Согласие хотя бы на одно место для эксгумации жертв Волынской трагедии продемонстрировало бы добрую волю Украины. Если мы планируем сотрудничать в преследовании российских преступников за их нынешние действия в Украине, как будет выглядеть это сотрудничество, если мы не раскроем дела 80-летней давности. Такое заявление сделал президент Института национальной памяти Польши доктор Кароль Навроцкий, передает со ссылкой на РАР.
Как напомнил президент Института национальной памяти Польши, заявления об эксгумации жертв Волынской трагедии поступали в Украину с 2020 года, то есть до начала полномасштабной войны в Украине.
«К сожалению, ответа не последовало», — сказал он.
«Конечно, наша солидарность, симпатии и поддержка Украины очевидны в борьбе против российской федерации. Также благодаря личным и институциональным связям, естественно, что мы находимся на стороне Украины», — подчеркнул Навроцкий.
Он отметил, однако, что, по его мнению, «поведение Украины и те жесты, которые мы видим, фактически ни к чему не приводящие, отсутствие согласия на погребение жертв Волынского геноцида — это проблема…».
«Война ничего не изменила, поскольку украинская сторона последовательно не желает приступать к эксгумационным работам и принимать или отвечать на любые наши девять запросов», — заявил президент Института национальной памяти Польши.
Он также отметил, что Украина, например, недавно, уже во время продолжающейся войны с Россией, дала согласие на эксгумацию 74 солдат Вермахта.
Они согласны на эксгумацию немецких солдат, погибших на территории тогдашнего Советского Союза после 1941 года, но не согласны на эксгумацию польских жертв. Как президент Института национальной памяти и историк я не могу понять, почему они не соглашаются на эксгумацию жертв польского гражданского население в 1,3 тысячах мест, где находятся останки польских детей, женщин и пожилых людей», — заявил президент Института национальной памяти Польши.
«Даже одно согласие на эксгумацию будет свидетельствовать о доброй воле украинской стороны», — добавил президент польского института.
Навроцкий отметил, что этот вопрос поднимается, в частности, из «заботы о будущем».
«Это не просто исторические эмоции, возникающие в результате функции, требующей верности национальной памяти», — отметил он.
Мы предполагаем, что в будущем мы создадим международные структуры с Украиной после ее победы. В Институте национальной памяти у нас есть прокуроры, подготовленные для расследования преступлений геноцида и массовых убийств мирного населения. Мы надеемся, что российские преступники будут привлечены к ответственности. … Но как выглядело бы это сотрудничество в международной сфере, если бы мы преследовали российских преступников за то, что они делают с невинными украинцами сегодня, а не раскрывали дела 80-летней давности?» – спросил Навроцкий.
Он напомнил, что для многих семей в Польше до сих пор очень важен вопрос эксгумации жертв Волынской трагедии.
«Даже в вопросе коммуникации мы даем топливо российской пропаганде, которая пользуется тем, что мы не в состоянии заниматься принципиальными вопросами. Поэтому бессилие кругов, знающих, как сильно поляки пострадали на Волыни, российская сторона начинает использовать это в пропагандистских целях», — рассуждает президент Института национальной памяти Польши.
«Я считаю, что этот вопрос должен быть решен. Дело не в том, что каждый требующий эксгумации является «российским шпионом». Я как президент Института национальной памяти требую разрешения на эксгумацию и это мое право и обязанность». И меня не обвинят в том, что мои действия являются частью российской пропаганды, потому что Россия преследует меня и мне грозит пять лет трудового лагеря», — подчеркнул Навроцкий, имея в виду действия российских властей в связи с деятельностью Института национальной памяти. ликвидирует объекты советской пропаганды, которые существовали в Польше со времен Польской Народной Республики.
При этом Навроцкий подчеркнул, что «понимая всю геополитическую картину инфраструктуры безопасности польского государства, (…) он не откажется от требований эксгумации».
«Обязательства перед погибшими при таких трагических обстоятельствах, обязательства перед теми, в чьих семьях он еще жив сегодня, на любых переговорах — военных, политических, экономических — это не позволит мне забыть о необходимости решение вопроса эксгумации», — подчеркнул он.
Добавим
С весны 2017 между Варшавой и Киевом продолжается спор по поводу запрета на поиск и эксгумацию останков польских жертв войн и конфликтов на территории Украины, введенной Украинским институтом национальной памяти. Запрет был введен после демонтажа памятника УПА в Грушовице в апреле 2017 года.
Раньше
Глава министерства иностранных дел Польши Радослав Сикорский выразил надежду, что Украина решит исторические вопросы с Польшей «в духе благодарности» за помощь, оказанную государством.
Также, как писали СМИ, глава польского Минобороны Владислав Косиняк-Камиш заявил, что дальнейшие европейские перспективы Украины будут зависеть от удовлетворения требований Польши по решению вопроса Волынской трагедии.