Король Великобритании Чарльз III хотел сделать символический шаг – свой первый государственный визит совершить именно во Францию.
Впрочем, символизма не получилось. Визит, который должен был начаться 26 марта, отменили из-за масштабных протестов.
Это решение не стало неожиданным – французские депутаты уже призвали президента Эммануэля Макрона попросить о переносе даты визита. Тем не менее, такой шаг Парижа стал демонстрацией того, что ситуация в стране действительно очень непростая.
Протесты против пенсионной реформы начались в январе – и не думают завершаться.
В первые дни протестов на улицы по всей стране выходило более миллиона митингующих (по данным профсоюзов, рекордным по численности стало 31 января, когда на улицы вышли 2,8 миллиона противников пенсионной реформы).
И хотя впоследствии масштабы протестов начали снижаться, принятие пенсионной реформы (а особенно способ ее принятия) дал протестам «второе дыхание». И это неудивительно – социологи свидетельствуют, что против пенсионной реформы выступают более 70% французов.
Одновременно по стране проходят массовые забастовки: остановился общественный транспорт в ряде городов, включая столицу, бастуют учителя, работники железной дороги и авиасектора, заблокирован вывоз мусора.
Из-за требований безопасности были вынуждены закрыть для посещения ряд музеев и достопримечательностей (в частности, Эйфелеву башню и Версальский дворец).
Зачем президент Макрон пошел на принятие столь непопулярного решения? И каковы у него шансы победить в этом противостоянии?
«Эта реформа, она действительно нужна. Мне это не доставляет удовольствия, я бы не хотел ее проводить, но я взял на себя обязательство это сделать… Мне не надо переизбираться. Если сегодня придется мириться с непопулярностью, я с ней смирюсь. кратковременными результатами опросов общественного мнения и общественным благом и интересами страны я выбираю эти интересы», – впоследствии после принятия пенсионной реформы объяснял свои действия президент Макрон.
В последний раз пенсионный возраст во Франции повышали в 2010 году (с 60 до 62 лет) – и эта реформа стала одной из главных причин снижения рейтингов тогдашнего президента Николя Саркози, что не позволило ему уйти на второй срок.
Впрочем, даже после этого повышение пенсионного возраста во Франции он остается ниже, чем в других странах.
Для сравнения, в Испании на пенсию выходят в 65 лет, в Великобритании – в 66 лет, в Германии и Италии – в 67 лет.
А сам процесс повышения пенсионного возраста должен проходить очень постепенно, продолжаясь до 2030 года.
Но и это не все – многие профессии имеют собственный срок выхода на пенсию, в некоторых случаях, например у железнодорожников, это 50 лет, и это создает дополнительную нагрузку на пенсионный фонд.
А главное, во Франции действует солидарная пенсионная система (равно как и в Украине), что означает, что деньги на пенсии уплачиваются с налогов нынешних работающих. Эта система хорошо работает только в обществах со стабильным ростом населения, что позволяет постоянно увеличивать количество рабочих, уплачивающих отчисления в пенсионную систему.
В то же время во Франции (как и в Украине) ситуация совершенно противоположная – прежде всего из-за роста ожидаемой продолжительности жизни, стремительно растет численность пенсионеров.
Как объяснял логику своих действий президент Макрон, в то время, когда он начинал трудовую деятельность, в стране было 10 миллионов пенсионеров, тогда как сейчас их уже 17 миллионов.
В отличие от Украины, такое увеличение количества пенсионеров приводит не к уменьшению причитающихся им выплат, а к усилению налогового давления на работающих. Как следствие, экономисты свидетельствуют, что уровень жизни среднего французского пенсионера превышает уровень жизни среднего работника, что обеспечивает их благосостояние.
А к 2030 году количество пенсионеров во Франции должно превысить 20 миллионов, что станет непосильным бременем для экономики.
Есть только две альтернативы увеличению пенсионного возраста, убеждает Макрон: либо уменьшение пенсий, либо усиление налогового давления для финансирования разрывов пенсионной системы. Конечно, никто из французских политиков не предложит урезать пенсии (пенсионная реформа даже предлагает их увеличение), в то время как предложение увеличить налоги для богачей для финансирования пенсий – привычная риторика левой оппозиции.
