Парламентская ассамблея Совета Европы (ПАСЕ) во вторник вечером абсолютным, убедительным большинством рекомендовала начать процесс вступления Косово в организацию. Теперь политических преград для этого решения фактически не осталось. Даже сербы публично признают, что проиграли эту битву, и прогнозируют официальное приглашение Косово в Совет Европы менее чем за месяц.
Это решение будет иметь сверхмощные последствия, но оно не стало сенсацией. Поражение Сербии было вполне прогнозируемым и ожидаемым.
Но детали дискуссии в Страсбурге все равно весят и заслуживают внимания.
В частности, то, как парламентарии играли в игру «закрывающими глаза на реальность».
Хотя в пленарном зале звучали заявления о том, что вступление в СЕ станет шагом к международному признанию Косово, и принятое ассамблеей решение вспоминает об этом – большинство сторонников членства Косово публично отрицали этот факт.
Эта тактика, несмотря на очевидную неискренность, позволила мобилизовать дополнительные голоса за признание Советом Европы Косово.
В итоге публичными и принципиальными противниками любого решения по Косово остались (за редким исключением) только парламентарии-сербы. Представители еще нескольких стран, включая Венгрию, проголосовали против, но с более мягкими аргументами, не отрицающими признание Косово в принципе.
Многие, включая украинцев, проигнорировали голосование, но через месяц и Киеву придется определяться.
«Европейская правда» следила за тем, как продолжались дебаты в Страсбурге, и объясняет, что же происходит.
Для Белграда 16 апреля станет днем политического поражения, которое сербские власти много лет подряд успешно оттягивали, но последние два года свели эти усилия на нет.
Сейчас мы знаем Сербию как пророссийское государство в центре Балканского полуострова, но в прошлом веке оно было центром Югославии – регионального государства, созданного в конце Первой мировой войны для объединения южных славянских народов. Их союз несколько раз трансформировался и просуществовал до 1990-х, когда во времена правления Слободана Милошевича начались кровопролитные войны между сербами и представителями других народов бывшей Югославии. Боевые действия сопровождались этническими чистками и кое-где геноцидом, после чего Белград постепенно потерял контроль над всеми регионами, которые имели статус республик – они стали независимыми государствами, и сербские власти наконец признали этот развод.
После этнического конфликта и вмешательства НАТО откололось Косово, которое впоследствии также провозгласило независимость. Но эта территория, хоть и была населена преимущественно албанцами, не имела статуса отдельной республики и по документам была «автономной областью» Сербии, поэтому Белград до сих пор не признал ее утрату.
Дело в том, что для сербов Косово имеет символическое, историческое и мифологическое значение – мол, здесь, в монастырях на косовской территории, зарождалось сербское православие.
Такой аналог российского тезиса «Киев – мать городов русских, а потому…»
Позицию сербских властей не изменило также решение Суда ООН, подтвердившего право края на независимость на основании того, что после этнических чисток со стороны армии Сербии косовары не смогут жить с ними в одном государстве.
Более того, отрицание независимости Косово с тех пор превратилось в основу внешней политики Сербии. Белград (с помощью Москвы, для которой Сербия стала инструментом противостояния с США за Западом в целом), даже предлагал разнообразные «плюшки» и поощрения мелким океанским государствам, которые в свое время заявили о признании независимости Косово.
Но среди тех, кто не признает его независимость, есть вполне респектабельные государства, в том числе пять членов ЕС – Испания, Греция, Кипр, Румыния, Словакия; в Совете Европы таких государств 12. До сих пор не признали Косово и Украину.
Все названные государства имеют проблему с сепаратизмом (для Румынии и Словакии причиной значительного венгерского меньшинства и опасения сепаратизма с их стороны; для испанцев – баски и каталонцы; для греков и киприотов преградой является разделенный Кипр, север которого оккупирован Турцией). И хотя косовская история является особенной из-за этнических чисток и геноцидальных действий сербов в 1990-х годах, не имеющих аналогов ни в одном из этих государств, их столицы остерегались косовского прецедента.
Поэтому, в частности, Косово был закрыт путь к международным организациям. Многолетние попытки Приштины пробить стену в ООН, ЕС, Совете Европы не имели успеха. Пока не началась большая война 2022 года. Тогда, после изгнания россиян из Совета Европы, Косово подало заявку в Страсбург и процесс пошел («ЕвроПравда» подробно рассказывала об этом в 2022 году).
