Европейский Союз уже созрел к мнению о необходимости получения Украиной возмещения от России за военные преступления.
Однако, хотя по этому вопросу уже существует консенсус, ЕС остается на развилке в выборе механизмов реализации: конфисковывать эти активы или использовать их другим способом?
В чем разница этих механизмов? Какой из них лучше для Украины? И к какому склоняются в Брюсселе?
Своеобразным итогом наработок Евросоюза в тематике возмещения в 2022 году стало обнародование в декабре проекта Директивы об определении уголовных правонарушений и установлении наказаний за нарушение ограничительных мер Союза.
Кроме предложения криминализировать обход санкций, одобрение директивы способствовало бы тому, что нормы ЕС относительно отслеживания, идентификации, замораживания и конфискации активов стали бы применяться к более широкому кругу лиц и их имуществу.
В настоящее время инициатива на уровне Европарламента и Совета ЕС остается без движения.
Поэтому руководство Евросоюза продолжает рассматривать разные пути решения этого вопроса.
Да, новый год в ЕС начался с принятия Европейским парламентом Резолюции о создании трибунала по делу о преступлении агрессии против Украины.
Европарламент призвал европейские институции, государства-члены и их союзников обсудить юридические возможности использования суверенных российских активов в качестве возмещения для Украины. Также он озвучил возможность отказа или ограничения доктрины суверенного иммунитета для России из-за грубого характера совершенных ею нарушений.
Европарламентарии поддержали рекомендацию Генассамблеи ООН создать международный реестр ущерба, данные которого впоследствии будут использованы для определения возмещений пострадавшим.
Политическое значение документа сложно переоценить, однако проблема состоит в том, что резолюции Европарламента являются сугубо декларативным документом и не имеют практических последствий для европейских институций или государств-членов.
В противовес идее конфискации, в конце января в ЕС снова озвучили идею использования механизма инвестирования российских суверенных активов как способа получения Украиной компенсации. Учитывая активность обсуждения вопроса в европейских институциях, создалось впечатление, что Брюссель взял идею инвестирования за своего рода магистральное направление работы.
В частности, 26 января Совет ЕС предложил рассмотреть инвестирование российских суверенных активов в качестве нового механизма получения Украиной компенсации. В своих заявлениях руководители ЕС, в частности Шарль Мишель и Жозеп Боррель, подтвердили, что по состоянию на февраль 2023 года приоритетной стратегией блока является не конфискация замороженных активов РФ, а создание механизмов их использования, в частности инвестирование, чтобы таким способом обеспечить финансирование возмещения Украине военных. .
Такая инициатива не полностью новая, поскольку еще 30 ноября прошлого года был предложен План Европейской комиссии по компенсации Украине убытков от вторжения России из-за использования доходов от инвестирования российских средств.
Тогда в Еврокомиссии заявили, что одним из краткосрочных вариантов для западных стран является создание фонда для управления и инвестирования ликвидных активов, в основном наличных, Центрального банка РФ, с тем, чтобы использовать полученные средства для поддержки Украины.
Однако критика идеи инвестирования не заставила себя ждать.
В Европейской комиссии высказали оговорку, что сложно принять соответствующее юридическое решение, пока нет подробных оценок объема активов, которые могут быть использованы. В большинстве своем бытует цифра в $300 млрд.
Официальные лица Евросоюза подсчитали, что из них около $33,6 млрд. находятся на депозитах в ЕС.
Экспертные круги отметили несколько проблем. В частности, в случае потери активов в результате их инвестирования ЕС обязан возместить владельцу актива объем утраченного.
Также нет уверенности, что идея инвестирования выдержит проверку международным правом.
Речь идет о том, что инвестирование российских активов с последующей передачей доходов Украине выходит за рамки общепризнанных целей международно-правовых контрмер.
Другая оговорка состоит в том, что те российские предприятия, чьи активы будут инвестированы, могут со временем утверждать, что они имеют право на часть прибыли, полученной от инвестирования. Они могут оспорить решение в Суде ЕС или Европейском суде по правам человека.
Неуверенность механизма инвестирования российских активов, вероятно, заставила ЕС вернуться к идее конфискации.
15 февраля Комитет постоянных представителей правительств государств-членов при Европейском Союзе (англ. Coreper II) одобрил создание рабочей группы, которая будет заниматься возмещением для Украины.
Группа проведет юридический, финансовый, экономический и политический анализ перспективы возмещения Украине через конфискацию российских активов. Ее возглавит Андерс Анлид, генеральный директор Национального совета торговли Швеции.
Одной из задач будущей рабочей группы будет выявление и слежка за российскими активами, а также оценка их стоимости. Работа будет проводиться в тесном сотрудничестве с рабочей группой «Заморозить и конфисковать», которую возглавляет Европейская комиссия.
Осуществлению этой задачи должно поспособствовать одобрение десятого пакета санкций против РФ, заявила президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляен. Она отметила, что в рамках ограничительного мероприятия институты ЕС вместе с государствами-членами будут способствовать выявлению всех активов РФ на территории Союза.
В поддержку идеи конфискации высказался и Европарламент.
В резолюции B9-0126/2023 от 16 февраля он отметил необходимость легализовать конфискацию российских активов для осуществления возмещения Украине.
Европарламентарии призвали Европейскую комиссию и государства-члены завершить создание правового режима, который позволит конфисковать российские активы, замороженные в ЕС.
Их следует использовать для устранения последствий агрессии России против Украины, включая восстановление страны и компенсацию пострадавшим от действий РФ.
Также в документе идет речь о способах наложить на РФ обязанность выплатить репарации Украине.
* * * * *
В уравнении, определяющем будущее возмещение Украине ущерба на средства российских активов, остается очень много переменных: нормы международного права, нормы права ЕС, законодательство государств-членов, политическая воля национальных лидеров.
Ситуацию усложняет тот факт, что механизм возмещения необходимо согласовывать на многих уровнях, где у каждого субъекта есть собственный интерес.
Это означает, что Евросоюз будет непросто принять эффективное и компромиссное решение.
Так что в вопросе возмещений Украине следует ожидать еще не одного разворота позиции ЕС.
И это требует от Киева внимательно следить за этим процессом, четко декларируя свое согласие или несогласие с предлагаемыми механизмами.
Автор: София Косаревич,
аналитикиня Центра Днестрянского