Есть ли в Украине спрос на узнавание польской культуры?
И есть ли общественное разрешение, чтобы процесс языковой, ментальной и культурной дерусификации и деимпериализации Украины сопровождался интенсификацией культурных связей с Польшей?
Результаты недавнего опроса украинского общественного мнения дают, безусловно, положительный ответ на этот вопрос.
Высокий уровень симпатий украинцев к Польше и полякам был очевиден каждому, кто взвешенно анализировал польско-украинские отношения еще до войны.
После войны уровень симпатий еще больше вырос, достигнув рекордных 86%, согласно летнему опросу украинской социологической службы Info Sapiens и Центра Мерошевского, польского государственного института, созданного законом Сейма для содействия диалогу между поляками и украинцами.
Вместе с тем результаты нового опроса Центра и Info Sapiens относительно отношения украинцев к польской культуре, уровня осведомленности о ней, а также ассоциаций с историей древней Речи Посполитой могут стать определенной неожиданностью.
Оказалось, что в рейтинге европейских стран, культура которых наиболее привлекательна для украинцев, первое место заняла именно Польша из 43% спонтанных указаний (респонденты могли указать до пяти стран). Только за ней следовали английская, немецкая, французская или итальянская культуры. Также в ответах на вопрос, какой из соседних народов является наиболее близким украинцам, на первом месте оказались поляки – 72%. На белорусов, занявших второе место, указали 7%.
Ощущение культурной близости к полякам было еще более выражено в областях исторической Волыни, Подолья и Киевщины (81% указаний) и Галиции (91%), которые несколько веков были связаны с Польшей.
В то же время, часть опрошенных украинцев задекларировала, что их интерес к польской культуре заметно возрос после начала войны.
Об этом заявили 27% респондентов, в том числе 35% молодежи до 34 лет. Подавляющее большинство респондентов считают, что на украинском телевидении мало польских фильмов (73%) и что о польской культуре недостаточно рассказывают в школах (55%).
Учитывая дискуссию, которая идет в Украине, об отношении к деятелям русской культуры исследователи задали вопрос о том, как украинцы восприняли бы идею ввести в школьную программу вместо Александра Пушкина произведения великого польского поэта эпохи романтизма Адама Мицкевича.
Поэта, добавим, также остро критиковавший российскую политическую систему, осуждал отношение Западной Европы к России и был одним из первых аналитиков российского общества – что он поступал и в академических, и в литературных произведениях. Оказалось, что 69% украинцев бы поддержали такую идею (в Галичине за такую замену высказались более 90%, а на Волыни, Подолье и Киевщине – 75%).
В то же время опрос показал, что знание польской культуры за пределами Галиции является в лучшем случае умеренным. На самом деле, только 32% украинцев умели правильно ответить, кем именно был Мицкевич. Он занял второе место – после Шопена (81%) – по уровню узнаваемости польских культурных деятелей.
Следующим стал Ежи Гофман (24% узнаваемости), режиссер фильма «Огнем и мечом» по роману Генрика Сенкевича, очень положительно оцененного украинцами. Заодно из 18% узнаваемости, сам Сенкевич, известный писатель и нобелевский лауреат, менее известен, чем режиссер. Пятое место (17%) занял режиссер Роман Полянский (в Украине чаще известен как Полански).
В то же время исследование показывает, что известные поляки, родившиеся на украинской земле – такие, как второй после Мицкевича классик польской поэзии Юлиуш Словацкий, композитор и пианист Игнатий Ян Падеревский или композитор Кароль Шимановский – известны лишь нескольким процентам украинцев. Из этой группы только уроженец Львова Станислав Лем имеет большую узнаваемость (15%).
А кто украинцам спонтанно приходит в голову, когда их спрашивают о поляках? 51% не смогли назвать хоть одно имя.
В первую пятерку вошли три польских президента: Анджей Дуда (22%), Лех Качиньский (7%) и Лех Валенса (5%).
