Плановый декабрьский саммит Евросоюза стал одним из самых драматичных за последнее время – по меньшей мере, для Украины. Критически важные для нашего государства решения несколько раз блокировались, и вплоть до последнего момента в их принятии не было уверенности.
И если венгерская блокада была вполне ожидаемой, то польские угрозы ветировать пакет решений саммита, что рикошетом ударило бы по нашему государству, стали неожиданными для всех, даже для европейских политиков.
Впрочем, в конце концов все закончилось даже лучше ожиданий – хотя результат все равно не идеален. ЕС одобрил выделение 18 млрд евро для ликвидации дефицита бюджета Украины, согласовал одобрение 9-го пакета санкций (из которого венгры вычеркнули нескольких своих партнеров-чиновников РФ), а также официально подтвердил заморозку фондов для Венгрии (хотя в меньшем объеме, чем хотел Брюссель) .
А еще – договорился о введении так называемого «минимального налога». Именно последний пункт едва не превратился в проблему для Украины.
Сейчас, когда самое опасное позади, самое время разобраться: что же произошло?
Почему Польша блокировала пакет с решением, необходимым Украине?
Как удалось преодолеть ее вето?
Почему уступила Венгрия?
Ответы на эти вопросы – в нашем тексте. Его «польская» часть базируется на статье партнера «ЕвроПравды», брюссельского издания EURACTIV, освещающего процессы в институтах ЕС. Словом, приглашаем к прочтению. А для тех, кто предпочитает видео – предлагаем видеоверсию пояснений.
шембеддед центентщ
Эта история началась несколько недель назад и сразу стала публичной: правительство Венгрии, известное склонностью к голосованиям вопреки позиции ЕС, объявило, что не поддержит выделение Украине макрофинансовой помощи на сумму 18 млрд евро. Мотивация этого решения звучала не слишком искренне. Венгрия напомнила, что сама она не получила «пост-ковидную» помощь на сумму 5,8 млрд евро (выделенных через механизм, где один из элементов финансирования похож на украинский), и раз так – то она недоверяет этим механизмам и не будет поддерживать их.
Ранее Евросоюз заморозил две программы выплаты средств для Венгрии из-за проблем с верховенством права в этой стране и из-за подозрений в этой коррупции.
Все понимали, что Венгрия по сути выдвинула ультиматум: мол, мы будем блокировать помощь Украине, пока вы не дадите нам денег (подробно об этой стране и отношении разных политических сил к Украине читайте в большом профайле). И хотя в публичных заявлениях Будапешт отрицал такую трактовку, развитие событий его подтвердило.
Поздним вечером в понедельник правительство Венгрии пошло на уступки. По достигнутой договоренности, ЕС согласился перечислить в венгерский 1,2 млрд евро из регулярных европейских фондов, ранее планировавшихся заморозить, а также продлил срок переговоров о «кавказных» 5,8 млрд и дал премьеру Орбану надежду на их получение (в другом случае деньги «сгорели» после нового года).
В обмен на это Виктор Орбан снял вето с выделения 18 млрд для Украины и еще одного решения, которое Венгрия, оказывается, также блокировала.
Это решение о так называемом минимальном налоге. И оно стало ключевым в дальнейшей «драме» на саммите ЕС.
Проект директивы о введении минимального корпоративного налога Еврокомиссия представила еще в декабре 2021 года, и с тех пор это решение не впервые становится предметом блокировки. Причем каждый раз – не потому, что кто-то выступает против его внедрения, а сугубо с целью шантажа остальных государств ЕС.
Если хотите разобраться, что это за инициатива, и почему вокруг нее разворачиваются такие баталии – для вас несколько абзацев. Если же эта тематика затруднена и вам интересно только, что делала Польша – можете переходить к следующей главе.
Следовательно, идея о «минимальном налоге» не сугубо европейская. Это глобальная, всемирная налоговая инициатива, которую в свое время активно продвигал именно Евросоюз в рамках Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Ее долго согласовывали; летом прошлого года получили согласие на уровне G20; и, наконец, в октябре 2021 года приняли на глобальном уровне: на ее введение согласились 130 государств мира.
Цель этой международной налоговой договоренности – преодолеть «конкуренцию» между странами, которая подталкивает те снижать корпоративный налог, чтобы у них для минимизации налоговой нагрузки регистрировались международные корпорации.
Эта договоренность содержит два компонента. Во-первых, должен быть найден механизм перераспределения налогообложения, чтобы налог на прибыль транснациональных компаний не оставался полностью по местонахождению штаб-квартиры, а шел в бюджет тех стран, где эти компании реально работают.
Во-вторых, все договорились, что эффективное минимальное обложение прибыли предприятий должно быть на уровне не менее 15%.
Решение, блокированное Венгрией, касалось только второй компоненты договоренности. Венгрии оно ничем не вредило. Это был просто инструмент венгерского шантажа, так что после снятия вето Орбана никто не мог представить, что проблема возникнет снова.
Итак, ЕС договорился о преодолении венгерского шантажа, объединив в один пакет три решения: о помощи Украине (решение, нужное Украине и ее друзьям), о минимальном налоге (необходимо прежде всего западным государствам ЕС, где генерируется прибыль транснациональных компаний) и средства для Венгрии (нужно самой Венгрии). Голосовать за них тоже должны совместно, «в пакете».
