О том, что 30 сентября будет трудным днем для мирового сообщества, было заранее известно. Российский лидер Владимир Путин, за неделю до того перешедший к прямым ядерным угрозам в агрессии против Украины, назначил на пятницу начало процесса противоправной аннексии восточных и южных территорий Украины (именно эта аннексия по логике РФ может привести к ядерным ударам).
Казалось, что предел сногсшибательных новостей международного масштаба, связанных с Украиной, этим будет исчерпан.
Но Киев и на этом фоне сумел удивить партнеров. К тому же сделал это дважды. Оба раза для ключевых западных союзников Украины это было неприятное удивление.
Сначала их ждало удивление, когда Владимир Зеленский, не согласовывая и не координируя с ними свои действия, сообщил их, что Украина подает заявку о вступлении в НАТО. Впоследствии партнеры и секретариат НАТО удивились еще раз, когда прочли в новостях заявление от ОПУ о том, что Украина, как оказывается, «проводила с ними предварительные консультации» об этом шаге.
Следует отметить, что реакция союзников на этот экспромт оказалась благосклоннее, чем можно было ожидать при таких обстоятельствах.
Нестандартный шаг Киева точно нельзя назвать ошибочным.
На уровне НАТО он не нанесет нам никакого вреда и теоретически может помочь в будущем (но не сейчас здесь необходимы реалистические ожидания).
Но кроме собственно натовского измерения, есть также внутреннее измерение и оно на этот раз, похоже, было главным. Этот шаг выбил политические козыри у оппонентов Зеленского и заставил даже самых ярых его противников прибегнуть к комплиментам в адрес действующего президента.
А еще он создал так называемое legacy – политическое наследие президента Зеленского, которое останется в истории, несмотря на то, что сама эта так называемая «заявка о вступлении в НАТО» не имеет юридического значения, не является обязательным шагом для вступления в НАТО и является исключительно политическим документом.
Об этом рассказываем в статье «Европейской правды».
К вечеру 30 сентября, после заседания СНБО, посвященного российской попытке аннексировать 4 области Украины – Владимир Зеленский сделал еще одно заявление, неожиданное и лишь косвенно причастное к этому событию.
Президент объявил, что Украина подписала заявку на ускоренное вступление в Североатлантический альянс.
«Де-факто мы уже прошли свой путь в НАТО… Сегодня Украина подает заявку, чтобы сделать это де-юре. По процедуре, которая будет отвечать нашему значению для защиты всего нашего сообщества… Мы делаем свой определяющий шаг, подписывая заявку Украины на вступление в ускоренном порядке в НАТО», – заявил глава государства.
Как это часто бывает с политиками, в этом заявлении не все юридически корректно.
Нет, Украина не действовала по процедуре. Прежде всего, потому, что процедура вступления в НАТО (в отличие от ЕС) вообще не предусматривает потребности подавать заявку — о чем и в офисе президента, и в МИД прекрасно знают.
Совместно подписанный Зеленским, Стефанчуком и Шмыгалем, документ ссылается на ст.10 Вашингтонского договора НАТО. Эта статья действительно посвящена процедуре расширения Альянса, но она не содержит ни намека на необходимость подавать какую-либо заявку. В то же время она говорит, что инициатором расширения является сам Альянс, который по собственному желанию и в случае единодушного согласия государств-союзников может пригласить к членству то государство, которое пожелает.
Поэтому Польша или Литва никогда не подавали письменных «заявок о вступлении в НАТО, подписанных тремя топ-чиновниками», и так же этого не делала, например, Северная Македония, которая присоединилась к блоку позже. Достаточно того, что государство на политическом уровне стремится к членству, а Альянс это знает.
Интересная деталь – последние три года действующая украинская власть настойчиво объясняла, что говорить о заявке нет необходимости, ведь Альянс уже знает об этом намерении Украины. В 2019 году, во время визита в Украину Североатлантического совета, тогдашний профильный вице-премьер Дмитрий Кулеба публично убеждал в этом на совместном брифинге с генсеком НАТО.
Но нет и запрета делать такой символический шаг, который предприняла Украина – и такие примеры тоже были (например, так поступали Швеция и Финляндия, о чем впоследствии).
