Зима 2026–2027 годов в Киевской области точно не будет сложнее предыдущей, поскольку работы по защите критической инфраструктуры идут полным ходом, однако сохраняется проблема с их финансированием. Об этом сообщил заместитель министра по восстановлению, инфраструктуре и транспорту Руслан Олийник в интервью «Телеграфу», пишет УНН.
Успеют ли до наступления морозов защитить все энергетические объекты Киевщины? Стоит ли ожидать в регионе длительных отключений электричества? Какие планы есть у властей на случай разрушения врагом мостов в столице? Ответы на эти и другие вопросы читайте в материале.
«Самый большой вызов — безопасность»
— Господин Руслан, вы возглавили рабочую группу по подготовке защиты энергетических объектов Киевской области. Неужели с этим направлением на Киевщине всё настолько плохо, что пришлось вмешаться министерству?
Ситуация сложная, но контролируемая и требует постоянного внимания, поскольку Киевщина — стратегически важный регион. Министерство совместно с Киевской ОВА усиливает координацию и работает над решением актуальных вопросов защиты энергетической инфраструктуры.
Когда мы с Николаем Калашником работали в ОВА, одним из направлений, которым я занимался, была защита области — от планирования мероприятий до организации и контроля их реализации. Это комплексная работа, которая охватывает различные направления, в том числе энергетические объекты и объекты жизнеобеспечения.
В частности, государственным финансированием предусмотрено строительство второго уровня защиты подстанций 110 кВ. Также обязательно необходимо обеспечить первый уровень защиты подстанций 35 кВ (подстанция 110 кВ — узел передачи электроэнергии на региональном уровне, а 35 кВ — промежуточное звено, обеспечивающее распределение электроэнергии ближе к конечным потребителям, — ред.), когенерационных установок, канализационных и водопроводных насосных станций, водоочистных сооружений, котельных и объектов газотранспортной и газораспределительной систем.
Заместитель министра во время проверки работ
— Когда читаешь комментарии под новостями о защите энергетической инфраструктуры, многие люди спрашивают: неужели эту работу начали только сейчас? Что чиновники делали весной и летом?
Мы и раньше работали над этим направлением. В период, когда Киевскую ОВА возглавлял Николай Калашник (с 24 марта 2025 года по 16 июля 2026 года — ред.), а я работал первым заместителем председателя, мы занимались планированием и реализацией мероприятий по защите критической инфраструктуры. Сейчас, учитывая масштаб задач и сжатые сроки, особое значение приобретают координация между всеми задействованными сторонами, оперативное решение проблемных вопросов и контроль за соблюдением графиков.
После налаживания более эффективного взаимодействия с областной военной администрацией темпы строительства выросли втрое. Для нас принципиально важно не только планировать работы, но и обеспечивать их выполнение в установленные сроки.
— Какова текущая ситуация со строительством защиты первого и второго уровней для энергетической инфраструктуры? Можем ли мы назвать проценты готовности?
Работы по защите объектов первого и второго уровней продолжаются, а их выполнение находится на постоянном контроле. В то же время подробную информацию о степени готовности отдельных объектов я не могу обнародовать по соображениям безопасности.
Наша задача — обеспечить выполнение запланированных мероприятий в установленные сроки, оперативно реагировать на проблемные вопросы и координировать работу всех задействованных сторон.
— С какими проблемами сталкиваются подрядчики при выполнении поставленных задач?
Самый большой вызов — ситуация с безопасностью. Речь идет об объектах критической инфраструктуры, которые остаются одними из приоритетных целей российских атак. Поэтому подрядчики вынуждены организовывать строительные работы в условиях постоянной угрозы обстрелов, а воздушные тревоги непосредственно влияют на темпы выполнения задач.
На строительных площадках действуют алгоритмы реагирования на воздушные угрозы. Подрядчики постоянно отслеживают ситуацию с безопасностью, информацию о движении вражеских целей и риски для конкретного объекта. В зависимости от уровня опасности принимаются решения о приостановке работ и эвакуации персонала в укрытия.
В частности, при наивысшем уровне угрозы работы прекращаются, а сотрудники переходят в безопасные места. При более низком уровне риска ответственные лица продолжают мониторить ситуацию и действуют в соответствии с установленными протоколами безопасности. Главный приоритет — жизнь и здоровье людей, работающих на этих объектах.