А сербы, всегда полагавшиеся на поддержку россиян, оказались в новой реальности.
Даже понимая призрачность успеха, сербские власти пытались сделать все возможное, чтобы избежать поражения. В конце концов, такое решение ПАСЕ потребовало не простого большинства, а двух третей голосов.
Поэтому на заседание в Страсбурге созвали всех «дружественных» депутатов, кто мог бы проголосовать против приглашения Косово. Сербский президент Александр Вучич лично звонил друзьям. Например, в последний день пытался договориться с азербайджанским лидером Ильхамом Алиевым, но бесполезно, азербайджанские депутаты получили указание не портить отношения ни с кем – и не пошли в зал.
«Боевой силой» Белграда стали парламентарии сербского происхождения, избранные от разных балканских государств. Только они согласились подписаться под поправками к решению ПАСЕ, которые имели целью отказать Косово в членстве в принципе. Впрочем, вопреки всем усилиям сербских депутаток (так сложилось, что в ПАСЕ от этой страны активно работают именно женщины), эти правки во вторник были отклонены голосованиями, как на заседании комитета, так и в пленарном зале. «Наши противники даже не находили лучшего объяснения, чем фраза «это не логично», – жаловалась из-за этого на заседании Дуна Симонович-Братич.»
Примечательной стала позиция Венгрии и депутатов партии Орбана.
Венгрия в свое время признала Косово и, возможно, была бы даже не против превращения косовской истории в прецедент – но в то же время венгерский и сербский лидеры, Орбан и Вучич, за последние годы очень сблизились, и не только на основе своей пророссийскости.
Поэтому проправительственные депутаты из Венгрии вместе с итальянцами из правящей партии Мелони предложили компромисс: не отказывать Косово в принципе, но отложить его вступление в Совет Европы, введя несколько условий. Но и эта идея была отвергнута абсолютным большинством.
Как следствие, против немедленного приглашения Косово в Совет Европы проголосовали депутаты от Сербии и этнические сербы из Черногории и Боснии, а также парламентарии от Испании, Венгрии, Кипра, одна левая гречанка (большинство представителей Греции все же отдали голоса «за», и это действительно важно), два француза от наиболее пророссийских левых популистов, один немец из так же пророссийской партии «Альтернатива для Германии».
Может показаться, что немало. Но чтобы понять серьезность поражения Белграда, следует сравнить количество голосов «за» и «против» (29 и 131) и принять во внимание усилия по мобилизации сторонников со стороны Сербии. К слову, от их противников давления не ощущалось, и победа все равно была у них в кармане.
Еще до начала голосования представительницы Сербии признавали, что поражение их неизбежно. «Приветствую вас всех с тем, что вы войдете в историю из-за грубейшего нарушения всех норм, на которых стоит эта организация. Вы решили взять в Совет Европы что-то такое, что не является государством», – в сердцах заявила сербка Биляна Пантич-Пиля.
И так же они не скрывали, еще не сомневаются: в середине мая, на министерской встрече Совета Европы в Страсбурге, Косово получит официальное приглашение.
Большинство государств, отрицающих независимость Косово, не дали ни одного голоса против этой исторической резолюции, и только три из них (сама Сербия, Испания и Кипр) выступили системно, скоординированно против нее.
А сверхважным стало то, что докладчица ПАСЕ Теодора Бакояни, которая готовила и защищала решение о приглашении Приштины в Совет Европы, является гречанкой, да и непростой («ЕвроПравда» подробно рассказывала о ней в статье «Капкан для пророссийской Сербии»). Поэтому ей и многим другим депутатам приходилось искать аргументы, почему они не встают на защиту позиции государства.
Бакояне, представляя проект, попыталась доказать, что вступление Косово не будет его признанием, что можно продолжать держать баланс. «Если бы меня обязали высказаться по поводу признания Косово — я бы не вышла с этим отчетом и заняла бы позицию моего государства, но он не содержит такого слова», — объясняла депутат. Она и многие другие парламентарии, взявшие слово, настаивали на том, что цель – не изменить статус Косово, а «дать почти двум миллионам людей доступ к механизмам защиты прав человека, в том числе в Европейский суд по правам человека».
Впрочем, было сложно избавиться от впечатления, что они и сами в это не верят.
Для Косово вступление в Совет Европы – это прежде всего вопрос признания. И об этом говорили не только сербские выступающие, заявления которых большинство пропускало мимо внимания. Сами косовары этого тоже не скрывали!