Тем более что у команды Зеленского был политический повод для этого.
Дело в том, что в объяснение украинских дипломатов о том, что НАТО не ждет от нас никаких заявок хоть и были корректными – но казалось убедительным для части общества, а оппозиционные политики порой не упускали случая упрекнуть Банковой в том, что она якобы «не хочет». в НАТО», если не подает заявку.
Этот аргумент истекал регулярно, перед ключевыми двусторонними или многосторонними событиями вроде саммита НАТО. 29-30 сентября автору этих строк пришлось наблюдать очередную волну требований к власти, к которым присоединился экспрезидент Петр Порошенко.
В этом фокусе решение о подаче заявки – идеальное для власти. Сформированный критиками нарратив о необходимости заявки превратил Зеленского из объекта критических замечаний в якобы продвинувшего Украину в членство – даже если на практике этот шаг пока не изменил ничего.
А вот будут ли изменения в отношениях с партнерами со временем? Этот вопрос остается открытым.
Нет оснований уверенно утверждать, что решение о подаче заявки было принято под влиянием новой волны критики – но можно утверждать как свершившийся факт, что Украина решила «направиться» в НАТО без консультаций с теми, кому адресована ее заявка.
Киев сделал все, чтобы убедить и партнеров, и сторонних наблюдателей в том, что его решение – спонтанное. Не было консультаций по этому поводу с генсеком, ни (самое главное) с ключевыми членами НАТО, свидетельствуют многочисленные источники «Европейской правды» и западные СМИ. От украинской власти звучали путаные, конфликтующие сигналы.
Советник главы Офиса президента Михаил Подоляк ответственный за коммуникацию сигналов Банковой вечером пятницы сделал неожиданное (и ложное!) заявление о том, что подача заявки согласовывалась с союзниками. Предыдущие консультации действительно проходили в течение определенного времени на уровне разных экспертов и первых лиц государств, и блока НАТО», добавив, что уже сейчас продолжаются «интенсивные переговоры» о вступлении Украины (также неправды).
Можно только представить удивление американских дипломатов в НАТО или ответственных за Украину в Вашингтоне, прочитавших это заявление. Поэтому поздно ночью Подоляку пришлось опубликовать уточнение о том, что консультации по вступлению только начинаются с сегодняшнего дня.
Реакция основных партнеров на украинскую инициативу оказалась прохладной и лишь подтвердила, что шаг Украины стал для них неожиданностью. Генсек НАТО Столтенберг и држсекретарь США Блинкен, вынужденно реагировавшие одними из первых (у них были запланированы пресс-конференции) обошлись ожидаемыми, формальными, и уже много лет повторяющимися фразами о том, что «двери НАТО открыты для Украины», но оба добавили , которые считают приоритетом помощь Украине в сопротивлении агрессору
Однако впоследствии на сцену вышел Белый дом и добавил к этим формальным фразам короткий сигнал, продемонстрировавший отношение к украинской самодеятельности. «Процессом в Брюсселе нужно заняться в другое время», — заявил он, по сути передав Киеву ответ «нет» на поданную заявку.
Впрочем, не обошлось и без приятных сюрпризов.
Вернее, «сюрприза», в единственном числе. Им стало заявление главы канадского МИД Мелани Жоли.
Находясь в Вашингтоне, она на совместной пресс-конференции с Блинкеным взялась ответить на вопросы журналиста по поводу того, может ли Украина стать членом НАТО по ускоренной процедуре, как Швеция и Финляндия. И хотя Жоли ответила коротко и несколько размыто, не сказав ничего об «ускоренной процедуре» или о заявке как таковой – она при этом заявила о поддержке вступления.
«Мы считаем, что Украина должна быть членом НАТО. Такую позицию мы отстаиваем уже более десяти лет», – сказала глава канадского МИД.
