В Шотландии снова заговорили о независимости! А вместе с тем — и о возвращении в Европейский Союз.
Об этом говорится в отчете «Независимая Шотландия в ЕС», который является частью серии публикаций «Строим лучшую Шотландию» — инициативы шотландского правительства, стремящегося изложить свое видение страны за пределами Соединенного Королевства.
Стоит напомнить: к перспективам членства в ЕС правительство Шотландии, контролируемое Шотландской национальной партией — давними сторонниками независимости, — поднимало вопрос нынешнего положения страны в составе британской унии; ее экономической состоятельности в случае независимости; а также вопросы будущего конституционного устройства (напомним, что в Великобритании конституции нет).
Серия «Строим лучшую Шотландию» началась еще при Никогда Стерджен — бывшем первом министерстве страны и лидере шотландских националистов, который был едва ли не самым активным агитатором кампании за независимость. Именно ей предстоит последняя на сегодняшний день попытка добиться проведения повторного после 2014 года референдума, которую все же заблокировал британский Верховный суд.
В начале этого года, однако, Стерджен неожиданно ушла в отставку. А вскоре ее мужа и саму эксминистершу задержали по подозрению в нецелевом использовании средств, собранных на кампанию за независимость Шотландии.
Тем не менее, и преемник Стерджен Хумза Юсаф – к слову, первый мусульманин на этом посту – не оставил инициативы изложить видение будущей независимой Шотландии.
И отчет «Независимая Шотландия в ЕС» в этом смысле достаточно показателен. Состоит из четырех частей: первая — о положении членов Евросоюза и Соединенного Королевства; вторая – об отношениях Шотландии с Евросоюзом после выхода из него Британии; а последние две – о том, что членство Шотландии в ЕС принесет обеим сторонам.
Первая часть является сравнительной характеристикой Европейского Союза и Соединенного Королевства и дает ответ на вопрос: какой союз лучше? Ответ можно догадаться сразу.
Один из ключевых аргументов шотландских националистов достаточно прост. Если ЕС – это союз суверенных государств, решающих подавляющее количество вопросов большинством или консенсусом, то Соединенное Королевство – «улица с односторонним движением», где Вестминстер может фактически блокировать любые решения шотландского парламента, даже одобренные монархом.
«В противоположность ограничениям, налагаемым на Шотландию как «самоуправляющуюся страну» в составе Соединенного Королевства, каждый член ЕС играет официальную роль в определении политики и принятии решений», — так это описывается в отчете.
Не обошлось и без упоминаний референдумов 2014 и 2016 годов. Первый, как уже отмечалось, был неудачной попыткой шотландских националистов провозгласить независимость. Второй – голосованием за выход Соединенного Королевства из состава ЕС.
Отчет неоднократно подчеркивает:
в 2014-м Лондон подчеркивал Эдинбург на том, что независимость Шотландии будет означать лишение преимуществ членства Британии в Евросоюзе.
Но в 2016-м шотландцы и так этих преимуществ избавились, причем большинство (если точнее, 62%, что является самым большим показателем среди других стран в составе Соединенного Королевства) проголосовали против Brexit.
«Кто-то может спросить, зачем Шотландии выходить из одного союза, чтобы присоединиться к другому. Между членством в ЕС как суверенное государство и пребыванием в составе Соединенного Королевства есть существенные отличия», — объясняет отчет. И речь идет не только о специфике принятия решений.
После Brexit Шотландия потеряла доступ к рынку, в семь раз больше британского, и лишилась ряда преимуществ участия в программах ЕС — например, научных обменов Erasmus+ и исследовательских Horizon Europe, не говоря уже об усложненных торговле и межчеловеческих контактах.
Собственно, июньский отчет Счетной палаты Шотландии содержит конкретную оценку этих убытков — три миллиарда фунтов стерлингов ежегодно.
Отчет словно спрашивает: чем тогда отказ Вестминстера от еще одного референдума за независимость Шотландии, как не лицемерием?
Если с образами на Лондоне все понятно, в отчете «Независимая Шотландия в ЕС» страна также сравнивается с нынешними членами Евросоюза. И, оказывается, она вполне органично вписалась бы в нынешний «европейский клуб», потому что почти половина его членов (12 из 27) имеют население меньше или где-то такое же, как в Шотландии.
Шотландские националисты перечисляют многочисленные примеры, когда представители условно «малых» государств ЕС избирались на важные должности в европейских институциях (конечно, не обошлось без президентки Европарламента Роберты Метсолы от наименьшей по населению в Евросоюзе Мальты или действующих вице-президентов Евро).
В отчете даже посчитали, что гипотетических шотландских евродепутатов может быть около 14 — столько же, сколько в Дании, Финляндии и Словакии.
А если вас не убеждают аргументы о том, что в Шотландии будут свои депутаты или еврокомиссар — или, как знать, даже глава одной из евроинституций, — отчет обвиняет вас в разгромной для британцев экономической статистике.
Единый рынок ЕС — это 450 миллионов потребителей, более 26 миллионов предприятий и более 16% мировой торговли, на который приходится почти половина шотландского экспорта. Британский же рынок имеет менее 70 миллионов потребителей, где-то 5,6 миллиона предприятий и составляет немногим более 4% мировой торговли.
И не стоит забывать, что в ЕС существуют четыре свободы, а значит, торговля беспошлинна и беспрепятственна — тогда как после Brexit Британия эти преимущества избавилась, не говоря уже о виртуальной таможенной границе с Северной Ирландией.