Однако Макрон убежден, что это не выход, ведь подобные шаги «противоречат курсу правительства по стимулированию внутреннего спроса». А соответственно альтернативы повышению пенсионного возраста просто нет.
Эммануэль Макрон вступил в президентский пост 2017 года с обещаниями масштабных реформ, которые должны были оздоровить французскую экономику. И, конечно, в перечне приоритетов была и пенсионная реформа.
Более того, первоначальный вариант реформы предполагал гораздо большее повышение возраста выхода на пенсию – вплоть до 67 лет. Такую смелость новоизбранному президенту давал как мандат от французов, так и (главное) контроль за парламентским большинством, что давало возможность принимать все необходимые реформы.
Впрочем, тогда реформаторский «Турборежим» Макрона столкнулся с массовыми протестами «желтых жилетов», а затем — с пандемией COVID-19. Хотя за первые годы президентства ему удалось осуществить ряд реформ, в частности по либерализации рынка труда, уменьшению налогообложения, здравоохранения и т.д. другие амбициозные планы были отложены.
Несмотря на это, на президентские выборы 2022 года Макрон пошел с обещаниями возобновить реформы, ставя во главу угла по актуальности именно пенсионную. А соответственно, по его логике, победа на этих выборах означает, что французы снова предоставили ему мандат доверия к сложным реформам.
С последним тезисом не соглашаются в левой оппозиции. Там напоминают, что многие из тех, кто в прошлом году во втором туре отдал голоса за Макрона, действительно голосовали против Марин Ле Пен, и уж точно не голосовали за реформу пенсионной системы.
Но самая большая проблема заключалась в том, что в прошлом году партия Макрона (теперь она называется «Возрождение») потеряла большинство в Национальной ассамблее.
А соответственно, в своей второй каденции президент Франции стал намного более уязвимым, чем в предыдущем.
Отсутствие парламентского большинства и зависимость от голосов оппозиции позволяли ожидать, что президент вынужден будет отказаться от масштабных реформ. Однако Макрон показал себя принципиальным политиком, не побоявшимся рискнуть, во второй раз внеся проект пенсионной реформы на рассмотрение парламента.
Второй проект, на первый взгляд, гораздо менее радикальный – пенсионный возраст планировалось поднять не на пять лет, а только на два – с 62 до 64. Повышение пенсионного возраста будет продолжаться до 2030 года, ежегодно увеличивая возраст выхода на пенсию на три месяца.
Впрочем, у реформы есть и другие нововведения. В частности, увеличение минимального трудового стажа, позволяющего претендовать на пенсию. С 2027 года он должен составлять 43 года. А соответственно, далеко не все французы смогут выйти на пенсию в 64 года.
Эту норму активно критикует левая оппозиция, отмечая, что она ставит в неравное положение женщин, ведь они часто вынуждены делать перерывы в работе по уходу за детьми.
А вдобавок реформа унифицирует условия выхода на пенсию, убирая большинство исключений. А ввиду того, что за каждым исключением стоит профсоюз, эта норма тоже была воспринята крайне враждебно.
Ожидаемо, что предложенная реформа вызвала яростное сопротивление левой оппозиции – там подготовили тысячи поправок к законопроекту, чтобы заблокировать его рассмотрение.
Несмотря на это, правительство Элизабет Борн передало законопроект на рассмотрение Сената (верхней палаты французского парламента), не дождавшись завершения его рассмотрения в палате нижний.
11 марта Сенат одобрил законопроект о пенсионной реформе – голосами помогли сенаторы от оппозиционных, однако близких к Макрону в видении экономики «Республиканцев».
Голосов «Республиканцев» теоретически должно было хватить и для одобрения законопроекта в Национальной ассамблее (нижней палате парламента).
Однако существовал существенный риск, что далеко не все депутаты-республиканцы согласятся голосовать за законопроект Макрона, ведь одна из их парламентских групп, несмотря на инструкции партийного руководства, открыто выступила вопреки реформе. Более того, была вероятность, что законопроект не поддержат и некоторые депутаты . Ведь это Макрон по истечении второго президентского срока гарантированно уходит из политики.