В то же время строительство защитных сооружений — это сложный технологический процесс с привлечением большого количества людей, тяжелой техники и специального оборудования. Каждая вынужденная остановка означает не только потерю рабочего времени. После завершения угрозы необходимо вернуть персонал, возобновить работу техники и продолжить технологические процессы. Если в течение дня воздушные тревоги повторяются несколько раз, это существенно влияет на фактическое время работы и общие темпы строительства.
Особенно сложно работать на объектах, которые уже подвергались вражеским ударам, поскольку сохраняется риск повторных атак. Несмотря на это, подрядчики продолжают выполнять задачи, корректируют графики, оперативно реагируют на изменения ситуации с безопасностью и используют доступные возможности для проведения работ.
Работы по защите критической инфраструктуры
— Успеем ли до наступления зимы защитить ключевые объекты?
Если говорить о подстанциях 110 кВ, то предусмотрен второй уровень защиты. Один из его ключевых элементов — бетонное укрытие, так называемый шелтер, которое должно снизить риск повреждения оборудования в результате атак вражеских воздушных целей.
При условии стабильного финансирования, надлежащих поставок материалов и отсутствия критических препятствий подрядчики смогут оборудовать защиту ключевых объектов в запланированные сроки, в частности до наступления зимы.
Следующим шагом станет строительство преддетонационного экрана, задача которого — перехватить вражескую воздушную цель до ее попадания в шелтер. Это позволит минимизировать последствия атаки.
Что с деньгами
— Какова ситуация с финансированием работ? Фигурирует цифра 1,6 миллиарда гривен, из которых 1,1 миллиарда выделило государство, а 500 миллионов — областной бюджет. Это корректные цифры?
Речь идет о двух направлениях финансирования. Из государственного бюджета было выделено около 1,1 млрд грн на строительство второго уровня защиты подстанций 110 кВ. Из этой суммы подрядчикам уже перечислено около 700 млн грн авансовых платежей.
Средства областного бюджета должны быть направлены на реализацию первого уровня защиты объектов энергетики и жизнеобеспечения области. Это базовая физическая защита с использованием биг-бэгов с наполнителем. Они помогают защитить оборудование от осколков и непрямых поражений во время атак.
Важно понимать, что эти средства предназначены для разных направлений защиты.
— Все же это адекватные суммы? Хватит ли их для строительства запланированной защиты?
На начальном этапе разработки проектов защиты подстанций 110 кВ ситуация с безопасностью в регионе была другой. В дальнейшем, после учета обновленных рекомендаций Генерального штаба и корректировки проектных решений, стоимость реализации второго уровня защиты выросла, в частности из-за увеличения объемов металлоконструкций для защитных сооружений.
Поэтому оценивать достаточность финансирования необходимо с учетом обновленной стоимости проектов и конкретных задач, которые необходимо выполнить.
— Насколько увеличилась стоимость?
В начале года предварительная ожидаемая стоимость реализации проектов защиты всех приоритетных подстанций 110 кВ составляла около 1,7–1,8 млрд грн. После учета рекомендаций Генерального штаба и корректировки проектов общая стоимость выросла до 2,3 млрд грн.
То есть первоначальная оценка увеличилась примерно на 500–600 млн грн.
В настоящее время на это направление выделено 1,1 млрд грн государственного финансирования. Из этой суммы около 700 млн грн уже перечислено подрядчикам в качестве авансовых платежей. Это почти 64% от доведенного государственного финансирования. В то же время авансовые платежи составляют около 31% от общей обновленной стоимости проектов защиты всех приоритетных подстанций, которая оценивается в 2,3 млрд грн.
Строительные площадки обеспечены металлом для обустройства шелтеров и преддетонационных экранов. По предварительным расчётам, стоимость уже реализованных материалов и работ составляет около 1,2 млрд грн.
Подрядчики продолжают выполнять работы, и вопрос надлежащего финансового обеспечения остаётся важным для соблюдения графиков.
Для ускорения работ и своевременного выполнения задач начальник Киевской ОВА Тимур Ткаченко прорабатывает вопрос увеличения авансирования подрядчиков.
— Вы говорите, что смета защиты подстанций выросла до 2,3 миллиарда гривен. Где брать недостающие средства?
Это вопрос, который требует решения на государственном уровне. Министерство будет прорабатывать возможности дополнительного финансирования и ходатайствовать перед Правительством о выделении необходимых средств. Это касается не только Киевской области, но и других регионов Украины.