Пока неясно, насколько это спонтанное заявление соответствует позиции Джастина Трюдо. Мелани Жоли отвечала экспромтом; к тому же Канада, как и другие союзники, не знали заранее о намерении Зеленского о «подаче заявки» 30 сентября. Однако для тех, кто следит за отношением Канады к сближению Украины и НАТО, даже это заявление похоже на небольшой прорыв. Дело в том, что последние несколько лет канадские дипломаты очень скептически относились к стремлению Украины сделать формальные шаги к НАТО, в частности Оттава убеждала Киев перестать даже говорить о ПДЧ.
Однако после начала полномасштабного вторжения Канада начала менять позицию по ряду вопросов. И не исключено, что в отношении НАТО тоже. Если это так, и если Украина получит лоббиста своего членства по ту сторону Атлантики, то это не будет лишним для изменения позиции США, которые при действующей администрации превратились скорее в скептика в отношении наших евроатлантических перспектив.
Единственными, кто выразился с однозначной поддержкой ускоренного вступления Украины в НАТО, стали государства Балтии. Через три часа после заявления Зеленского об украинской заявке они выступили с синхронным, одновременным сообщениями о том, что поддерживают не просто наше членство, а быстрое вступление в Альянс.
Это, конечно, не означает, что никакое другое государство не готово нас поддержать. Просто спонтанное решение Киева без консультации с партнерами свело к минимуму количество стран, готовых заявить об этом сразу, без коалиционных/правительственных консультаций.
Теперь одна из задач власти – нарастить это количество.
Однако нужно ставить реальные цели и понимать, что повторить успех заявки о вступлении в ЕС в этот раз не получится. Потому что уже сейчас приходится видеть завышенные ожидания на этот счет. А если они будут еще и у представителей власти, это приведет к разочарованию и обратному эффекту.
Начнём с того, что останется неизменным. Этого гораздо больше. Хотя определенные изменения тоже есть, о них немного позже.
Прежде всего ничего не изменится в выборе между НАТО и «альтернативными гарантиями». Киев будет направляться в членство не больше и не меньше, чем это было до 30 сентября.
Украина и к этому стремилась к Альянсу. Офис президента еще в июне (в том числе под общественным давлением) забросил свою идею отказа от членства в пользу других типов гарантии или альтернативного альянса. В последние месяцы ОПУ постоянно заявляет о безальтернативности мест вступить в НАТО, и заявка не внесла здесь никаких изменений.
Банковая сконцентрировалась на идее получения временных гарантий к обретению членства и сейчас продвигает идею такого договора под названием Kyiv Security Compact. Эта инициатива остается неизменной и после подачи заявки.
Во-вторых, в отношениях Украины и НАТО не произойдет изменений. По крайней мере, с точки зрения Брюсселя.
Одно из многих отличий процедуры расширения ЕС и НАТО – это то, что для Евросоюза заявка – это официальный этап, и ее подача запустила колесики принятия решений в Брюсселе, которые позволили нам перейти на принципиально новый уровень в отношениях – получить статус кандидата. С Альянсом так не получится, потому что для секретариата НАТО наша «заявка» не имеет юридического значения, а промежуточного этапа, на который Украина могла бы претендовать, просто не существует.
Мы уже являемся официально признанным кандидатом на вступление. Признание Украины aspiring country, то есть «государством-аспирантом», состоялось в 2018 году, еще при предыдущем президенте. А от варианта получения ПДЧ Киев отказывается и правильно делает.
В-третьих, хотя когда-то вступление Украины в Альянс обязательно состоится, в ближайшее время он исключен, и заявка не меняет фундаментальных причин этого.
Одна из причин очевидна – это продолжающаяся горячая война, включая ядерную угрозу. Как ни привлекательно звучат заявления о том, что Альянс в ответ на новую попытку аннексии со стороны Путина должен дать нам членство немедленно и это, мол, позволит предотвратить эскалацию – но это так не работает.
В ситуации, когда война уже продолжается и линия фронта не стабилизирована, предоставление гарантий безопасности означает моментальное вступление гаранта в войну. Альянс не готов и не будет готов к добровольному вступлению в войну с ядерным государством. Вступление в НАТО возможно только после постоянного прекращения боевых действий – будь то с деоккупацией всей территории или в случае стабилизации линии столкновения. И здесь отсутствует пространство для дискуссии.