По 4% упоминаний получили Адам Мицкевич и актриса Барбара Брыльска, которая имеет определенно большую популярность на Востоке и Юге Украины, чем на Западе страны.
Опрос имел также историческую составляющую – его результаты вдохновляют оптимизм, если речь идет об историческом диалоге.
Следовательно, термины, связанные с древней историей Польши и Украины, такие как «Речь Посполитая», «господин» или «воевода», даже «шляхта», обычно вызывают положительные ассоциации. Однако если в случае с «Речью Посполитой» преимущество позитивных ассоциаций над негативными было почти четырехкратным (40% против 11%), то в случае шляхты оно незначительно (29% против 25%).
Учитывая традицию украинской историографии, которая давала обычно негативную оценку факта пребывания украинских земель в составе Короны Королевства Польского, а особенно влияние продолжающегося и поныне Михаила Грушевского на исторические интерпретации, такой результат следует расценивать как положительный.
В известной степени это, конечно, является следствием симпатий к Польше, а в известной степени – результатом работы украинских историков на протяжении последних 30 лет, которые приложили немало усилий для борьбы с враждебными Речи Посполитой интерпретациями, распространяемыми Россией и украинским национальным движением в XIX веке.
Показательно также, что построенные в раннемодерные сутки замки, дворцы или костёлы, простирающиеся от Буга до Днепра, в основном рассматриваются как часть общего культурного наследия поляков и украинцев (61%), тогда как респонденты, указывающие на одну нацию: поляков (11% ) или украинцев (15%), были в явном меньшинстве.
Однако процесс интернализации наследия Речи Посполитой пока не проявился в отношении латиницы, которая, в конце концов, довольно часто использовалась для написания украинского языка на Правобережной Украине в XIX веке, хотя кириллица и тогда была приоритетной.
С предложением части украинских интеллектуалов о том, чтобы по примеру Сербии в Украине были два государственных алфавита – на основе кириллицы и латиницы, согласились 21% опрошенных, а еще 4% высказались вообще за отказ от кириллицы, как это предлагал в свое время Павел Климкин, а затем Алексей Данилов. Однако 70% опрошенных украинцев не считают подобные меры необходимыми.
Примечательно, однако, что сторонников частичной латинизации украинского языка было больше среди молодежи и в Галиции.
Какие выводы исследования? Один из них очевиден. Среди украинцев существует огромный спрос на узнавание польской культуры и в то же время существует убеждение в необходимости не только языковой, но и культурной дерусификации Украины.
Хотя региональные различия в отношении поляков меньше, чем до войны, все же можно наблюдать более высокий уровень осведомленности с польской культурой на тех украинских землях, которые находились под влиянием польской культуры, как Правобережная Украина до периода 1917-1920 гг. или Западная Волынь и Галичина к 1945 году.
Следует отметить, что, хотя аналогичные исследования еще не проводились в Польше, бытовые наблюдения свидетельствуют о том, что спрос на изучение украинской культуры растет и в Польше.
Опрос также подтверждает голоса всех комментаторов, которые указывают на то, что положительная оценка деятельности формирований, запятнавших себя преступлениями против поляков (как и украинцев) – таких как, например, гайдамаки (62% положительных оценок, 7% негативных) – не означает одобрение этих преступлений и неприязнь к полякам; парадоксально, но она даже положительно коррелирует с симпатией к Польше.
После войны для польско-украинских отношений должно наступить очень хорошее время.
И результаты опроса говорят именно об общественной легитимизации в Украине планов активизации польско-украинских связей.
Однако следует иметь в виду, что в Польше уже есть критики «ukrainizacji kraju», будь то среди политиков или среди публицистов, и в Украине такие критики могут легко появиться.
Поэтому те, кто действительно стремится, работать на интенсификацию отношений между двумя народами, пусть опасаются действий, которые могут усилить опасения этих кругов в обеих странах.
Автор: Лукаш Адамский,
доктор исторических наук, заместитель директора Центра диалога им. Юлиуша Мерошевского (Варшава)