29 октября вступили в силу соглашения между Украиной и ЕС о дополнительной либерализации импортных пошлин и тарифных квот, установленных Соглашением об ассоциации.
Как известно, эти соглашения были заключены вскоре после прекращения действия режима торговых преференций ЕС для Украины, который стал спасательным кругом для украинских экспортеров в первые годы полномасштабной агрессии со стороны РФ. И хотя новые условия торговли с ЕС существенно хуже режима торговых преференций, они все же являются шагом к полной либерализации европейского аграрного рынка.
При этом в тот же день Минсельхоз Польши выпустил пресс-релиз, в котором заверил польских аграриев, что новые соглашения с Украиной не повлияют на до сих пор действующий национальный запрет на ввоз ряда украинских зерновых (пшеница, кукуруза, подсолнечник и рапс) в Польшу. Другие страны также не торопятся отменять односторонние запреты: Словакия и Венгрия.
В заявлении польских чиновников игнорируется тот факт, что национальные ограничения стран-членов ЕС на торговлю с третьими странами являются грубым нарушением договоров ЕС, поскольку вопросы торговой политики определены этими договорами как находящиеся в исключительной компетенции европейских институтов.
Подтверждением этому является недавнее заявление заместителя главного пресс-секретаря Еврокомиссии Улофа Гилла. По его словам, новое торговое соглашение с Украиной способно обеспечить сбалансированные условия торговли, поэтому Еврокомиссия планирует провести встречи с представителями Венгрии, Словакии и Польши, чтобы убедить их отменить односторонние ограничения.
Препятствование отдельными государствами-членами торговым соглашениям между Украиной и ЕС ставит Европейскую Комиссию в очень сложное положение.
Проблемы торговых отношений между Украиной и Евросоюзом могут перерасти в проблемы самого ЕС.
В том числе и на международной арене.
Во-первых, сохранение односторонних торговых ограничений ставит под вопрос всю конструкцию соглашений с Украиной, в частности, механизм защитных мер относительно импорта ряда чувствительной сельскохозяйственной продукции из Украины.
В договоренностях предусмотрены весьма расплывчатые «триггеры» для применения защитных мер, которые чрезвычайно удобны для государств-членов, а именно возникновение или угроза возникновения «серьезных экономических, социальных или экологических трудностей отраслевого или регионального характера, которые могут сохраняться… в одном или нескольких государствах-членах».
Вместо этого нежелание стран-членов использовать эти «триггеры» выводит действующие ограничения за рамки соглашений и еще раз подчеркивает их несовместимость с обязательствами ЕС по Соглашению об ассоциации.
Во-вторых, использование защитных мер в рамках соглашений открыто как для ЕС, так и для Украины.
В случае с нашим государством Киев также может использовать размытые «спусковые крючки» защитных мер для приостановки снижения импортных пошлин и расширения импортных тарифных квот на широкий спектр мясного и молочного импорта из ЕС. Значительная часть такого европейского импорта поставляется в Украину из Польши.
Конечно, Украина как страна-кандидат на вступление в ЕС и воюющая страна, для которой жизненно важна финансовая поддержка Брюсселя, вряд ли прибегнет к столь репрессивным методам решения торгового спора.
Кроме того, такая ситуация ставит Киев в более выгодную позицию в диалоге с Брюсселем по вопросам, связанным с торговлей.
В частности, невозможность для Украины иметь доступ на рынок ЕС, даже на основе ограниченных тарифных квот, подрывает логику другого важного для ЕС элемента соглашений — требования к Киеву внедрить законодательство ЕС в сфере благополучия домашних животных и использования средств защиты растений в ускоренном порядке (к 2028 году).
Эта норма является первым практическим воплощением идеи Франции по внедрению так называемых «зеркальных норм» в международные торговые соглашения: дескать, европейские (французские) фермеры вынуждены придерживаться слишком жестких экологических стандартов сельскохозяйственного производства, брать на себя дополнительные затраты и, следовательно, проигрывать в конкуренции на собственном рынке сельскохозяйственному импорту из третьих стран, где такие нормы не соблюдаются.
Поэтому французские дипломаты активно продвигают идею требовать от третьих стран обязательства по внедрению европейских стандартов сельскохозяйственного производства в качестве предварительного условия доступа их сельскохозяйственной продукции на рынок ЕС.
Однако случай Украины дискредитирует всю эту доктрину.
Ведь возникает мысль: сколько бы денег иностранные сельхозпроизводители ни вкладывали во внедрение европейских стандартов, они никогда не получат полноценного доступа на европейский рынок, потому что тема торговли сельскохозяйственной продукцией слишком политизирована в ЕС.
Поэтому продолжение национальных торговых эмбарго стран-членов на импорт из Украины и связанные с этим проблемы в торговле Украина-ЕС посылают плохой сигнал другим торговым партнерам Брюсселя.
Сигнал о том, что единый рынок ЕС на самом деле является фикцией, а беспрепятственное движение товаров внутри Евросоюза на практике может оказаться заложником внутренней политики стран-членов.
В то же время возможность доступа на европейский рынок является одним из главных «козырей» Еврокомиссии в переговорах с третьими странами, и не только в сфере торговли.
Естественно, у США, Индии, стран МЕРКОСУР и других могут возникнуть обоснованные сомнения относительно оправданности уступок или реформ, которые европейские чиновники могут потребовать в качестве предварительного условия для либерализации торговли с ЕС.
Что делать Украине в этой ситуации?
Прежде всего, избегать открытой конфронтации с соседями и не подливать масла в огонь их внутриполитических баталий, где вопрос украинского аграрного импорта является лишь разменной монетой.
С одной стороны, мы последовательно называем вещи своими именами: односторонние торговые действия соседей Украины — это не только вопиющее проявление геополитической близорукости в отношениях со страной, которая является последней линией защиты от цунами российской агрессии в Европу, но и грубое нарушение европейской стороной Соглашения об ассоциации.
И использовать свою более сильную позицию на переговорах по другим связанным торговым вопросам, по крайней мере добиваясь более активной поддержки со стороны ЕС усилий украинских экспортеров по диверсификации своих поставок на другие мировые рынки.
С другой стороны, необходимо продемонстрировать конкретные конструктивные шаги, такие как совершенствование режима лицензирования экспорта на рынок ЕС некоторых «чувствительных» для европейских фермеров продуктов, готовность координировать выдачу лицензий с соседними странами для предотвращения чрезмерного предложения этой продукции на их рынках.
Даже если эта конструктивность не встретит сегодня должного отклика в столицах этих стран, она пошлет необходимый сигнал Брюсселю на следующих заседаниях Совета министров ЕС.
Эти встречи ясно демонстрируют, что подавляющее большинство других стран-членов ЕС недовольны «сепараторными» торговыми шагами своих восточных соседей и опасаются создания прецедента для другого торгового соглашения, которое сейчас рассматривается ЕС как жизненно важное для европейской экспортно-ориентированной экономики – Соглашения с блоком МЕРКОСУР.
Именно на этих встречах принимаются политические решения, которые в дальнейшем управляют европейскими институтами. И при этом Украина все больше заявляет о себе как о конструктивном будущем участнике.
Публикации в разделе «Экспертное мнение» не являются редакционными статьями и отражают исключительно точку зрения авторов.