Семь групп (G7) не смогла утвердить свою декларацию третьей годовщиной полного вторжения в Россию в Украину. В том числе благодаря разногласию в США в память о России как о стране агрессора.
Тем не менее, другая формулировка, которая должна была содержаться в этом утверждении, одинаково важна. За последние три года такая же формула была повторена в таких утверждениях в таких утверждениях: та же формула:
«Суверенные активы России в наших юрисдикциях останутся иммобилизованными до тех пор, пока Россия не заплатит за ущерб, который он нанесла Украину».
Отсутствие или сохранение этой формулировки в Декларации «Симки» заключалось в том, чтобы стать важным сигналом о будущей судьбе российских активов, особенно 300 миллиардов долларов заповедников Центрального банка Российской федерации.
Спор о этой формулировке может указывать на приближающееся практическое решение по этим средствам.
И в то же время — о том, что варианты, которые могут противоречить интересам Украины. И это в значительной степени определяется переговорами между США и Россией, которые усилились в последние месяцы.
Трамп и триста замороженных миллиардов
Несмотря на все внимание Дональда Трампа к Украине, в своей публичной риторике он не обращал внимания на судьбу в 300 миллиардов долларов замороженных российских активов. По крайней мере, прямое упоминание об этом трудно найти.
Однако еще до президентских выборов в США его союзники, в том числе сенатор Джей Ди Вэнс, активно выступили против принятия закона репо, механизм конфискации российских активов в Соединенных Штатах. Ввиду этого и, учитывая общее настроение, вероятность полной реализации этого механизма во время президентства Трампа выглядит минимально.
Однако основным фактором, который будет определять политику новой администрации российских активов, являются переговоры Соединенных Штатов и России в Саудовской Аравии.
Официальных заявлений об этом нет, но ориентированный на бизнес подход администрации Трампа к международным отношениям не оставляет сомнений в том, что активы такого размера неизбежно станут предметом дипломатического аукциона.
Информация, которая уже наступает, указывает:
Позиция США в переговорах может быть более прибыльной для Москвы, чем для Киева.
Да, на следующий день после первого раунда переговоров, были сообщения о том, что российская делегация подняла вопрос об оттаивании активов, заблокированных в Соединенных Штатах после начала агрессии.
Несмотря на то, что это относительно небольшая сумма — например, только 6 миллиардов долларов в российских резервах центрального банка в России составляют 300 миллиардов, это решение будет иметь значительные последствия.
Во -первых, это может быть важное решение, которое нарушит консенсус на замороженные активы. И во -вторых, какие бы суммы ни были, это будет увеличение экономических позиций Кремля, вероятно, в самый сложный период войны для нас.
Еще больше тревоги — это сценарий, который обсуждался в Эр -Рияде: направление некоторых замороженных средств для восстановления территорий, которые останутся под контролем России.
Этот вариант, который ранее говорил украинские эксперты, фактически разделяет ответственность за последствия войны между Украиной и Россией, что неприемлемо.
Тем не менее, это не неизбежно — основным препятствием для его реализации остается тот факт, что большинство резервов Российского центрального банка — более 200 миллиардов долларов — находятся под санкциями Европейского союза.
И именно ЕС, а не США, он может принять ключевое решение о их будущем.
Ответ ЕС
Вопрос о судьбе замороженных российских активов является одной из наиболее чувствительных тем в отношениях между Украиной и ЕС. Несмотря на то, что Канада и США ранее утвердили законодательные изменения в конфискации активов, Брюссель сделал первые практические шаги.
Сначала это была передача дохода от российских активов в Украину, и в будущем — использование этих доходов для предоставления «кредит на репарацию» для Украины. Эти «промежуточные решения» оставались политически приемлемыми для европейских союзников до тех пор, пока ситуация в Соединенных Штатах не начала меняться.
Выступление Jay Di Vens на Мюнхенской конференции по безопасности стало сигналом для европейцев. Слухи о возможном объявлении о конфискации российских заповедников на саммите Солидарности в Киеве 24 февраля (немедленно уточните — этого не произошло и не произойдет в ближайшем будущем из -за отсутствия консенсуса по этому вопросу).
А на днях Bloomberg подтвердил:
ЕС рассматривает передачу активов международному механизму компенсации.
В рамках этого механизма российские активы должны использоваться в соответствии с решениями Комиссии по будущей компенсации. Его творение ожидается в этом году.
Этот механизм, который уже создал реестр убытков для Украины, является одним из крупнейших дипломатических достижений Украины за последние три года.
И передача российских активов в его юрисдикцию, пожалуй, лучший вариант в текущей ситуации.
Однако это решение еще должно быть принято.
Компромисс для Украины
Какова бы ни была существующая ситуация, но сегодня мы приблизились к решению российских 300 миллиардов долларов ближе, чем когда -либо за три года. Тем не менее, само решение еще не принято ни в одной конфигурации и ни одной из сторон.
С одной стороны, нет необходимости поднимать слухи о передаче части России для использования на оккупированных территориях: это решение, вероятно, было принято давным -давно, поскольку регулярные контакты между сторонами на пресс -конференции 23 февраля были подтверждено Volodymyr Zelenskyy.
С другой стороны, решение ЕС, вероятно, потребует согласованного решения всех государств -членов ЕС. И государственные стороны в том же реестре убытков являются членами ЕС, за исключением & mldr; Венгрия.
И легко предположить, что правительство Виктора Орбана, которое руководствуется Вашингтоном и Москвой, не дает такого согласия.
В таких обстоятельствах наиболее прибыльным способом для Украины является поддержка ЕС в конфискации российских активов не за восстановление, а за компенсацию жертвам войны.
Это добавит политическую и моральную легитимность к конфискации активов и обеспечит прозрачность их использования, хотя в тактическом смысле такая цель менее привлекательна, чем реконструкция или покупка оружия.
Кроме того, как отметили авторы концепции компенсационного комитета:
«Никакая такая комиссия не может быть полностью успешной без надлежащего финансирования платежей».
Следовательно, если Украина не работает упреждающей и не солидаризируется с ЕС, новая администрация США может создавать условия, при которых финансирование международного механизма компенсации и компенсация жертвам будет невозможно.
А именно, проблема репараций исчезнет в практическом смысле из повестки дня в течение многих лет.
Автор: Иван Городиски,
Адвокат, директор Dniester Center
Материал был подготовлен при поддержке Международного фонда Ренессанса в рамках#Compensation4UA/Компенсация за военные потери для Украины.