кремля. Поэтому этот самоубийственный сценарий для Приднестровья точно нельзя исключать.
Самопровозглашенные власти Приднестровья готовят политическое событие масштаба, подобного которому здесь не было много лет. 28 февраля в Тирасполе созывают «съезд депутатов всех уровней», то есть так называемого парламента Приднестровья, а также районных, городских, поселковых и сельских советов этого подконтрольного России региона Молдовы.
Такой съезд не уникальный формат.
Тирасполь организует такие события в случае необходимости чрезвычайного решения. Нынешний съезд формально статен седьмым по порядку. Четыре раза такие мероприятия проводились в 1990-91 годах, чтобы объявить «независимость» Приднестровья; пятый съезд состоялся в 1995 году, чтобы утвердить «конституцию» региона.
Но наиболее показательным стал предыдущий, шестой съезд, состоявшийся 17 лет назад, в 2006-м. Тогда всех приднестровских депутатов свезли в Тирасполь, чтобы освятили решение об организации референдума относительно будущего Приднестровья. По итогам референдума, состоявшегося в том же году, местный центризбирком объявил, что более 97% приднестровцев поддержали будущее вхождение Приднестровья в состав России. А также проголосовали за сохранение «независимости», пока присоединение к РФ не состоялось.
Тот референдум изменил немного – юридически его никто в мировом сообществе не признал, а фактически регион до этого находился под российской оккупацией и эффективным контролем. Следствием – и то не безотлагательно, а почти за 10 лет – стало разве что то, что российский флаг объявили вторым государственным в регионе.
Но приднестровские руководители до сих пор апеллируют к тому решению.
Официальной причиной для нынешнего чрезвычайного собрания власти называют экономические проблемы Приднестровья и его якобы блокаду властями Молдовы – хотя этот термин, который сейчас употребляют приднестровские руководители, является явным преувеличением.
Однако и съезд 2006 года руководители Приднестровья также обосновывали экономическими соображениями и тогдашней блокадой – а завершилось все голосованием о «вступлении в Россию».
Да и в 2024 году не слишком скрывают, что решения съезда будут о геополитике, а не об экономике.
Экономические причины, якобы так возмутившие руководство Приднестровья, продолжаются еще с прошлого года: тогда правительство Молдовы отменило беспошлинный режим импорта, действовавший для приднестровских компаний.
Парадоксально, но факт: предприятия, расположенные в сепаратистском регионе, долгое время находились в лучшем конкурентном положении, чем производители из подконтрольной правительству части Молдовы. В прошлом году Кишинев решил убрать этот дисбаланс и уравнял в правах и обязанностях приднестровских экономических агентов с остальными молдавскими компаниями, что Тирасполю, конечно, не понравилось – но поделать с этим он ничего не мог.
А с середины февраля началось резкое обострение приднестровской риторики.
И теперь в максимальной спешке Тирасполь организует съезд.
Как часто бывает в автократиях, решение оформили так, будто его требует народ. Так, в прошлую пятницу граждане якобы обратились с идеей проведения общего съезда к лидеру региона Вадиму Красносельскому, в понедельник он ее поддержал, а в среду «парламент» Приднестровья объявил, что собрание состоится 28 февраля. Определены место, участники, время происшествия.
Не обнародуют только решение, ради которого депутатов сгоняют в Тирасполь.
Так откуда же данные о том, что речь будет идти о России?
Дело в том, что приднестровские топовые политики этого не скрывают. Неизвестны только детали. Более того, власти уже начали информационную работу, чтобы подготовить население к этому.
Глава приднестровского парламента Александр Коршунов принялся доказывать в СМИ, что приравнивание приднестровского бизнеса к молдавскому «ведет к гуманитарной катастрофе», предотвратить которую имеет решение съезда. Коршунов, однако, отметил, что съезд обратится ко всему миру, не только к России. «Ситуация сложная, и надо обращаться во все структуры, в том числе и европейские», — заявил он, не раскрывая, впрочем, суть обращения.
Больше деталей открыл депутат «Верховного совета Приднестровья» Вадим Кравчук, признавший в эфире тираспольского телеканала ТСВ, что цель съезда – подтвердить, что Тирасполь до сих пор хочет присоединиться к РФ. «Проводить еще один референдум нет смысла, а вот подтвердить предыдущее решение – уместно Приднестровье еще в 2006 году определило вектор (объединение) с Россией, с Евразийским союзом. Съезд депутатов всех уровней, скорее всего, подтвердит наши намерения», – объяснил он.
