В последние месяцы украинцы читали немало новостей о потенциальной конфискации российских активов, замороженных в странах-партнерах Украины.
Такая решимость забрать у Кремля и его приспешников активы напоминает ту, что была в начале полномасштабного вторжения. Но исследовав практику и правовые механизмы, партнеры Украины поняли, что необходимы новые решения, а такие шаги – это всегда риски, на которые западная коалиция долго не была готова.
Впрочем, недавно прошел второй год полномасштабного вторжения. Оказывать помощь Украине из карманов налогоплательщиков союзники устали, поэтому активизировали тему конфискации активов РФ с новой силой.
Удастся ли на этот раз довести дело до конца и что предлагают партнеры – разбираемся дальше.
Поскольку Конгресс США по-прежнему задерживает одобрение пакета помощи для Украины, администрация президента Байдена в координации с G7 начала активно искать пути для конфискации суверенных активов России, замороженных на территории США и ЕС. По разным оценкам стоимость таких активов варьируется в пределах $300-500 млрд, большая часть из которых находится в ЕС.
Со своей стороны, для конфискации средств Центробанка РФ администрация Байдена видит наибольшую перспективу в законопроекте «О восстановлении экономического процветания и возможностях для украинцев» (Rebuilding Economic Prosperity and Opportunity (REPO) for Ukrainians Act (далее – РЕПО)).
Этот документ предлагает предоставить президенту США полномочия конфисковать суверенные активы РФ, прямо или косвенно принадлежащие правительству, Центробанку и Российскому фонду прямых инвестиций. Средства от конфискованных российских активов будут поступать в специальный Фонд для поддержки Украины, который будет администрировать госсекретарь США.
Законопроект закладывает четкое целевое использование таких средств, в частности, на восстановление и гуманитарную помощь народу Украины. О военной помощи в этом документе речь пока не идет.
Законопроект о РЕПО еще в январе поддержал комитет Сената по иностранным делам. Для его принятия и применения необходимы еще голосования в Сенате, Палате представителей, а также подпись президента.
Впрочем, учитывая трудную ситуацию с законопроектом о пакете помощи для Украины, мы можем только надеяться, что законопроект о РЕПО будет быстро проголосован в Конгрессе. И важно понимать, что он не заменяет собой пакет помощи Украине, ведь последний предполагает предоставление нам военной техники и ее компонентов.
Впрочем, представитель Палаты представителей республиканец Майк Джонсон в недавнем интервью заявил о законопроекте о РЕПО следующее:
Если мы сможем использовать конфискованные активы российских олигархов, чтобы позволить украинцам бороться с ними, это будет просто чистая поэзия».
Несмотря на столь оптимистическую позицию республиканца, важно все-таки вспомнить определенное напряжение вокруг президентских выборов в США, которые должны пройти в ноябре 2024 года.
Так, законопроект о РЕПО практически единолично доверяет президенту США принятие решения о судьбе арестованных российских активов: это может быть решение как об их конфискации, так и об инициировании снятия с них ареста. Здесь оправдано опасение, что в случае победы Дональда Трампа на президентских выборах предоставление ему таких полномочий может только навредить интересам Украины.
Голосование конгрессменов за этот законопроект планируется уже на этой неделе вместе с пакетами помощи Украине, Израилю и союзникам США в Индо-Тихоокеанском регионе.
Если в США основной фокус направлен на прямое взыскание резервов суверенных активов РФ, то в ЕС сейчас рассматривают «менее агрессивный» вариант – а именно конфискацию процентов от сверхприбылей, полученных от арестованных активов РФ.
Такой путь, по мнению партнеров из ЕС, более юридически безопасен.
16 февраля 2024 года Совет ЕС принял решение о том, что центральные депозитарии блока, в частности находящегося в Бельгии Euroclear, должны будут отдельно учитывать и хранить сверхдоходы от замороженных активов центробанка РФ. Несмотря на то, что российские ценные бумаги и замороженные в ЕС средства, они все равно приносят непредвиденный доход через депозитные ставки.
Именно из этих доходов будет выделяться отдельная сумма в помощь Украине.
Это решение касается депозитариев, которые располагают более чем 1 миллионом евро таких активов. Важно отметить, что в этом случае речь идет о средствах, которые депозитарии получат от российских активов только после принятия решения Советом ЕС. То есть, процент от доходов, полученных в ЕС за 2022-2023 годы, Украине передавать не планируют.
В решении Совета ЕС говорится о «возможном установлении финансового взноса» в бюджет ЕС, который затем передадут Украине. В частности, через Украинский фонд, по которому Совет и Европейский парламент достигли предварительного согласия 6 февраля 2024 года.
