Пойдет ли Сербия на военный конфликт с Косово? Какова роль России в этом конфликте?
Угрозы Белграда, перемещение сербских военных подразделений к границам Косово делает все более возможным создание нового фронта в Европе. Однако, насколько такой сценарий реалистичен?
Александар Оленик – один из немногих депутатов парламента Сербии, выступающий в поддержку Украины и санкции против РФ.
Во время своего визита в Киев он ответил на вопросы ЕвроПравды по поводу политической ситуации в Сербии, поддержки сербами Украины и рисков новой войны на Балканах.
-Прежде всего, остается ли Сербия прозападным государством?
-Я так не думаю. Нарратив о том, что Сербия собирается в ЕС, является лишь политическим маркетинговым трюком, чтобы получить власть.
Сразу после того, как Александр Вучич 10 лет назад захватил власть, он не сделал ничего конкретного, чтобы продвинуться к членству в ЕС. Напротив, он делает все, чтобы не приближаться к ЕС, а просто имитировать это движение благодаря маленьким шагам.
Такая стратегия позволяет игнорировать проведение проевропейских реформ (здесь можно скорее говорить об откате), игнорировать вопросы наказания за военные преступления. А есть еще два отдельных вопроса – войны в Украине и Косово.
Честно говоря, Вучич просто не хочет видеть Сербию в ЕС, потому что в таком случае он не сможет нарушать правила, а он это любит.
-В этом Вучич опирается и на настроения избирателей, ведь большинство из них сейчас настроены против ЕС…
-Правильнее говорить, что сейчас настроения разделились примерно пополам.
Но когда Вучич только пришел к власти, это распределение составляло 60-70% в пользу ЕС. Однако из-за пропаганды и контроля власти над всеми крупнейшими СМИ проевропейские настроения падают.
Например, распространяется нарратив, что ЕС слаб и что он скоро распадется. Или замалчивается та помощь, которую ЕС оказывает Сербии.
И это при том, что кредиты России или Китая (отмечу: не помощь, а кредиты, которые нужно будет отдавать) подаются в качестве ключевых новостей.
Это избранный сербскими властями путь – публично отодвигать ЕС и продвигать Россию и Китай.
Такая же стратегия и в отношении Украины. Сейчас не принято упоминать, но в 90-е годы Россия присоединилась к санкциям США, а Украина – нет. Или что мы получали помощь от Украины, в то время как Россия продавала оружие Хорватии, с которым мы воевали.
Поэтому решение Вучича держаться так близко от России и Путина выглядит как минимум странно.
Ходит много слухов, что Вучич просто боится оборвать свою зависимость от Путина. Может быть, это правда, я не знаю. Но это точно не является естественным.
-Сегодняшняя Сербия является авторитарной страной?
-Скажем так, мы находимся на грани этого.
Но при этом не нарушая последнюю границу — Вучич все же не применяет открыто и системно силу против оппозиции.
Впрочем, пока ему это не нужно, поскольку он контролирует медиа и может забрасывать оппозицию тонами грязи.
А Запад вынужден закрывать на это глаза, поскольку Вучич обещает решить вопрос Косово.
-О Косово поговорим чуть позже. А какова позиция Сербии в нынешней войне в Украине?
-По официальным данным, у нас около 50% людей, поддерживающих украинцев.
Речь идет о поддержке территориальной целостности, которую можно назвать первым шагом в поддержке Украины.
Проблема состоит в том, что мы никогда не сделаем второй шаг и не введем санкций против РФ.
Поэтому поддержка со стороны Сербии существует, но недостаточна.
Ведь если вы сказали, что поддерживаете территориальную целостность Украины, вы должны поддержать и санкции против России, ведь это часть одной истории.
Сербия же выбирает какой средний путь, свидетельством которого является наше голосование в ООН. А одночасто действия Белграда выглядят просто необъяснимыми. Все эти поездки в Москву, договоренности о газе – такая позиция уже сейчас дает нам негативные последствия.
Вместо того чтобы с помощью ЕС решать наши экономические проблемы, мы шаг за шагом теряем рынок Евросоюза, а под вопросом может оказаться и безвиз.
Я не знаю, что Вучич собирается делать, но со временем я все больше убеждаюсь, что он просто отчаянно будет пытаться ничего не делать, оставив все, как оно сейчас.
-Разве это возможно? Парламент Нидерландов рекомендует заморозить переговоры с Сербией о вступлении и приостановить действие безвиза.
– Пока это только предупреждение. Однако если ничего не изменится, этот вопрос будет вынесен перед всеми членами ЕС и нас могут ожидать неприятные сюрпризы.
Это неприятно, но логично. Ведь если вы хотите быть частью европейского политического проекта, то не забывайте, что ЕС – это, в первую очередь, антивоенный проект, а уже потом – экономический.
И если вы не хотите следовать внешней политике ЕС и не разделяете его принципы, то вы не заслуживаете быть его членом – это элементарные вещи.
И когда Вучич или люди из его партии говорят, что у нас есть собственные требования к ЕС, это звучит странно. Это ведь не ЕС хочет стать вступить в Сербию, а Сербия стремится к членству в ЕС.
Поэтому, если власть будет продолжать спорить с внешней политикой ЕС, эти угрозы станут реальностью.
-Возможно ли, что Сербия после такого предупреждения все же одобрит санкции против РФ?
— Парламентское большинство полностью контролируемо, поэтому все возможно.
Однако если это произойдет, то это вызовет большой скандал – поэтому, если правительство и будет одобрять санкции, оно будет пытаться действовать как можно незаметнее.
