В Украине уже сейчас, пока война продолжается, есть огромный общественный запрос на привлечение военных преступников к ответственности.
Могут ли и украинские суды так же справедливо и беспристрастно преследовать военных преступников, не дожидаясь Международного уголовного суда?
Юристы подчеркивают: это возможно. Но сейчас украинским судам важно брать не количеством, а качеством – в частности, аргументировать применение тех или иных норм международного гуманитарного права (МГП), объяснять свои решения таким образом, чтобы они были понятны рядовому наблюдателю. Пока это получается не всегда.
Подробнее обо всем этом – в статье журналиста Медийной инициативы за права человека, коалиция «Украина. Пятое утро» Артура Прихна Конкуренты Гааги: почему и как украинские суды должны расследовать военные преступления россиян.
В Уголовном кодексе Украины понятие «военное преступление» не закреплено, как и понятие «преступления против человечности».
«Однако это не значит, что по нашему уголовному закону невозможно привлечь к ответственности за совершение военных преступлений и преступлений против человечности», — говорит Андрей Яковлев, управляющий партнер АО «Амбрела» и эксперт Медийной инициативы по правам человека.
Юрист отмечает, что статья 438 УКУ, которая называется «Нарушение законов и обычаев войны», позволяет следователям и суду напрямую использовать нормы международного права и предусматривает от 8 лет до пожизненного заключения.
Кроме того, в современном мире любой вооруженный конфликт дает старт применению специальных норм – международного гуманитарного права (МГП), которое ограничивает средства и методы ведения войны, защищает гражданских лиц и тех, кто перестал быть участником боевых действий, таких как раненые и пленных.
Объективная необходимость обращаться в МГП в украинские суды возникла в 2014 году. Уже тогда появились дела, которые необходимо было оценивать сквозь призму международного гуманитарного права, рассказывает адвокат, аналитика ОО «Украинская правовая консультативная группа» Алина Павлюк.
«Но в текстах этих решений достаточно поверхностно упомянут МГП», — говорит Алина Павлюк.
В этом году судьи вынесли два первых приговора «военным комиссарам» из Крыма, обвиняемым в принудительном призыве в российскую армию местных жителей. В январе осудили Константина Качарова, а в апреле – Александра Кабашного.
В обоих приговорах есть ссылки на нормы Женевской конвенции о защите гражданского населения во время войны и другие международные документы.
Однако полнота аргументации решений отличается.
Как отмечает Алина Павлюк, решение по Кабашному «более обосновано именно с точки зрения соблюдения норм международного гуманитарного права и логики международного уголовного права».
С ней согласен и Андрей Яковлев, отмечающий целый ряд нюансов, которым судья уделяет внимание в приговоре Александру Кабашному. В частности, суд объяснил, почему речь идет именно о военном преступлении, хотя такого понятия нет в кодексе.
Самое главное: суд продемонстрировал состязательность процесса, учел аргументированные ходатайства защиты, признал недопустимой часть доказательств.
Сейчас мы наблюдаем важный исторический процесс — формирование украинской судебной практики по делам военных преступлений.
А теперь к главному: для чего Украине следует уделять внимание соблюдению норм Международного гуманитарного права в приговорах украинских судов?
Во-первых, чтобы снизить риск обжалования. Во-вторых, Украина сама заинтересована иметь справедливые суды. Тем более, когда речь идет о приговорах, проливающих правду на преступления войны. В-третьих, качественные украинские решения по рядовым российским военным могут помочь в осуждении военного руководства РФ.
«Если говорить о том количестве дел по военным преступлениям, которое периодически называют в Офисе генпрокурора, то справиться с ним наша система правосудия не способна. Для меня это очевидно», — говорит эксперт Регионального центра прав человека Роман Мартыновский.
Один из выходов в этой ситуации – системное обучение судей. В идеале – тех, которые вероятнее всего будут рассматривать дела по военным преступлениям.
Еще один возможный выход – создание гибридного механизма правосудия, то есть привлечение иностранных судей к рассмотрению дел в Украине.
Подробнее – в материале Артура Прихна Конкуренты Гааги: почему и как украинские суды должны расследовать военные преступления россиян.