После учёта рекомендаций Генерального штаба и корректировки проектов средняя стоимость защиты одной подстанции 110 кВ в Киевской области составляет ориентировочно 90 млн грн. В отдельных регионах государства эта сумма достигает 120 млн грн.
Наша цель — обеспечить необходимый уровень защиты и найти решения, которые позволят выполнить запланированные работы.
«Учли опыт предыдущей зимы»
— Существует ли программа защиты от дронов именно линий электропередачи? Мы знаем, что враг начал использовать дроны со специальной кумулятивно-режущей нагрузкой для разрушения ЛЭП.
Противодействие вражеским воздушным целям в этом случае — это исключительно задача сил обороны. Наша задача — взаимодействовать с ними и обеспечивать необходимую поддержку в пределах своих полномочий.
По определённым вопросам я тесно взаимодействую с Силами обороны. В частности, вместе с Николаем Калашником мы работали над реализацией проекта «Чистое небо» в Киевской области, который продемонстрировал высокую эффективность в уничтожении вражеских воздушных целей.
— То есть в случае с ЛЭП речь идёт только о военной защите, а не о каких-то укрытиях?
Конечно. Это исключительно военная задача. Наша роль — содействовать им и обеспечивать необходимую поддержку.
— Вы прогнозируете, что до зимы удастся обеспечить реализацию защиты критических объектов и объектов жизнеобеспечения. Насколько это повысит устойчивость энергосистемы Киевской области и уменьшит риск длительных отключений электроэнергии? Ведь даже такая защита не гарантирует, что объекты выдержат ракетные удары.
Многое зависит от масштаба вражеских атак и количества имеющихся средств поражения. Ни одна инженерная защита не может гарантировать абсолютную безопасность, поэтому важно готовиться комплексно.
План устойчивости предусматривает не только защиту критических объектов, но и другие меры — в частности, развитие распределённой генерации и обеспечение резервного питания. Это должно помочь уменьшить последствия возможных повреждений и повысить устойчивость региона к длительным отключениям электроэнергии.
— То есть длительных отключений не будет?
Комплексный План устойчивости разрабатывался именно для того, чтобы минимизировать риски и не допустить наихудших сценариев для Киевской области. Во время его подготовки учли опыт прошлого отопительного сезона и совместно с ДТЭК и другими профильными службами определили необходимые меры.
В то же время ответственно прогнозировать полное отсутствие длительных отключений невозможно, поскольку многое зависит от характера и масштабов вражеских атак. Наша задача — сделать всё необходимое, чтобы регион был максимально подготовлен к возможным вызовам.
— То есть, если подытожить, жителям Киевской области этой зимой будет легче, чем прошлой?
Рассчитываю, что благодаря выполнению запланированных мер регион сможет пройти зимний период более стабильно. Мы учли опыт предыдущей зимы, определили основные риски и предусмотрели меры, которые должны помочь уменьшить последствия возможных атак и перебоев в работе инфраструктуры.
— Соответствует ли действительности информация, которую я услышал во время закрытого общения с журналистами представителей КГГА, что в Киевской области враг уничтожил все нефтебазы? И если это так, сформирован ли резерв топлива для региона?
Информация об уничтожении всех нефтебаз не соответствует действительности.
В топливной сфере активно используют понятие «мобильный резерв». Из соображений безопасности я не могу раскрывать подробности, но скажу так: и бизнес заинтересован в бесперебойной работе, и государство приняло соответствующие меры для формирования необходимых резервов. Оснований для беспокойства относительно обеспечения Киевской области топливом в настоящее время нет.
— А газ? Мы знаем, что значительная часть области отапливается газом, а значит, эта инфраструктура является очевидной целью для врага.
В период, когда мы с Николаем Калашником занимались вопросами жизнеобеспечения Киевской области, совместно с газовыми службами и операторами провели большую планировочную и проектную работу, после чего обеспечили её реализацию. Тогда был принят комплекс мер для защиты газовых магистралей и ключевой инфраструктуры. Из соображений безопасности не могу приводить подробности, но этому вопросу мы уделили максимальное внимание. И сегодня эта работа продолжается.
О защите столичных мостов
— Предлагаю теперь поговорить о самом Киеве. Столицу сейчас много критикуют в контексте подготовки к зиме. По вашему мнению, эта критика оправданна?