В понедельник вечером Венгрия сняла свое вето и дала зеленый свет принятию пакета на саммите ЕС, запланированном на четверг.
Однако в среду на арену вышло польское правительство. Он перехватил эстафету венгров и объявил, что имеет оговорку относительно директивы о минимальном налоге – а значит, поставил под угрозу весь пакет решений, включая с помощью Украины.
Этого поворота не ждал никто, потому что раньше Польша… уже ветировала тот же проект, и потом разблокировала его. В течение первой половины 2022 года Польша блокировала движение данного законопроекта, утверждая, что минимальный налог не должен быть введен до тех пор, пока не утверждена первая часть налогового соглашения.
Хотя тогда государства-члены полагали, что Польша просто использовала свое право вето для шантажа.
Так же как это сейчас делала Венгрия, и намите с точно такой целью.
Блокируя директиву о минимальном налоге, Варшава, как полагают, пыталась ускорить выделение средств из фонда ЕС для восстановления после пандемии. Это именно тот «постковидный» фонд, на разблокировку которого направила свой шантаж Венгрия.
Причем в Польше задержка с выплатой средств также была связана с беспокойством Брюсселя относительно верховенства права.
Подтверждением этого подозрения стал тот факт, что Польша сняла свое вето в июне 2022 года, как только Брюссель одобрил ее план восстановления после пандемии. Но принять этот документ не удалось, потому что его сразу начала ветировать Венгрия.
Почему сейчас Польша, полгода не имевшая возражений, теперь начала угрожать вернуть свое вето?
Четкого ответа не имеют даже участники переговоров
По словам дипломата одной из стран-членов ЕС, Варшава в диалоге с коллегами объясняла свое вето… мотивами, связанными с Украиной. Мол, польское правительство поражает неправильным сочетание макрофинансовой помощи Украине в одном пакете с директивой о минимальных налогах. Это, впрочем, противоречит логике, потому что своим вето Польша могла лишь заблокировать выделение денег для Украины – хотя Варшава работала над тем, чтобы деньги зашли в Украину.
Другой дипломат, тем временем, высказал подозрение, что этот демарш Польша имел целью надавить на ЕС, чтобы ускорить выплату средств на преодоление последствий пандемии. Ведь, хотя польский план восстановления официально получил зеленый свет, никаких выплат Варшаве до сих пор не получила: Брюссель до сих пор утверждает, что Польша не исправила проблемы с верховенством права.
Еще одна поднятая возможность заключается в том, что Польша использовала угрозу своего вето, чтобы добиться своего в пакете санкций, который обсуждался лидерами ЕС в четверг.
В любом случае, противостояние длилось недолго. В четверг во второй половине дня польское правительство сняло угрозу вето, открыв путь для одобрения директивы ЕС о минимальном налоге, макрофинансовой помощи для Украины, а также решения о частичной заморозке средств для Венгрии – на 1,2 млрд евро меньше, чем планировала Еврокомиссия.
Эта история в известной степени полезна для того, чтобы понять процессы, происходящие в ЕС. К сожалению, принятие решений там происходит не так просто, как хотелось бы; по дороге приходится искать компромиссы; к тому же даже действия друзей могут иметь нежелательные последствия. Однако ценность ЕС состоит в том, что в конце концов, при наличии аргументов, ключевые решения там все же удается протискать.
Решение о 18 миллиардах стало, безусловно, очень важным и для Украины, но не менее важным оно было и для международного имиджа ЕС.
В 2022 году Евросоюз из-за внутренних процедур и разногласий между государствами не смог выполнить обязательства, взятые руководством Союза на встрече с другими лидерами G7 – о том, что ЕС будет ежемесячно выделять Украине 1,5 млрд евро помощи Украине. ЕвроПравде приходилось слышать скепсис американцев относительно того, способен ли ЕС вообще выполнять обязательства.
Одобрение обещанного в 2023 году возвращает доверие европейцам.
Но кроме того, для Украины очень важным стало принятие решения о санкциях, которые европейцы приняли удивительно быстро. Так называемый «девятый пакет» вводит новые меры по экспортному контролю и ограничению на товары и технологии двойного назначения, отдельно пропровождает санкции против 168 дополнительных субъектов, связанных с оборонно-промышленным комплексом РФ. В Брюсселе надеются, что это ударит по возможности производства дронов.
Но не обошлось без ложки дегтя. Снова венгерского.
В ходе переговоров Будапешт поставил ультиматум, требуя исключения из списка трех российских министров: энергетики, спорта и здравоохранения. А после их исключения согласилась проголосовать за общее санкционное решение. Но, несмотря на это странное и более символическое требование Венгрии, можно говорить, что результат саммита стал для Украины однозначно хорошим.
Конец года в отношениях с ЕС окончился общей победой.
Подготовил Сергей Сидоренко,
с использованием материалаЯноша Алленбах-Аммана, EURACTIV. Украинская версия публикуется в рамках эксклюзивного сотрудничества между изданиями.
Всю ответственность за контент, опубликованный в рамках сотрудничества с European Media and Information Fund, несут авторы публикаций, содержание которых не обязательно отражает позицию EMIF, а также партнера фонда Calouste Gulbenkian Foundation, а также European Univercity Institute.