С начала марта в ЕС работают над закреплением этого механизма на законодательном уровне. Важно, что высокоуровневые представители Евросоюза отмечают, что средства этого механизма должны быть направлены Украине не на восстановление, а для финансирования поставок оружия и развития оборонной промышленности. Впрочем, такое законодательное предложение еще должны поддержать все члены блока.
Кроме того, в декабре 2023 года Еврокомиссия сообщила о достижении политического согласия между Европарламентом и Советом ЕС об обновлении Директивы по возврату активов и конфискации.
Настоящая Директива нацелена на укрепление механизмов уголовной конфискации посредством усиления всех стадий такого процесса: поиска преступных активов, их ареста и распоряжения и, наконец, самой конфискации. Среди прочего, Директива предлагает расширить круг преступлений, за которые наказанием в ЕС является конфискация активов на торговлю оружием, мошенничество и, самое главное, обход санкций.
Но для этого нужно, чтобы обход санкций признали преступлением на уровне ЕС, и это уже совсем другая Директива, о которой мы расскажем дальше.
В декабре 2023 года был опубликован еще один пресрелиз от Еврокомиссии о том, что Европарламент и Совет Европы также достигли политического согласия по обновлению Директивы об определении уголовных правонарушений и наказаний за нарушение ограничительных мер ЕС. В частности, в этом прессрелизе указано, что в случае обновления Директивы преступлениями можно считать:
незамораживание активов подсанкционного лица; нарушение запрета на поездки и эмбарго на поставку оружия; предоставление запрещенных или ограниченных экономических и финансовых услуг; перевод средств третьей стороне или предоставление ложной информации для сокрытия средств, которые необходимо заморозить.
Почему история с криминализацией санкций важна для Украины? Потому что в ЕС сейчас под санкциями более полутора тысяч человек и компаний, связанных с РФ.
Если обе упомянутые Директивы поддержат обход или попытку обойти наложенные на россиян и российские компании санкции признают преступлением, то ЕС получит юридически безопасный путь конфискации их активов.
Конечно, при условии, что эти лица попытаются обойти санкционные ограничения и их поймают с поличным.
Стоит отметить, что и Украине по тем же соображениям уже давно следует криминализировать обход санкций. Ведь несмотря на то, что с весны 2022 года большинство российских активов конфискуют в пользу нашего государства из-за нового санкционного механизма, рисков обжалования конфискации в уголовном производстве значительно меньше.
В марте Европарламент поддержал принятие обоих упомянутых директив. Предстоит еще голосование в Совете ЕС и публикация новых законов в Официальном вестнике ЕС.
Также важно понимать, что даже после официальной публикации и вступления в силу новых Директив на их имплементацию в национальное законодательство стран ЕС может уйти еще несколько лет.
Да и относительно голосования в Совете ЕС нас тоже могут ожидать неутешительные перспективы, ведь уже известно, что с июля по декабрь 2024 года в рамках очередности будет председательствовать в этом институте Венгрия, которая не слишком поддерживает антироссийские инициативы других членов блока.
В подтверждение тезиса о необходимости криминализации обхода санкций можно привести неоднократные случаи конфискации подсанкционных активов россиян странами, где это уже законодательно предусмотрено.
Лидер таких конфискаций – США, которые в прошлом году взыскали более $5 млн. с подсанкционного Константина Малофеева и яхту стоимостью $300 млн. Сулеймана Керимова. Несмотря на сообщение в мае прошлого года, что генпрокурор США разрешил трансфер этих средств, пока неизвестно, были ли они переданы Украине.
Кроме того, 17 февраля этого года стало известно, что США передадут Украине $500 тыс., конфискованных в сети компаний, которые в обход санкций пытались незаконно экспортировать в Россию высокоточную технику. Впрочем, эти средства будут переданы через Эстонию в рамках международного соглашения.
Другой пример конфискаций в пользу Украины – принятые в прошлом году в Латвии, Литве и Эстонии решения о конфискации автомобилей с российскими номерами. Планируется, что конфискованные автомобили будут переданы Украине.
* * * * *
Таким образом можно однозначно сказать, что вопрос конфискации российских активов на Западе активизировался. Но до сих пор оно находится в начальных стадиях политических договоренностей.
ЕС и США, являющиеся главными держателями резервов центробанка РФ, переговариваются о том, кто рискнет сыграть первую скрипку. Все это происходит на фоне очень нестабильной предвыборной политической ситуации.
Поэтому два варианта: либо заинтересованные в помощи Украине партнеры смогут дожать вопрос конфискации активов РФ до потенциальной смены власти, либо этот вопрос отложится на еще более неопределенный срок.
Автор: Наталья Сичевлюк,
юридическая советница Transparency International Ukraine
Эта публикация подготовлена Transparency International Ukraine при финансовой поддержке Швеции