Однако я думаю, что даже если вопрос и дойдет до санкций, то это будет скорее дымовой занавес. Для ЕС будет демонстрироваться готовность действовать, однако на каком-то этапе вопрос будет буксовать.
– Вернемся к вопросу Косово. Есть ли для Сербии выход из этой проблемы?
– Косово стало проблемой, потому что последние 30 лет все правительства, вся элита, кроме нескольких партий, говорили, что Косово можно вернуть. Что мы готовы ждать 5 или 10 тысяч лет, но все равно вернем его.
Однако реальность заключается в том, что Косово независимо, и мы живем в мире, где все об этом знают. И что возможностей изменить это у Сербии просто нет.
-Но президент Трамп предлагал решение проблемы путем обмена территориями…
-Такая идея имеет определенные положительные моменты, но в целом она отрицательна.
Если мы соглашаемся на изменение территории или обособления, это откроет ящик Пандоры, ведь кто-то не согласится с этим обменом, кто-то останется вне его, а для кого это станет указателем для действий.
Поэтому я думаю, что это был бы самый плохой сценарий для всех.
– Но при этом президент Вучич заявляет, что сербская армия может защитить косовских сербов.
-Это просто пропаганда. Я жил и работал в Косово с 2002 по 2006 годы как адвокат по правам человека.
Сербия не может воевать с Косово, потому что это станет войной с НАТО, ведь у альянса есть военные базы в Косово. Мы уже однажды вызвали войну с НАТО и знаем, чем это завершилось. Бессмысленно дважды совершать одну и ту же ошибку.
Проблема лишь в том, что в такую возможность верят многие сербы из-за пропаганды и контроля власти над медиа. И это дает Вучичу политические баллы.
Однако на самом деле я не верю, чтобы он пошел на такой самоубийственный шаг.
-Но зачем тогда Сербия подала запрос в НАТО на размещение своей армии на севере Косово?
— Все знают, что ответ на этот запрос будет отрицательным.
Зачем послали запрос, если все знают, что ответ будет отрицательным? Просто для освещения в СМИ и пропаганды.
Учитель хочет показать, что он проактивен, что у него есть мышцы, что у него есть сила и готовность сделать что-то относительно Косово.
Но он не собирается воевать на самом деле, ведь это будет для него плохими последствиями.
-Но в сербском правительстве есть политики-ястребы, призывающие к использованию силы против Косово?
-Да, они нужны Вучичу для продвижения нужных ему настроений внутри сербского общества.
А также для давления на Запад – если там будут активно критиковать действующую власть, на смену ей могут придут такие радикалы.
-А что вы думаете о франко-германском плане понимания Косово и Сербии без формального признания?
-Для меня это предложение очень положительное. Возможно, она потребует определенных дополнений, однако, по моему мнению, это хорошее начало, которое открывает достаточно пространства для обеих сторон для достижения компромисса.
Сербия не потеряет все, Косово получит большинство из того, к чему стремится.
Это может быть правильное направление, ведь формально никто не давит на Сербию с признанием Косово как независимого государства.
Потому для меня это выглядит как одно из реальных решений. Но здесь есть одна проблема – Россия.
Вы даже не можете представить, насколько мощно влияние России и ее пропаганды в сербских СМИ.
– Какую роль играет Россия в политике Сербии?
— Они стремятся к нестабильности, стремятся к конфликтам.
В России хотят, чтобы Балканы были их. А для этого им нужны конфликты не только в Косово, но и Черногории или Боснии.
Главная цель россиян – получить точку входа в сердце Европы.
Создавать проблемы, а затем предлагать договариваться об условиях их решения. Это то, что они делают по всему миру, ничего нового.
-Вы упомянули Черногорию. В чем заключается стратегия России и Сербии?
– В 2006 году, когда Черногория получила независимость, Вучич был в оппозиции. Он много тогда повторял, что это было самой большой ошибкой тогдашней власти. И добавлял, что будь он тогда у власти, отделения Черногории удалось бы избежать.
Понимаете, в чем дело – сербские националисты не видят черногорцев отдельно от Сербии. Это очень похоже на официальную позицию Путина в отношении Украины.
Можно разве что назвать позитивом, что мы используем не оружие, а только политические методы, а также пропаганду в пользу Сербии и Сербской православной церкви.
Кстати, важна здесь роль Сербской православной церкви, которая является главным игроком в Черногории в интересах сербской власти. По сути, она уже не является религиозной организацией, став политической партией.
Подобную политику Сербия проводит не только в Черногории. Еще есть Босния и Герцеговина…
Сербия может создать множество проблем в Боснии, если Учитель этого захочет. Однако сейчас он занят Косово, поэтому Боснии просто повезло.
-Как вы думаете, кто в Сербии является главным агентом России?
-Здесь целый список. В нем не только представители власти, но и многие оппозиционеры.
Но я бы выделил, прежде всего, силовые структуры: армию и полицию. Пророссийские настроения там очень мощные. Об этом все знают, но никто ничего не делает для решения этой проблемы.
Во-вторых, это наша нефтяная индустрия. Мы продали ее россиянам, и теперь она используется в том числе для финансирования политических сделок и агентов влияния.
И, наконец, это российский гуманитарный центр в городе Ниш. Он создан для противодействия чрезвычайным природным ситуациям, типа наводнений или пожаров. Но на самом деле он этим не занимается, а является базой российского ФСБ в Сербии.
И это только ключевые пункты этого списка.
Интервью взял Юрий Панченко,
редактор «Европейской правды»