В то же время многим из его партии хочется и дальше продолжать политическую карьеру, а поддержка непопулярного законопроекта это существенно усложняет.
Макрон идет на обострение: как ради пенсионной реформы Франция вошла в политический кризис
Принимая во внимание эти расчеты, президент решил задействовать противоречивый инструмент – статью 49.3 конституции, которая позволяет правительству одобрить законопроект в обход нижней палаты, но при этом взяв на себя ответственность за него.
На практике это означает, что пенсионная реформа была одобрена без голосования в Национальной ассамблее, но депутаты получили возможность задать вопрос вотуму недоверия правительству Борна.
Несмотря на то, что вотум недоверия правительству также должен стать мощным ударом по Макрону, вероятность такого сценария оценивалась гораздо ниже, чем провал голосования за пенсионную реформу.
Дело в том, что многие критики пенсионной реформы действительно понимают ее необходимость и на самом деле не желали ее провала – но при условии, если ответственность за принятие непопулярного закона возьмет кто-то другой. Во французском парламенте, где с лета 2022 широко представлены радикальные правые и левые силы, процветает популизм.
Так оно и вышло. Правительство Элизабет Борн пережило два голосования о вотуме недоверия.
При этом при первом голосовании для отставки правительства не хватило всего 9 голосов, в то время как прогнозировалось, что не хватит намного больше – около 20.
Это значит, что голосов за пенсионную реформу в парламенте точно не было бы.
Макрон рискнул – и выиграл парламентскую борьбу.
Однако противоречивый способ одобрения пенсионной реформы (ст. 49.3 часто называют антидемократической, хотя и вполне законной) возмутил многих французов, что дало «второе дыхание» уличным протестам и стачкам.
А вдобавок резко обрушился рейтинг главы государства: популярность Макрона упала до самого низкого уровня со времен протестов «желтых жилетов», сейчас его работой удовлетворены лишь 28% французов.
Точка в пенсионной реформе еще не поставлена.
Скандальный законопроект еще предстоит рассмотреть Конституционному суду – он может полностью отклонить реформу или ее отдельные положения. Поэтому массовые протесты имеют смысл – возможно, такое давление на высший судебный орган страны и сработает (но скорее всего, нет).
Если же закон в целом признают соответствующим конституции страны, реформа вступит в силу уже до конца года.
Французские профсоюзы обещают продолжение протестов и после оглашения решения КС. Однако кажется сомнительным, что им удастся долго держать высокий градус противостояния. И тем более маловероятно длительное продолжение стачек.
В свою очередь старт пенсионной реформы позволит Макрону, как и было обещано, оперативно повысить размер минимальной пенсии – она вырастет до 1200 евро, и это должно ослабить критику в ее адрес.
Кроме того, президент Франции уже объявил, что признает, что реформа нуждается в доработке, и публично поручил правительству проработать ее самое слабое место – проблему высокой безработицы среди работников старшего и до пенсионного возраста. Очевидно, что пенсионная реформа только усугубит эту проблему.
Поэтому у Макрона есть все шансы выйти победителем из этого противостояния.
Он рискнул внедрять непопулярную, но крайне нужную реформу, не имея большинства в парламенте. И этот риск оправдал себя.
Поэтому не исключено, что, запустив пенсионную реформу, Эммануэль Макрон займется и другими «хвостами» своей первой каденции. Впрочем, времени для реформ у него не так уж много.
Несмотря на то, что президент Франции может утверждать, что готов пожертвовать своим рейтингом, многие члены его партии имеют совсем другие планы.
Опасение, что сопротивление внутри собственной партии может завалить пенсионную реформу, заставил Макрона использовать противоречивую конституционную норму – дополнительно усилившую сопротивление улицы.
Скорее всего, проблема сопротивления партийцев будет только усугубляться. А соответственно, если президент Франции хочет войти в историю как успешный реформатор, ему придется рисковать все больше и больше.
Авторы:
Юрий Панченко, редактор «Европейской правды»,
Надежда Коваль, заведующая информационно-аналитическим отделом Украинского института