Российско-украинская война стала первой крупной войной на территории Европы, не имеющей аналогов после Второй мировой войны и уже являющейся частью истории человечества.
Это история не только событий, фактов и количества жертв. Это история ещё и людей, которые стояли за всем этим и которые ещё не знают, что они уже там, в истории — безжалостной к человеческим чувствам.
Реклама:
Однако сегодня эта история только пишется. Перечитываться и изучаться она будет значительно позже, лет через 50, когда последние свидетели всего происходившего уйдут сами в историю, чтобы дать возможность уже другим людям, с холодным разумом сделать выводы и никогда не повторять ошибок. Позволить войти в историю, а не вляпаться в неё. Поскольку именно те ошибки, которые привели к этой войне, не дали возможности вовремя её закончить и, главное, не предвидели её последствий.
Это не просто война, которая многое изменила. Она фактически изменила главное — мировой порядок, под аплодисменты бессмыслицы и странностей. Мировой порядок, который построили собственной кровью наши деды более 80 лет назад и который у нас, ещё у тех, кто читал книги, не хватило сил сохранить.
Это война, которая, как и Вторая мировая, началась из-за трусости тех, кого именно в тот момент не убивали. Они считали, что лучше всего — не трогать зверя.
Это война, которая могла закончиться со значительно меньшими потерями, но все те же, кто боялся, что зверь не утолит свои аппетиты и нападет еще и на них, просто сделали вид, что это не их красные линии. Потому что главное — избежать ядерной войны.
Война, которая в результате стала театром сострадания к ежедневному убийству целой нации, утопающей в собственной коррупции.
И главное — это война, которая отдалась в руки маркетологов и дельцов, которые из-за непонимания и отсутствия стратегий лишь разжигают её огонь быстрыми заработками, всё больше и больше хвастаясь стремительным развитием технического прогресса.
Война, которая удивила, потому что прогресс существует не для того, чтобы очертить контуры её окончания, а именно для её продолжения. Потому что для одних — это уверенность в том, что это их не касается, а для других — способ существования и заработка.
Война, где стратегия и глобальные решения остались в истории в самом её разгаре. И да, история этого не простит, ведь за всем этим стоят люди, а не машины.
Вот что такое нынешняя война для истории человечества.
Однако, говоря именно о прогрессе как о пути к победе и окончанию войны, нужно помнить: в военном деле есть своя наука, которая исторически строилась и продолжает основываться на закономерностях, независимо от наполнения контентом TikTok. Жаль, что понимание этого всё больше, из-за того же прогресса, становится доступным узкому кругу людей, и мы не можем достучаться до тех, чья стратегия — это лишь просмотры в социальных сетях и очередная сенсационная новость.
Именно окончание Второй мировой войны определило две важные вещи, которые будут характерны и для окончания этой войны, которая неуклонно набирает обороты.
Окончание Второй мировой войны определило место и время начала следующей войны, а также формы и способы, которыми эта война начнётся. И если первое — это лишь повторение ошибок политиками и их избирателями, то второе бесспорно принадлежит научно-техническому прогрессу, который обязательно воспользуется этими ошибками.
Поэтому и начало экспансии, и восстановление Российской империи начались как война, во многом похожая на крупные конфликты XX века, опираясь на опыт именно Второй мировой войны. Ничего удивительного и нелогичного в этом нет, кроме того, что к ней можно было готовиться — хотя бы для того, чтобы её избежать, пусть и ненадолго.
Далее же летом 2023 года, когда военные операции на территории Украины приобретали
массовый характер и требовали выживания на поле боя, колесо прогресса после почти 80 лет застоя сдвинулось с места.
Мои первые мысли об этом осенью 2023 года вызвали политические претензии в самой Украине и абсолютное непонимание этого со стороны представителей бывших ведущих армий мира.
Сегодня в Украине политически и финансово выгодно отходить от торговли завесами и становиться представителем технологий. Те, кто ещё три года назад выдвигали свои претензии ко мне, сегодня уверяют, что технологии — это их единственное правильное решение.