Отдельная секция отчета посвящена тому, как от европейской интеграции выиграла Ирландия, бывшая страна из Британской империи. А именно: диверсифицировала торговлю, избавилась от чрезмерной зависимости от замедлявшего ее британского рынка, даже показывает положительную динамику роста населения.
Если с преимуществами членства в ЕС для Шотландии все более или менее понятно, то ответ на следующий вопрос выглядит не столь очевидным: что сама Шотландия может принести Евросоюзу?
Пожалуй, здесь меньше всего ожидаешь увидеть упоминание о полномасштабном российском вторжении в Украину — но оно есть.
«Незаконное вторжение России в Украину заставило многие страны-члены ЕС значительно снизить свою зависимость от импорта российских нефти и газа. Богатые ресурсы возобновляемой энергии Шотландии делают ее идеальной страной для того, чтобы стать надежным поставщиком экологически чистой энергии и внести свой вклад в энергетическую безопасность ЕС и переход к низкоуглеродному обществу», — подчеркивается в отчете.
Другой важный фактор — стратегическое расположение Шотландии, в частности, близость к Арктическому региону, и его роль в европейской архитектуре безопасности.
«Членство в ЕС и НАТО вместе с надежными отношениями с Соединенным Королевством будут краеугольными камнями политики безопасности независимой Шотландии», — говорится в отчете.
На вопрос, как независимая Шотландия будет добиваться членства в НАТО, здесь не отвечают.
Но обещают рассмотреть вопросы безопасности в следующем отчете.
В конце концов, шотландские националисты перечисляют и другие преимущества членства в ЕС — от научного и исследовательского потенциала Шотландии до богатой шотландской культуры, которая обогатила бы европейскую и способствовала дальнейшему развитию креативных индустрий.
Как же авторы отчета «Независимая Шотландия в ЕС» видят теоретический процесс евроинтеграции своей страны? Очень просто: сначала — независимость, потом — скорейшее представление заявки на членство в Евросоюз, далее — обычный процесс вступления, который «основывается на заслугах».
При этом отчет подчеркивает, что Шотландия уже почти полвека была в составе ЕС (как часть Соединенного Королевства), поэтому ожидает, что процесс переговоров с Евросоюзом и приближение собственного законодательства к европейскому праву будет максимально быстрым.
Упоминаются, конечно, примеры Австрии, Швеции и Финляндии, в которых на это ушло два года.
«Шотландия окажется в беспрецедентной ситуации. Ни одну страну не забрали из ЕС и ее общего рынка против собственной воли. Ни одна страна не подавала заявку на возвращение в ЕС», — говорится в отчете.
Первый министр Шотландии в отдельной колонке для Politico, сопровождавшей публикацию, пытался успокоить некоторые государства-члены, которые могут опасаться повторения «шотландского прецедента» (например, Испанию):
«Хочу четко прояснить, что мы никогда не будем стремиться вовлечь в дискуссию о нашей независимости между нами и правительством Соединенного Королевства другие государства. Ее должны решить сами шотландцы».
Неофициально в шотландском правительстве признают, что адресатами отчета являются прежде всего европейцы, для которых Эдинбург подготовил, по его мнению, убедительные аргументы в пользу собственного членства в ЕС. Поэтому, вероятно, неслучайные сравнения Соединенного Королевства с Евросоюзом и, собственно, британского и будущего шотландского членства, готового к сотрудничеству на европейском уровне.
Конечно, отчет о «независимой Шотландии в Европейском Союзе» прямо не упоминает «слона в комнате». А именно как Эдинбург, собственно, хочет добиться независимости от Соединенного Королевства?
Как уже отмечалось, любой референдум о независимости требует согласия Вестминстера, которого тот, по крайней мере, в ближайшем будущем не даст. Попытку Шотландии организовать такой референдум самостоятельно в прошлом году заблокировал Верховный суд Британии.
Шотландская национальная партия в лице Никогда Стерджен говорила, что они попытаются обойти это ограничение очень простым способом: на следующих всеобщих выборах будут оценивать голоса за себя как голоса в поддержку независимости.
Но и с этим теперь могут возникнуть проблемы. Финансовый скандал в партии, к которому оказалась причастна экслидерша, пошатнул ее позиции. Новому первому министру Юсафу их пока не удалось восстановить.
В конце концов, кажется очень вероятным, что на следующих всеобщих выборах в Шотландии победит Лейбористская партия.
В таком случае шотландские националисты потеряют хотя бы один аргумент в пользу независимости.
Ведь лейбористы уже публично объявят, что хотят перезагрузить сотрудничество с ЕС и, возможно, заключить новое соглашение о торговле, включая режим Северной Ирландии.
В самом ЕС пока шотландский отчет не нашел значительного отклика. Но те, которые заметила местная пресса, кажутся положительными.
Немецкая евродепутат от «Зеленых» Терри Райнтке заявила, что Шотландия может рассчитывать на поддержку Европарламента, и в ЕС ее ждут «с распростертыми руками». В то же время она предостерегла, что процесс возвращения в Евросоюз для Шотландии будет таким же, как и для других стран-кандидатов, включая Украину.
Но, опять-таки, пока наиболее реальным сценарием для воплощения евроинтеграционных амбиций Эдинбурга является разве что возвращение в ЕС всего Соединенного Королевства.
Автор: Олег Павлюк,
журналист «Европейской правды»