Еще более прямолинейно высказался один из немногих представителей приднестровской оппозиции Геннадий Чорба. Он на своей Facebook-странице обратил внимание на совпадение: съезд, где в той или иной форме будет объявлено обращение в Россию, в срочном порядке был назначен на 28 февраля. А 29 февраля президент РФ Путин должен выступить с обращением в парламент РФ.
Черба делает вывод, что съезд «должен озвучить от имени граждан, проживающих на левом берегу Днестра, просьбу принять Приднестровье в состав Российской Федерации, а 29 февраля Путин объявит об этом в своем обращении, и Федеральное собрание в ускоренном порядке примет решение удовлетворить эту просьбу».
В Кишиневе следят за инициативой Приднестровья, но пока не паникуют из-за нее. Там также прекрасно отдают себе отчет, что подобные решения приднестровская «власть» точно не принимает своими силами, эти действия согласованы с Москвой и наверняка даже инициированы ею.
Формального повода для протеста Молдовы нет – ведь повестка дня съезда не обнародуется, нет ни одного проекта решения, которое вынесут на одобрямс сельских и поселковых депутатов. Высокая вероятность того, что рядовые участники съезда увидят документ, за который они проголосуют, уже после утверждения.
Депутат Оаза Нантой, который является одним из немногих специалистов по тематике Приднестровья в действующем составе парламента Молдовы, не ожидает увидеть в обращении столь радикальные формулы, как прогнозирует Чорба. «Я считаю, что будет что-то не столь радикальное (как призыв к аннексии. – ЕП). Но там вполне может быть призыв к Путину защитить Приднестровье», – объясняет он.
А главное, Нантой считает, что России не выгодно юридически объявлять аннексию левобережья Днестра прямо сейчас – что с обращением приднестровских депутатов без него.
«В ситуации, когда Россия ищет единого кандидата на нынешних президентских выборах в Молдове, который сможет противостоять президентке Санду, я не склонен считать, что они пойдут на такое обострение»,– пояснил он, апеллируя к тому, что юридическая аннексия Приднестровья ударит пророссийской электоральной базе в Молдове.
Эти соображения являются логичными и правильными. Но есть одно «но».
В России такие решения принимает лично Путин, а он не всегда руководствуется формальной логикой.
Действительно, России немедленная аннексия принесла исключительно вред.
Прежде всего, потому, что она остается сугубо декларативной: в отличие от прошлых решений об аннексии оккупированных территорий Донбасса и юга Украины, на территории которых РФ одновременно вела боевые действия, с Приднестровьем она не сможет сделать ничего подобного. У этого региона нет границы с РФ и нет выхода к морю. Россияне не смогут ни опрокинуть туда дополнительное вооружение, ни даже назначить и перевести туда своего эмиссара – кроме разве что тех, кто уже находится на приднестровской территории.
Ни о каком «открытии второго фронта с Украиной» с приднестровской территории в случае аннексии также речь не идет – на этой территории нет военных мощностей, а контрудар ВСУ приведет к почти молниеносному поражению Тирасполя (подробно об этом читайте или смотрите в прошлогодних объяснениях «ЕвроПравды»).
Словом, это будет действие, которое не принесет никаких ощутимых плюсов Москве.
И тем более невыгодно это решение для приднестровских политико-бизнесовых элит, для которых желательно дольше сохранение статус-кво.
Но этот анализ не учитывает фактор выборов в России, а также истории решений Путина, которые в конечном итоге оказывались для него вредными. Учитывая это, даже радикальное развитие ситуации вполне возможно.
А то, что приднестровское руководство не стремится к немедленному присоединению к воюющей России – тем более не имеет значения. Неважно и то, каким образом будет сформулировано решение нынешнего тираспольского съезда – в конце концов, формальный призыв к аннексии левобережья Днестра у Путина уже есть, он датирован еще 2006 годом, и теперь достаточно лишь восстановить его.
Сейчас Приднестровье находится на историческом перепутье. Ближайшая неделя вполне может оказаться для нее решающей.
Автор: Сергей Сидоренко,
редактор «Европейской правды»