В последние годы двусторонние отношения между ЕС и Китаем деградировали и стали более напряженными.
Вопросы прав человека, неоднозначная позиция Пекина относительно российской агрессии против Украины, дискриминация европейского бизнеса на своем рынке – вот очень сокращенный перечень беспокоящих ЕС проблем.
О том, как сейчас Евросоюз воспринимает Китай и каково будущее европейско-китайских отношений читайте в статье главной консультантки Национального института стратегических исследований Алины Гриценко Проблемный партнер: как ЕС строит новую стратегию отношений с Китаем.
Традиционно основным драйвером развития европейско-китайских отношений была торговля, однако в последнее время стала очевидной тенденция к их политизации.
Евросоюз, исповедующий либерально-демократические ценности и большое значение придающий вопросу соблюдения прав человека, в прошлом году согласовал введение санкций в отношении Китая за систематические нарушения. В частности, это касалось геноцида уйгуров и представителей других этнических и религиозных меньшинств в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, а также в Тибете.
Китай ввел ответные санкции, а Европейский парламент отложил ратификацию соглашения о двусторонних инвестициях, которая была результатом многолетних переговоров между Китаем и ЕС.
Такое ухудшение отношений способствовало сеноскептицизму среди европейских политических элит.
Противоречия усугубились после избрания Джо Байдена президентом США, а также с приходом к власти нового правительства в Германии и его стремлением — в частности, «Зеленых» — отойти от прагматичного подхода к Китаю, характерного для Ангелы Меркель.
Возвратным моментом стало полномасштабное вторжение РФ в Украину, поскольку КНР не осудила агрессивные действия российского руководства и продолжает информационно поддерживать Москву.
Деградация политических отношений явно проявилась на саммите ЕС-Китай, который состоялся 1 апреля этого года и не имел существенного успеха.
Также изменения отражаются и в официальной риторике.
Парадоксально, однако, негативная тональность политических отношений между ЕС и КНР сопровождается стабильными экономическими связями.
Здесь наибольшее беспокойство ЕС вызывает асимметричность торгового баланса с Китаем: в прошлом году он был крупнейшим поставщиком товаров на европейский рынок.
На ЕС сейчас приходится чуть более 15% внешней торговли Китая. Евросоюз также выступает одним из ключевых источников прямых иностранных инвестиций в Поднебесную.
Однако Китай осторожно относится к расширению доступа европейских прямых инвестиций в страну.
КНР в свою очередь активно пользуется более свободным доступом на рынок ЕС, особенно в странах Центральной и Восточной Европы.
Еще одна важная особенность экономических отношений ЕС и КНР состоит в неготовности Китая идти на уступки европейским партнерам в области защиты прав работников.
В таких условиях государства ЕС практически единодушно выступают за защиту европейского рынка от растущих объемов дешевого и некачественного экспорта из КНР.
По этой причине европейцы не только ввели антидемпинговые пошлины на отдельные виды китайской продукции, но и отказывались предоставить КНР статус рыночной экономики в рамках ВТО.
В то же время ЕС по-прежнему готов к взаимодействию и сотрудничеству, учитывая решающую роль Китая в решении глобальных проблем.
Европейский подход к Китаю многослойный. Поднебесная является «партнером по сотрудничеству по разным направлениям политики».
Пекин – это и партнер по переговорам, с которым необходимо найти баланс интересов, например в борьбе с изменениями климата.
В то же время это «экономический конкурент», стремящийся к технологическому лидерству, и «системный соперник, продвигающий альтернативные модели управления» (борьба демократии и авторитаризма).
Китай в большей степени, чем ЕС, заинтересован в активизации двусторонних политических контактов.
В политике ЕС в отношении Китая доминируют ценностные ориентиры в политическом измерении и прагматический экономический интерес.
Более подробно – в материале Алины Гриценко Проблемный партнер: как ЕС строит новую стратегию отношений с Китаем.