Последние пару недель резко изменили тональность поступавших из официального Минска заявлений.
Впервые с начала российской агрессии против Украины белорусские власти начали посылать сигналы, которые существенно отличались от российских.
Похоже, что освобождение севера Украины от российских войск, а вместе – постепенное выведение россиян с территории Беларуси вынуждает Александра Лукашенко снова попытаться поиграть в старую игру – на спорах Запада и РФ.
И хотя первые попытки явно не получились удачными, скорее всего, останавливаться в Минске не собираются.
Это создает новое окно возможностей для Украины. Но одновременно и ставит перед вызовом: как следует воспользоваться такими возможностями.
«Давайте все обратимся к дипломатическому инструментарию, чтобы возобновить диалог, являющийся единственным средством для поиска пути движения вперед при любых обстоятельствах. Надеюсь, мудрость, прагматизм, поддержка суверенитета и независимости всех стран Европы, в частности Беларуси, и желание сохранить мир и процветание для всех будут направлять нас в этих усилиях», – такими словами завершается письмо главы белорусского МИД Владимира Макея, разосланного европейским коллегам.
Само письмо не афишировалось белорусскими властями – о нем стало известно только после его обнародования брюссельским корреспондентом «Радио Свобода» Рикардом Джозвяком.
«Мы категорически отвергаем любые инсинуации о том, что Беларусь как-то вовлечена в боевые действия в Украине. Беларусь не намерена быть втянута в войну. Нам хватило войн за нашу историю», — пишет Макей.
А соответственно, в Минске предлагают начать переговоры о постепенном ослаблении западных санкций.
«Новая «Берлинская стена» – политическая, экономическая, финансовая, гуманитарная и физическая – возникла на границе между Беларусью и Европейским Союзом, недавно являвшимся примером эффективного и добрососедского сотрудничества… Вместо руки помощи мы сталкиваемся с обвинениями и санкциями, которые противоречат международным нормам принципам», – указывается в письме.
Важно, что это письмо – это не единственный сигнал, который Лукашенко посылает Западу. Можно назвать не менее трех других.
Первый – в конце марта из тюрьмы на домашний арест перевели главу Союза поляков Беларуси Анжелику Борис, ее освобождение долго добивалась Варшава.
Второй сигнал – Государственный пограничный комитет Беларуси заявил, что граждане Латвии и Литвы в течение месяца – с 15 апреля по 15 мая – смогут въезжать в страну без визы.
И наконец, еще один сигнал – в СМИ уже появилась информация, что пункт размещения мигрантов – остаток громкого миграционного кризиса в прошлом году, с помощью которого Лукашенко пытался шантажировать Запад, – уже почти пуст. Другими словами, Минск дал сигнал, что этот кризис уже окончательно завершен.
Четыре сигнала. Достаточно ли этого, чтобы утверждать, что это вряд ли простое совпадение? Наверное, что да.
Но что явилось причиной появления этих сигналов?
Провал российского блицкрига, а главное – неудачная атака на Киев, изменили ситуацию для Лукашенко.
Потребность в белорусском плацдарме постепенно уменьшается (хотя и остается для продления ракетных ударов по территории Украины), а соответственно уменьшаются и возможности получить от РФ компенсации за введенные Западом санкции.
Тем более что новые санкции дополняют действие введенных ранее (впервые секторальные санкции против Беларуси были введены еще в прошлом году), усиливая их разрушительный эффект для экономики. А все намеки Минска, что Россия должна компенсировать негативное влияние санкций, по крайней мере, принятые после 24 февраля, так и остались без ответа.
Что в такой ситуации остается делать?
Попытки сыграть у посредника, принесшего в 2014 году частичную отмену санкций, теперь выглядят маловероятными. Даже несмотря на то, что этот вариант активно продвигает РФ.
Все это требует от официального Минска возвращения к диалогу с ЕС, а в идеале максимально возможного отстранения от действий Москвы. Здесь у Лукашенко есть козырь: как и предполагала Европравда, ему все же удалось устоять перед давлением РФ и не отсылать своих военных в Украину.
Еще один козырь – недавнее заявление ОБСЕ, которое не считает Беларусь участницей войны против Украины.
Этот факт давал надежду, что возможности для диалога с Западом для минского диктатора еще не исчерпаны.
Все это даже привело к смене публичной риторики Лукашенко.
Он заявлял, что Беларусь должна быть субъектом переговоров между РФ и Украиной, что Минск должен получить те же гарантии безопасности, что и Киев.
А главное – Лукашенко впервые с выборов 2020 года стал подчеркивать, что внешняя политика Беларуси совсем не идентична российской.
Надежды Лукашенко найти общий язык с Западом выглядят утопическими. В конце концов, ЕС дал это понять, «слив» в медиа письмо Макея. И тем самым показав, что не считает нынешнее руководство Беларуси таким, переговоры с которым возможны.
Однако следует помнить: за долгие годы президентства Лукашенко несколько раз удалось устроить такой разворот, получив размораживание отношений с Западом в обмен на ослабление репрессий и амнистию политзаключенным.
И хотя из-за войны в Украине нынешняя ситуация выглядит как никогда сложной для таких разворотов, это не останавливает Лукашенко.
В конце концов, разве в первые дни войны ему не звонил по телефону президент Франции Эммануэль Макрон, чтобы убедить не участвовать в российской агрессии? Этот разговор вместе с звонком канцлера Ангелы Меркель во время обострения прошлогоднего кризиса беженцев – ключевые внешнеполитические достижения Беларуси после выборов 2020 года.
Но главное другое: альтернатив поискам понимания с Западом у Лукашенко уже нет.
Новая ситуация на северной границе дает дополнительные возможности для Украины. Но и одновременно ставит перед выбором.
Дело в том, что Беларусь шлет сигналы не только Западу, но и Киеву. В частности, по примеру РФ Минск создал список «недружественных» стран, но, в отличие от российского списка, в белорусском нет Украины.
Как Киев отреагировал на этот сигнал? Формально, как и ЕС – проигнорировал его.
Однако стоит напомнить, что Украина, уже запретившая импорт из РФ, для белорусского импорта такого запрета вводить не стала.
Такой шаг Киева откровенно играет на руку Минску: если Украина не хочет до конца разрывать торговые отношения с Беларусью, то зачем это делать ЕС?
Именно поэтому Киеву следует не молчать, а перехватить инициативу в отношениях с Минском.
Если, как утверждают, Беларусь не давала территорию для нападения, а только для учений, то что там делали для противодействия агрессии?
Что сейчас делает Минск, чтобы сделать невозможным ракетные удары по Украине со своей территории?
Действительно ли украинские граждане (и военнопленные, и гражданские) до сих пор удерживаются на белорусской территории и участвует ли в этом официальный Минск?
Вопросов Александру Лукашенко собралось много. Так что изменения в ходе войны позволяют Киеву начать диалог на своих условиях.
Следует сделать так, чтобы от этого диалога и зависело санкционное давление Запада на режим Лукашенко.
Автор: Юрий Панченко,
редактор «Европейской правды»