Скажем так: сейчас мы работаем совместно, и я надеюсь, что Киеву удастся пройти этот сложный период без критических последствий.
Министерство координирует соответствующие процессы в пределах своих полномочий. В то же время я постоянно нахожусь на связи с представителями столичных властей, и многие организационные вопросы мы решаем оперативно и совместно.
Один из недавних примеров такого сотрудничества — защита мостов. Военными на мостах установлены автоматизированные турели. Для их работы необходимы стабильное электроснабжение и интернет. Поскольку мосты находятся на балансе города, без взаимодействия с городскими властями реализовать эту задачу было бы невозможно.
— Кстати, о защите столичных мостов. Было много критики по поводу установки антидроновых сеток на Южном и Северном мостах. Мол, какой в них смысл, если тяжёлый реактивный дрон они не остановят? К тому же это дополнительная нагрузка на металлические конструкции моста.
На мой взгляд, такие решения должны основываться на чётком понимании их назначения и эффективности в условиях города. Возможно, речь шла об экспериментальном проекте, призванном оценить соответствующие технические решения. В то же время я не хотел бы далее комментировать этот вопрос.
— После атак на столичные мосты в министерстве говорили о планах строительства альтернативных переправ — понтонных, насыпных дамб. Эта работа уже ведётся?
Есть чёткое задание высшего руководства государства, и оно выполняется. Задействованы все необходимые силы и средства.
— Понимаю, что количество таких переправ — чувствительная информация, но могли бы вы назвать хотя бы приблизительные сроки завершения работ? Какой горизонт: три месяца, до конца года, полгода?
Наша задача — в максимально короткие возможные сроки обеспечить альтернативные маршруты, в частности подъездные пути и переправы. В то же время сроки зависят и от ситуации с безопасностью, которая непосредственно влияет на темпы выполнения работ.
Необходимо учитывать, что эти работы выполняют люди в условиях военных рисков. Поэтому безопасность работников остаётся безусловным приоритетом.
— Но на 100% это не перекроет существующий трафик по мостам?
Не стоит ожидать, что альтернативные маршруты полностью заменят существующую пропускную способность столичных мостов. Их задача — создать дополнительные возможности для передвижения и повысить устойчивость транспортной системы в случае повреждения основных маршрутов.
Предусмотрено строительство дополнительных мостов с перспективой дальнейшего расширения и увеличения пропускной способности. Разработанные решения предусматривают поэтапное развитие альтернативной инфраструктуры.
О наступлении на Киев
— Как насчёт канализации и водоснабжения? Мы уже видели проблемы с канализацией после атак врага. Киев критикуют за отсутствие резервного питания водоканалов. Существуют ли риски, что зимой столица и Киевская область останутся без воды и водоотведения?
Я бы не делал таких категоричных прогнозов. Что касается отдельных вопросов города Киева, работу со стороны Министерства координирует профильный заместитель министра Кирилл Фесик.
В целом уже многое сделано, и работа продолжается, чтобы Киев и Киевская область стабильно прошли зимний период.
— В этом году мы уже были свидетелями обесточивания столичного метро. Некоторые эксперты прогнозируют остановку метро на дни и даже недели. Это реальные риски?
Я еще не видел задач, с которыми не справились бы наши энергетики. У них есть опыт работы в сложных условиях, в частности во время масштабных атак на энергетическую инфраструктуру. Прошедший отопительный сезон показал, насколько важны их профессионализм, координация и готовность оперативно реагировать на вызовы.
В то же время оценка рисков для работы метро зависит от многих факторов, в частности от характера возможных повреждений и возможностей резервного питания.
— Вы были военным комендантом Киевской области и первым заместителем руководителя оперативного штаба Совета обороны Киевской области. Время от времени звучат предупреждения, что враг может повторить наступление на Киевщину, которое провалилось в 2022 году. Область подготовлена?
Не хотелось бы такого развития событий, ведь это стало бы очередным серьезным испытанием для жителей Киева и области. В то же время вопрос обороны региона остается одним из ключевых приоритетов.
Столица и область имеют достаточно сил и средств для обороны и сдерживания врага. Я хорошо знаком с генералом, который командует армейским корпусом, ответственным за оборону Киевщины. Уверен, что военное командование делает все необходимое для выполнения поставленных задач и недопущения продвижения врага.