23 июля в Испании прошли досрочные парламентские выборы, призванные сформировать новое правительство, однако спровоцировали еще более глубокий политический кризис.
Сначала шквал критики в сторону действующего правительства и лично премьер-министра Педро Санчеса повлекло за собой решение проводить выборы в разгар летних отпусков. Вдобавок популярность левого правительства значительно ослабла, поэтому руководящая Испанская социалистическая рабочая партия вместе с другими левыми силами зашла в избирательный процесс с неоднозначными позициями.
А в результате выборов в Испании возникла еще более сложная и неоднозначная ситуация, при которой шансы ключевых политических сил на формирование правительства кажутся равноценными, и каждой придется идти на уступки, чтобы получить кресло премьера. А также брать в коалицию силы, позиция которых в отношении Украины нечеткая или проблемная.
Но изюминкой этих выборов может стать участие в будущем правительства открыто сепаратистских политических сил.
В этой статье читайте об этом в деталях.
Испания – многопартийная страна, но есть две «классические» партии, сохраняющие роль главных, и именно между ними идет соревнование за должность премьера и за победу на выборах. Это правая консервативная Народная партия (Partido Popular, PP) и действующая левая Испанская социалистическая рабочая партия (PSOE).
Основными претендентами на пост премьера, соответственно, лидер PP Альберто Нуньес Фейхоо и глава PSOE, действующий премьер Педро Санчес.
Однако результаты голосования в воскресенье не позволяют ни одному из них получить абсолютное большинство для формирования правительства. Вдобавок возможные коалиции также кажутся слишком сложными для обеих сторон.
Во время гонки иногда казалось, что победитель уже есть – многие прогнозировали победу правой коалиции, а лидер Народной партии Фейхоо действительно имел хорошие шансы на премьерство. Правые активно критиковали власть за ошибки и зарабатывали политические баллы.
Однако в PP во время кампании совершили ряд существенных ошибок.
Прежде всего, в течение кампании PP активно пыталась повлиять на электорат других правых партий, используя тезис о «важности не распылять голоса на другие правые силы, а сразу голосовать за потенциального победителя».
То есть – боролась внутри правого лагеря за голоса, которые все равно должны остаться за одной из партий будущей коалиции, иногда даже дискредитируя при этом будущих партнеров.
В частности, Народная партия начала активную критику против праворадикальной партии Vox, своего главного потенциального союзника по коалиции и второй по популярности правой силы в Испании.
Это, наверное, приложилось к провалу праворадикалов на выборах. Vox потеряла 19 мест в парламенте по сравнению с прошедшими выборами. PP получила дополнительные 48 мандатов, что в сумме составило 137 мест в парламенте, и вышло на первое место – но это совсем не тот результат, на который там рассчитывали, потому что прогнозы порой давали PP более 150 мандатов.
Чтобы понять, насколько недостаточен этот результат, можно вспомнить, что большинство, которое позволяет сформировать правительство, – это 176 депутатов в Конгрессе.
Следовательно, очевидным стало то, что формирование коалиции будет сложным и проблемным. Даже для формального «победителя» избирательной гонки.
Следует упомянуть также, что в Испании избирательная система очень сложна. Это не чистые партийные выборы, не мажоритарка и даже не украинская «смешанная система». Здесь мандаты распределяются по сложной формуле, чтобы учесть голоса партий в разных регионах. Как следствие, представленность в парламенте может не соответствовать общей популярности партии.
Например, суммарно по стране Vox потеряла менее 2,7% голосов избирателей по сравнению с прошлыми выборами – и это стоило ей 19 мест в парламенте. А социалисты, казалось бы, неплохо выросли, получили на 3,7% больше голосов – но будет только +1 мандат.
Но в Испании к этому давно привыкли. Как и до того, что голоса оказавшихся за рубежом испанцев считают уже после того, как итоги выборов подведены. Последнее вполне возможно сыграет выдающуюся роль на выборах этого года.
Так, всеобщие выборы состоялись 23 июля, и по их результатам PP имела 136 голосов, а главные конкуренты из PSOE – 122. Аж здесь, через шесть дней после выборов, поступила сенсационная новость: после подсчета голосов проживающих за рубежом испанцев баланс изменился и один мандат перешел от «социалистов» к народникам, то есть теперь речь идет о 137 местах и 121 месте главных партий.
Почему это имеет значение? Ведь, казалось бы, и так есть большой разрыв.
Ибо каждый голос может стать решающим для формирования потенциальной коалиции.
Для лидера Народной партии Альберто Нуньеса Фейхоо, чтобы стать премьером, необходимо формировать союз с уже упомянутой партией Vox, а также в потенциальную коалицию могут войти два депутата от региональных партий Union del Pueblo Navarro и Coalición Canaria. Даже если оба согласятся, в сумме это дает 172 мандата, чего недостаточно.
Поэтому рассматривают вариант привлечения пяти депутатов от Баскской националистической партии (PNV).
