Бунт предводителя ЧВК «Вагнер» Евгения Пригожина в очередной раз показал неизбежность поражения России. Попытка мятежа Пригожина продемонстрировала отсутствие Российского государства.
Об этом в эфире телеканала FREEДОМ сказал российский политический деятель, публицист Андрей Пионтковский.
«Когда Пригожин пошел в штаб Южного военного округа, который ведет войну против Украины, и никто не противился, а два генерала, заместитель министра обороны один, а другой — заместитель начальника Генерального штаба, угодно разговаривали с ним, а затем он направил свое подразделение в Москву. Дорогой ни один военный отряд не оказывал сопротивления, а наоборот, многие переходили на его сторону, а потом мы видели вот эту атмосферу прощания с выходившими из Ростова вагнеровцами, это уже после того, как Путин назвал их предателями. Но симпатии людей были на их стороне. Вот это основное впечатление», — сказал Пионтковский.
По словам Пионтковского, в российской верхушке сейчас возникли две партии — «почетная ничья» и «почетная капитуляция». И именно Пригожин можно назвать главой «партии почетной капитуляции».
«Условно одну называю «партия почетной ничьей» – это Путин и близкие к нему люди. Они забрасывают Украину всевозможными посредниками, предлагающими одно и то же – прекращение огня, в руках России остается значительная часть украинской территории, и Путин продает это своему пиплу как почетную ничью. Но большинство людей в Москве, в том числе владеющие властью, понимают, что это нереально: ни Украина, ни Запад на эту «почетную ничью» не согласятся. И эту партию я бы назвал «партией почетной капитуляции». Они понимают, что России придется принять условия плана Зеленского и требование «Большой семерки» о полном выводе оккупационных войск. И вот, по моему мнению, Пригожин является фронтменом этой партии», — считает публицист.
По мнению Пионтковского, поход на Москву был задуман «партией почетной капитуляции» для того, чтобы напугать диктатора Путина, показать, что у него нет никакой поддержки ни в обществе, ни в силовых структурах, и склонить его к выполнению своих требований.
«Я считаю, что этот результат блестяще удался», – резюмировал публицист.