Но и это не единственная причина, почему горизонт нашего членства в Альянсе – гораздо дальше, чем предполагает срочное «представление заявки».
Несмотря на то, что Североатлантический Альянс является прежде всего военным блоком – но политическая, точнее ценностная составляющая также важна для многих его членов. По крайней мере, часть из них считают, что Украина не отвечает именно политическим критериям членства, относительно уровня действенности демократии (и безразлично, что в составе блока есть государства вроде Турции или Венгрии, которые также ему не отвечают — «проверка» здесь осуществляется только на входе) .
Кроме того, не меньшее, а может, и большее количество союзников считают, что для Украины перспектива вступления станет стимулом для реформ, который недопустимо разрушать. Поэтому даже после победы Украины в войне ее немедленное вступление в НАТО остается крайне маловероятным. НАТО будет желать увидеть, что судебная система функционирует как следует, а не так, как привыкли последние годы, с наличием «смотрящих» на Банковой и выносимыми по звонку решениями; убедиться, что ограничения демократических свобод, введенные в военное время, сняты, и демократия работает и т.д.
В НАТО решения принимаются консенсусом, поэтому при всех усилиях Киева не получится изменить ценностные установки значительной части стран-членов.
А то, что к таким государствам относятся также США, делают эти ожидания еще более бесполезными.
Поэтому хуже всего, что сейчас могут сделать украинцы – это поверить в то, что заявка приведет к быстрому поступлению. Да и Банковой стоит немного «прикрутить» поток заявлений о том, что Украина «уже соответствует всем стандартам НАТО», потому что это не является правдой в части демократии, верховенства права и т.д. А постоянное повторение этого тезиса лишь убеждает государства-скептики в том, что Киев не созрел до членства, и что, конечно, Киев должен войти в Альянс – но только после выполнения четкой программы реформ.
В завершение – подведем итоги.
Как и говорилось в начале статьи, подписанная Зеленским заявка о «вступлении в НАТО по быстрой процедуре» на самом деле оказывает прежде всего внутриполитический эффект.
Этот символический, но ожидаемый многими шаг снял политические спекуляции о том, идет ли Украина в НАТО, а также стал выигрышным лично для президента в политической борьбе с оппонентами.
Но кроме тактического преимущества прямо сейчас, этот шаг, несмотря на его «символичность», станет также стратегическим достижением для Зеленского. Ведь то, что однажды Украина станет членом НАТО, сегодня не ставит под сомнение никто. Даже скептические в прошлом Германия и Франция потеряли доводы против этого. И когда это произойдет, то в истории останется то, что политическую «заявку о вступлении» подал именно президент Зеленский, даже если звезды сложатся так, что само вступление состоится уже при его преемнике (так же, как осталось в истории то, что до Конституции норму о движении в НАТО внесли за Порошенко)
Впрочем, нельзя говорить, что «заявка Зеленского» безразлична для отношений Украина-НАТО. Там тоже несколько изменится.
Прежде всего Киев получит политический повод склонять партнеров хотя бы к формальным разговорам об этом. Чтобы это вошло, так сказать, в привычку для будущих двусторонних переговоров.
И второе, и – самое важное.
Очень правильно то, что этим шагом Украина твердо фиксирует свое намерение о вступлении без ныне существующего промежуточного этапа – ПДЧ, потому что тот станет лишь тормозом, дополнительным источником задержки в тот момент, когда появится политическая готовность и Украины, и Альянса к интеграции. Мы действительно должны настаивать, что Украина нуждается в вступлении по фино-шведской модели, или же разработки нового формата, который бы учитывал наши особенности.
В идеале принципиальное решение об этом (но не о самом вступлении!) может быть принято на Вильнюсском саммите НАТО в следующем году.
Надеемся, что так и произойдет, и что к тому времени Украина уже будет деоккупирована, а Россия признает свое поражение. Это сделает дискуссию о новом формате нашего движения в НАТО гораздо более предметным. Вот только не нужно выходить на саммит с новыми неожиданными для союзников предложениями, которые они услышат в телеобращении Зеленского.
Повторение такой практики в Альянсе точно не оценят.
Автор: Сергей Сидоренко,
Редактор Европейской правды