Впрочем, для многих испанских обозревателей эта перспектива маловероятно. Сейчас PNV категорически отказывается от коалиции с Vox, и до сих пор не понятно, это просто политическая торговля или окончательная позиция. И даже если большинство сложится, коалиция будет жить в постоянном риске шантажа и давления со стороны баскских националистов, что приведет к нестабильности правительства и снижению доверия.
В свою очередь левые силы на этих выборах удивили многих.
Даже сами члены и избиратели PSOE рассчитывали на худший результат, а премьеру Педро Санчесу предрекали провал на выборах.
Партия действительно стагнирует, однако провала не произошло. По сравнению с прошлыми выборами, PSOE увеличило количество мандатов на один. К тому же у них в парламенте есть несколько сильных союзников. Социалисты сплачиваются с еще одной левой партией Sumar, где лидером является действующая вице-премьер Йоланда Диаз. В сумме PSOE и Sumar имеют 152 мандата.
Также левыми являются региональные силы, выступающие за большую независимость, а иногда даже за отделение их от Испании.
А в борьбе за голоса Санчес готов «дружить» даже с сепаратистами.
Итак, кто еще может поддержать потенциальное левое правительство?
Речь идет прежде всего о так называемых индепендентистских силах: семь депутатах от партии «Республиканские левые Каталонии» (ERC, Esquerra Republicana de Catalunya), шесть от баскской EH Bildu и один мандат от Галисийского националистического блока.
А если вдобавок привлечь пять депутатов от Баскской националистической партии, которые не хотят идти в правую коалицию с Vox – это дает левым в сумме 171 мандат. Недостаточно, но есть скрытый резерв. Хотя очень токсичный.
Партия Sumar уже публично вступила в переговоры с партией «Вместе ради Каталонии» (Junts per Catalunya, Junts), получившей семь мандатов. Основателем партии является Карлос Пучдемон, каталонский политик, поддержавший идею независимости в 2017 году, за что преследуется испанским судом и скрывается от заключения в Бельгии.
Так что голоса каталонских сепаратистов становятся ключевыми.
Именно партия Пучдемона Junts действительно решает, остаются ли левые у власти в Испании, или нет.
Хотя даже если Санчес удержит власть таким образом, это вряд ли поспособствует мощи потенциальной коалиции. Не говоря о том, что пока неизвестно, какие уступки потребуют каталонцы за свою поддержку.
Если же не сработает ни один из вариантов – Испании придется идти на еще одни досрочные выборы, но все больше кажется, что политики попытаются избежать еще одного голосования, даже ценой слабой и хрупкой коалиции, где правительство будет объектом шантажа региональных партий.
А вот вариант широкой коалиции двух основных партий – левоцентристов и правоцентристов – пока не рассматривается. Лидеры испанской политики предпочитают союзы с политическими силами, которые больше поддерживают сепаратизм, чем достижение компромисса между собой.
Выборы в странах-союзницах часто вызывают у украинских партнеров очевидные переживания. Киев активно борется за поддержку тех или иных правительств на Западе и смена власти рискует иметь негативные последствия для таких отношений.
Следует понимать, что тема Украины оказывает слабое влияние на испанского избирателя.
Между тем как в Германии, Великобритании или США политики используют тему войны и мира в собственных целях, и это пользуется популярностью в обществе, в Испании вопрос вторжения РФ в Украину вообще не всплывал во время предвыборной гонки ни у кого из кандидатов. Это не свидетельствует о консенсусе и согласии в испанских элитах по поддержке Украины. Напротив, испанское общество не занимается Украиной настолько, чтобы политики принимали это во внимание в своих кампаниях.
Поддержка Украины не могла существенно добавить или отнять поддержку электората.
Тем не менее, явной опасности для Украины тоже нет.
Хотя Испания не рассчитывает на лидерство в Европе по вопросам безопасности и внешней политики, Мадрид начал поддержку Украины оружием и техникой (хотя и не очень охотно, а сугубо в рамках совместных действий союзников по НАТО). Прорыва в этом вопросе после выборов не будет, но и радикальное уменьшение этой поддержки не является основным сценарием.
Однако война все же вынудила ключевые испанские политические силы занять определенную позицию.
Главное, что оба гиганта испанской политики и непримиримые соперники PSOE и PP поддерживают помощь Украине, в том числе оружием.
Позиции же меньших сил различаются, и часто неопределенны.
Что думает об Украине Vox – пока непонятно. Когда-то эту партию подозревали чуть ли не в пророссийскости, но сейчас поводов для этого почти не осталось. От них звучала критика правительства за недостаточную помощь Украине оружием! Возможно, сказалась дружба Vox с открыто проукраинским премьером Италии Мелони и то, что в последнее время Vox сблизилась с польской партией власти PiS.
Гораздо больше проблем – на левом фланге.
Левые из Sumar выступают «за мир и против войны», а ряд региональных партий, те же индепендентисты, вообще критично относятся к вооружению Украины за счет Испании.
В возможной лево-сепаратистской коалиции вопрос Украины будет точно вызывать активные дебаты, и пока неизвестно, в пользу ли Украины.
Автор: Александр Сливчук,
Центр трансатлантического диалога, координатор программы сотрудничества с Испанией и Латинской Америкой