Сегодня каждая выставка вооружений напоминает одновременно сцену из фантастических фильмов и музей прошлых войн. Однако тогда
все считали иначе. Помимо прогресса, который набирал обороты и ждал
появления новой империи, которая его укротит. Однако, к сожалению, всё сложилось иначе.
Прогресс стал доступен и нашим врагам, как это произошло почти 100 лет назад — от Вердена и Соммы до Роботиного и Бахмута. Ничего страшного в проведении этой аналогии нет.
Замерший фронт ожил уже не индустриальными, а технологическими ужасами. И снова ничего удивительного в развитии военного искусства не произошло. Удивительным остаётся только то, что, как и в 2023 году, использовать эти закономерности по-прежнему политически невыгодно у нас и финансово невозможно в бывших ведущих армиях мира.
Так было когда-то с кавалерией и знаменитыми красными штанами солдат одной армии перед Первой мировой войной, которые должны были помочь против магазинных винтовок, пулеметов, дальнобойной артиллерии и использования бездымного пороха, который и был там же изобретён, а впоследствии — против танков и авиации. Чем это закончилось — мое поколение знает.
И уже сегодня нынешние иллюзии коллективной безопасности, как и этот солдат более 100 лет назад в темно-синей шинели и красных штанах, несмотря на явную уязвимость на поле боя, к великому сожалению, воспринимаются почти как национальный символ и национальная гордость.
Эта война, конечно, изменила формы и способы её ведения, однако оставила неизменной её суть. Это акт насилия, но уже насилия над всей страной.
Насилие, которое, как и во Второй мировой войне, поставило в один ряд пехотинца, который физически уже не может покинуть свой окоп, и новорожденного малыша в другой части страны. Потому что они оба находятся под постоянным прицелом того, кто хочет убить их обоих.
Сегодняшняя технология войны именно такова: она превращает всю страну в одно большое пепелище, не щадя никого — ни того, кто в окопе, ни того, кто в мирном месте в супермаркете. Всё как и раньше, но сам процесс бомбардировки стал другим, более эффективным и, как следствие, чрезмерно жестоким.
Понимают ли это те, кто перебрасывает танки и артиллерию поближе к кризисному району? Пожалуй, нет. Красные штаны так ничему и не научили.
Это уже не война дронов. Кто-то сильно ошибается лет на три, думая о дронах. Их самих уже просто не существует. Они трансформировались в более известные нам ранее виды вооружения, при этом снизив стоимость, повысив доступность и эффективность.
Правильно считать, что в 2026 году идёт война технологий и не только их. Это также война стратегий и доктрин, которые неуклонно меняются под давлением прогресса. Поэтому большая ошибка — зацикливаться на отдельных технологиях и их пиаре исключительно как на оружии, которое дополняет советскую стратегию и, конечно, требует именно советских исполнителей. Оружия, которое нужно успеть произвести и выгодно продать, а еще лучше при этом непременно деоккупировать хоть какую-то территорию.
Именно желание деоккупировать территории и удержать их советскими методами и стратегиями, только уже с новым оружием, загнало мобилизацию в тупик. Мобилизация давала лишь один шанс, воспользоваться которым становилось всё меньше
желающих. Потому что войну машин с огромной советской страной, где людей фактически превращают в машины и бросают воевать против настоящих машин, мы не в состоянии выдержать. Проклятый маркетинг, который убивает.
Ведь необходимо, признавая технологии новым оружием, учитывать закономерности развития военного искусства и непременно на этой основе формировать новые формы и способы их применения. И только после этого проводить организационные изменения в структуре Вооружённых Сил, которые это новое оружие в новых формах и способах применяют. Именно в этом заключается мобилизация как часть новой стратегии, основанной на новом оружии и именно новых, а не советских, формах и методах применения.
И только так можно подходить к совершенствованию мобилизации и, главное, создавать системное давление и преимущество над противником. Конечно, сегодня это требует времени. Эти изменения абсолютно необратимы и касаются ведения войны на всех уровнях: тактическом, оперативном, стратегическом, а также построения ВПК.