«Этот вопрос не просто членства, а вопрос признания… Мы готовы занять свое место в европейском сообществе», — подчеркнул косовский депутат Арбен Гаши, также получивший слово на дебатах.
Более того, принятый документ тоже прямо говорит, что статус Косово меняется!
Ведь Совет Европы как организация с момента приглашения Косово должен прекратить статус-нейтральную политику, то есть признать его суверенитет, говорит решение.
Устав Совета Европы не дает никаких разночтений и позволяет приглашать в организацию только «европейские государства» и впоследствии подчеркивает, что членами СЕ могут быть только «государства». И это при том, что часть членов СЕ, включая Украину, считают Косово не отдельным государством, а составной частью Сербии.
Страсбург, конечно, не может обязать Киев, Бухарест или Мадрид ни к каким юридическим действиям в международных отношениях, тем более к признанию косовской независимости.
Но и игнорировать это изменение тоже будет сложно, потому что в рамках СЕ нам теперь придется коммуникировать с Косово на официальном, дипломатическом уровне (делать это одновременно с «непризнанием» – мягко говоря, странно). В конце концов, когда Косово станет также председательствующим государством в СЕ, то есть возглавит организацию по ротации. И как с ним тогда взаимодействовать?
Ну и, наконец, сам факт того, что одна из ключевых международных организаций мира (а Совет Европы имеет именно такой статус) признает Косово суверенным государством, меняет парадигму для всего мира.
А прежде всего – не может обойтись без последствий для Сербии.
Сербское правительство и правящий класс, долго возлагавшиеся на помощь Москвы, оказались перед непростой развилкой.
Как уже говорилось выше, в Белграде прекрасно осознают, что проиграли битву в Страсбурге. Об этом свидетельствуют не только заявления на прениях в ПАСЕ. Не менее показательно стало то, что Вучич был вынужден смягчить риторику. Теперь он уже не угрожает выйти из Совета Европы, как в сердцах делал раньше, а наоборот, говорит, что не откажется от европейского пути. Напомним, что выход Сербии из СЕ остановил бы евроинтеграцию страны в принципе.
Но и оставить свое поражение без реакции тоже нельзя!
Во вторник в Страсбурге сербские депутаты пообещали ответ на принятое решение. «Мы будем вынуждены покинуть эту ассамблею», — заявила член ПАСЕ Эльвира Ковач (является представительницей венгерского меньшинства Сербии). Но после этого заявления не было развития. Парламентарии воздерживаются от новых публичных заявлений: не говорят, воплотят ли эту угрозу, и как надолго они планируют покинуть Страсбург (вполне реально, что все выльется в бойкот на одну-две сессии, который ожидается и не будет иметь никакого реального влияния).
И, наконец, главный вопрос – это не ПАСЕ, а дальнейшее участие Сербии в работе организации в целом.
Здесь ясность появится после заседания Комитета министров Совета Европы 16-17 мая в Страсбурге, который должен принять финальное решение.
На этом заседании определяться придется не только Сербии, но и Украине.
С одной стороны, мы не признаем независимость Косово и в свое время заняли эту позицию не без причин.
С другой стороны, при выборе партнера логичнее поддерживать косоваров, которые помогают нам во время российской агрессии и даже посылают пакеты оборонной помощи ВСУ, чем пророссийские власти Сербии.
С третьей стороны, получить в лице Белграда еще одного врага тоже не очень бы хотелось. Особенно учитывая слухи о том, что в ВСУ через механизмы реэкспорта (и с молчаливого согласия сербского правительства) попадают сербские боеприпасы…
Пока Киев пытается «пропетлять между каплями», не обижая ни одну из сторон. В частности, украинские депутаты на заседании ПАСЕ просто вышли из зала на время рассмотрения этого вопроса, чтобы не было необходимости голосовать. Хотя было одно исключение – это депутат Алексей Гончаренко, являющийся давним и убежденным сторонником независимости Косово, и в этот раз также проголосовал «за». Однако он, как известно, представляет оппозицию.
Что будет делать глава МИД Дмитрий Кулеба на майской встрече министров Совета Европы – где Украине, так или иначе, придется демонстрировать позицию, – пока остается под вопросом. Это, наверное, будет зависеть и от сербских действий в оставшееся до этого время. Но игнорировать тот факт, что Косово закрепилось на карте Европы, теперь становится практически невозможным.
Автор: Сергей Сидоренко,
редактор «Европейской правды»