Логично, что всё это неизбежно приводит к появлению удивительного для некоторых сегодня слова — доктрина. Именно она, доктрина, и является основой системного воздействия на противника и формирует стратегию видения исключительно будущей победы. У кого мы видим это системное воздействие и кто сегодня ближе к своей победе — вопрос остается политкорректно открытым. Однако оценить это в Украине по масштабам и системности ударов и продолжительности воздушных тревог достаточно очевидно. А замерший фронт точно не может успокаивать тех, кто видит его лишь в пределах операционных зон.
Жаль, что многие до сих пор не осознают (а возможно, не хотят осознавать) масштаб этих изменений. Но это никоим образом не может остановить научно-технический прогресс и эволюцию военного искусства.
Старые правила уже не действуют. Это ежедневно демонстрирует российско-украинская война и непременно продемонстрируют любые новые крупные конфликты, которые разгорятся на фоне переформатирования старого мирового порядка.
Вопросы адаптации к новым условиям, таким как увеличение потенциала и доступности средств поражения, внедрение роботизированных систем и искусственного интеллекта, защита логистики и портов, эффективная и бесперебойная связь, космические технологии, цифровое измерение
безопасности, а также изменение подготовки личного состава в соответствии с требованиями и вызовами новой войны –
это проблемы, которые стоят сегодня уже не перед армиями стран, поскольку они априори уже должны быть готовы.
Это проблемы правительств и альянсов, которые должны объединяться вокруг технологий, защищающих их собственное будущее.
Современная война требует новых доктрин. Созерцание быстрого научно-технического прогресса и невозможности создать эти доктрины настолько недальновидно, что вряд ли позволит избавиться от все тех же «красных штанов» и увидеть будущее. Кто-то до сих пор думает, что сейчас сможет сформировать по-настоящему эффективную доктрину применения дронов и роботов, а кто-то считает, что это невозможно.
А тем временем уже идет война технологий, и Украина уже ощущает на себе системное давление, которое и является результатом внедрения не только технологий, но и нового доктринального подхода к их применению, включая производство и исследования, как неотъемлемую часть стратегии. Именно это даёт России право через известных посредников выдвигать нам ультиматумы.
Именно это направлено и может привести к целому ряду кризисов. Несмотря на то, что в воюющей стране некоторым это всё ещё кажется смешным, большинству же не нужно объяснять, о каких именно кризисах идёт речь. Напомню, что война на истощение — это не только сражения, но и общественные потрясения. Главное — кто первым их вызовет.
И если это очевидно, то почему снова законы войны уступают место прогнозам, а стратегия — маркетингу? Потому что фиксировать общие тенденции для приблизительных прогнозов — это именно то, в чём нуждается кулуарный маркетинг. Быстро и много. Однако создаёт ли это системное давление на Россию или усиливает ли это системное давление России на нас – вопрос пока без ответа, хотя пути понимания более чем очевидны.
Итак, для поиска выхода из абсолютно закономерной ситуации необходимо понимание поиска и реализации именно системного ответа на давление России. Этот системный ответ должен основываться на построении такой стратегии, где совместное производство и внедрение новых технологических решений должны стать частью системных шагов как в отношении защиты, так и влияния на возможности продолжения войны Россией.
Для этого, разумеется, актуальным остается поиск именно ресурсных и технологических альянсов, способных обеспечить это производство, в том числе для удовлетворения собственных оборонных потребностей. Это производство должно быть доктринально включено в стратегию победы, в рамках которой создаётся не какой-то волшебный образец вооружения, а весь необходимый новый арсенал, в том числе гражданского назначения, в соответствии с условиями прогресса.
Украина и Россия превратились в полигоны в режиме реального времени. Поэтому анализ и понимание этой новой логики войны должны помочь не только формировать новые доктрины, тактики и стратегии, но и, прежде всего, дать представление о том, как можно сохранять мир и спокойствие людей, пока за это платим своей кровью мы, украинцы.
Валерий Залужный
, Чрезвычайный и Полномочный Посол Украины в Соединённом Королевстве Великобритании
Колонка представляет собой вид материала, отражающего исключительно точку зрения автора. Она не претендует на объективность и всесторонность освещения темы, о которой идет речь. Мнение редакции «Экономической правды» и «Украинской правды» может не совпадать с точкой зрения автора. Редакция не несет ответственности за достоверность и толкование приведенной информации и выполняет исключительно роль носителя.